Принцесса Элли
Шрифт:
Мой рот так широко растягивается в улыбке, что на глазах выступают слезы.
– Спасибо. Я просто… я хотела кому-нибудь рассказать.
Ему. Я хотела рассказать ему.
Потому что он прекрасен, даже больше – он заставляет меня чувствовать себя желанной. Ценной и важной, как будто я та, кого стоит защищать. Знать, что этот человек отдал бы свою жизнь, чтобы спасти меня, уберечь от боли и опасности – это опьяняющее ощущение. Возбуждающее, волнующее ощущение.
Я потеряла
Но теперь я жалею, что не подождала. Логана. Я знаю, что это глупо и это вряд ли когда-нибудь произойдет, но, если бы в какой-то перевернутой, альтернативной вселенной это случилось – я бы свернула ради него горы. Я чувствую себя более живой, просто стоя рядом с ним, и ничего подобного рядом с другими. Я могу только представлять, мечтать, каково это – оказаться в его объятиях, почувствовать силу его тела, его страсть и нежность, окутывающие меня, проникающие внутрь меня.
– Я рад, что ты мне сказала. – Его рука снова сжимается. – Давай я провожу тебя домой.
– Это не обязательно.
Как бы мне ни нравилось быть рядом с Логаном, я не хочу быть назойливой. Не хочу быть для него обузой.
– Нет, обязательно. Это небезопасно.
Я закатываю глаза к небоскребам.
– Я выросла в Нью-Йорке, это мой город, я знаю его лучше, чем ты. Ради бога, мы ведь в Трайбеке… Здесь не опасно.
– Ты молодая, красивая девушка, Элли. Весь мир опасен для тебя.
И, конечно, среди всех его слов я цепляюсь за «красивая».
Потому что я все еще идиотка.
Полчаса спустя мы заходим в кофейню, где белокурая голова Кори все еще покоится на его руках, лежащих на столе. Логан подходит прямо к нему и пинает ножку стула, чуть не опрокидывая его.
Кори вздрагивает, просыпаясь и бормоча:
– Что, кто? – Он трет глаза. – В чем дело, Ло?
– А вот в чем, – Логан говорит убийственно спокойным тоном, от которого меня бросает в дрожь, – сейчас ты потащишь свою задницу в квартиру, соберешь свое барахло и свалишь домой. Ты уволен.
Вот дерьмо.
Нет, Кори, не делай этого, это не твоя вина.
Я говорю Логану:
– Это не его вина.
Но Логан даже не поворачивается. Он пристально смотрит на бедного Кори. Холодно и безжалостно.
– Ты сам сейчас же захочешь убраться, приятель, или тебе не понравится, как я тебя выселю.
Кори хмуро смотрит на стол. Затем он выталкивает из-под себя стул – так резко, что он падает назад и грохается на пол.
Логан запирает за ним дверь.
– Зачем ты это сделал? Я же сама сбежала. Это я виновата.
Логан
– Ты ударила его по голове? Подсыпала ему наркотик в чай?
– Нет.
– Тогда это он виноват, и он это знает.
– Но ты мог бы дать ему второй шанс?
– Нет. Не на этой работе. – Он придвигается ближе. – Мы должны быть внимательны и всегда быть начеку. Достаточно одного промаха, чтобы кто-то пострадал или был убит. Что, если бы он заснул, пока тут были твоя сестра и принц? – Его голос становится немного надрывным. – Что, если бы с тобой что-то случилось?
И вот оно, снова. Это чудесное тепло, которое заполняет все мои конечности. Каждым своим словом Логан заставляет меня чувствовать себя драгоценной – и каждым своим вздохом.
5. Логан
День окончания школы Элли выдался солнечный – один из тех ярких, ясных дней, когда небо ярко-голубое, а воздух одновременно прохладный и теплый. Я выезжаю с парковки возле нашей квартиры на черном внедорожнике и направляюсь к «Амелии», чтобы забрать Элли, Марти и ее отца. Томми на пассажирском сиденье. Примерно через десять минут езды он подозрительно смотрит на меня краем глаза.
– Это что, REO Speedwagon?
Я нажимаю на поворотник и сворачиваю налево.
– Что?
– Ты напеваешь «Не могу побороть это чувство…» REO Speedwagon, если я не ошибаюсь.
Ха. Я даже и не заметил.
Мои руки скользят по рулю, я пожимаю плечами.
– Элли составила мне плей-лист… На самом деле он не так уж и плох.
Томми опускает солнцезащитные очки на нос и смотрит на меня поверх оправы.
– Кто ты, черт возьми, сейчас?
Я смотрю на него, сильно хмурясь. Затем показываю средний палец.
Он смеется и возвращает очки на место. Минуту спустя этот придурок откидывает голову назад и напевает:
– Я все еще люблю тебя.
И я уже ищу место, где можно притормозить, чтобы запихнуть его в багажник.
Десять минут спустя я паркуюсь в переулке за кофейней, и мы с Томми входим на кухню через заднюю дверь.
Нас приветствует орущая Элли…
– Трахни меня в задницу!
Я давлюсь собственной слюной.
– Что ты только что сказала?
Она поворачивается от раковины, широко раскрыв глаза и заикаясь.
– Я не… Я хочу сказать, я никогда не делала этого…
Мои брови взлетают до линии волос.
– Это просто выражение!
Томми бормочет себе под нос:
– Американки вообще странно выражаются.
Элли поднимает вверх маленькую белую туфельку с ремешками.
– У меня сломался каблук. И у меня нет других туфель, которые подходят к этому платью! Я облажалась по полной.