Принц
Шрифт:
– Мда-а, братец мой сотоварищи, те ещё жуки.
– Поёжился Принц Свен.
– Даже боюсь предположить, для чего в самом деле Господь вытащил его из собственного запасника.
– Так, может быть, как раз для всего этого.
– Король Йоханн зажёг светляк и, немного полюбовавшись, с видимым сожалением погасил весело пляшущее на руке яркое пламя.
– Сам посуди, он бежит от Аими, пересекает пол мира и, неведомым образом очутившись в этой Подольской Школе Милиции, практически сразу инициирует нашу меленькую героиню, и её мать.
– Король весело блеснул глазами, и воодушевлённо продолжил.
– А девочка,
– И куче сопутствующих этому проблем.
– Как-то вяло буркнул Свен.
– А, вот когда стукнет тебе шестьдесят пять, тогда и посмотрим, что ты будешь готов отдать за подаренные тебе полвека.
– Не согласился с оценкой сына Король. И, завершая разговор, резюмировал.
– Ладно, звони юристам. И, чтобы завтра все документы на Марию Алексеевну и нашу маленькую кудесницу были готовы!
– Он предвкушающе потёр друг о друга ладони и распорядился.
– Пресс-конференцию назначим завтра с утра.
– А затем, погрозив кому-то крепко сжатым кулаком, грозно рыкнул.
– Я им всем покажу!
Что он собрался демонстрировать? И кто были эти неведомые оппоненты, для истории так и осталось загадкой. Но, по контексту можно было сделать вывод, что жизнь даже такого, "игрушечного" монарха, коим, по существу являлся Король Швеции Йоханн Седьмой, отнюдь не усыпана розами. И у сильных мира сего тоже имеются, пусть и иные, чем у простых смертных, но тоже требующие траты нервов и времени, заботы.
Когда Марина проснулась и, как и предполагал, приняла душ, мы вышли из пространственного кармана и провели в ожидании ещё около сорока минут. После чего в комнату вошёл Принц Свен и, сияя голливудской улыбкой, сообщил нам радостную весть. Он присел на корточки перед Леськой и, сначала потрепав её по волосам, а затем взяв на руки, обратился к Марине.
– Отец и мама передали, что очень вам благодарны.
– Его голос был переполнен оптимизмом.
– И просят прощения, что не могут уделить вам должного внимания сегодня.
– Тут он сделал вид, что смутился и, выждав положенную паузу, во время которой мы все трое понимающе покивали, закончил.
– Но завтра в полдень Его Величество назначает пресс-конференцию. На которой ответит на вопросы всех заинтересованных лиц. И мы будем очень благодарны, если вы почтите это мероприятие своим присутствием.
– Конечно же, мы придём.
– Мило обнажив жемчужные зубки в ответ, заверила его моя девушка. И, как видно желая произвести как можно лучшее впечатление, сделала, как на мой взгляд, весьма неуклюжий комплимент.
– А вам, и вашим родителям так гораздо лучше!
– Ну, ещё бы!
– Хохотнул Принц Свен, залихватски подмигнув. И изрёк самую банальную истину, которую я только слышал в этой Локации.
– Молодость всем к лицу!
А я, еле удержав зубовный скрежет, постарался сделать вид, что меня вовсе не трогает это милое воркование, отстранённо смотрел в окно. Не, ну вы видели, а? Эти двое ведут себя так, будто я какое-то пустое место!
Но, к моему несказанному облегчению и всеобщему счастью, видимо, у старшего Принца действительно за последний час накопилось множество неотложных дел. Так как он, ещё раз белозубо ощерившись на прощание, поставил Леську на пол
– при этом галантно поцеловать руку моей девушке.
От чего та миленько так зарделась и, искоса посмотрев на меня, ехидненько улыбнулась.
– Через несколько минут за вами зайдут, и проводят до машины.
– Уведомил Свен на прощание. И, строго посмотрев мне в глаза, многозначительно предупредил.
– И я прошу тебя, Генрих... Без этих твоих... Фокусов с внезапными исчезновениями!
– Он серьёзно так насупил брови, забыв, что выглядит теперь едва ли не младше меня самого.
– Хватит водить за нос людей, в чьи обязанности входит обеспечение вашей безопасность!
После чего аккуратно закрыл за собой дверь. Так тихо, что даже я не услышал ни звука.
А эта вертихвостка, как ни в чём не бывало, показала мне язык и, сделав вид, что не заметила моего насупленного вида, о чём-то защебетала с Леськой. Ну, интриганка чёртова, прости меня Создатель, за упоминание имени врага твоего, яжтебеприпомню!
Ну и ладно! Сделав вид, что меня это не касается, я уселся в кресло и, выведя на сетчатку глаза запись тех долей секунды, что находился в реальном мире во время всех четырёх инициаций, начал внимательно изучать всё, что невольно попадало в поле моего зрения. Но, так как, по вполне понятной причине, едва взорвался первый запущенный мной файербол, внимание всех присутствующих было приковано к основным фигурантам, то никакого слишком уж пристального внимания к себе я не обнаружил.
Бесспорно, может и попал кому-то в кадр. Но, так как, каждый раз, выходя из стазиса автоматически старался занять то положение в пространстве, из которого уходил в межмирье, то, надеюсь, каких-то особых подозрений в моей причастности к сегодняшнему "Стокгольмскому феномену" не возникнет.
Марина же, видя, что её игра не достигла желаемого эффекта, немного расстроилась. Отчего пришёл выводу, что её интерес к Старшему Принцу насквозь фальшив? И вообще, с сточки зрения любого ценителя театрального искусства, не выдерживает абсолютно никакой критики? Так ведь, в моём распоряжении всё-таки имелась такая замечательная штука, как сканирующая программа.
Которая, считывая мимику и анализируя запахи, а так же основываясь на жестах и телодвижениях вообще, со стопроцентной точностью проясняла истинные намерения любого условно-разумного. Правда, поддавшись на провокацию, я поначалу не сообразил прибегнуть к услугам мудрого интерфейса. Но, к счастью, умная программа, посчитав, что моё самочувствие и эмоциональное состояние немного ухудшились, поспешила информировать хозяина о истинном положении дел.
– Ревнуешь?
– Усаживаясь на мне на колени, и пощекотав носиком шею, вкрадчиво поинтересовалась Марина.
– Не-а!
– Уже вполне успокоившись, высказал истинную правду я.
– А вот и нет!
– Почему-то стала настаивать на своей версии только что произошедшего маленького спектакля моя девушка.
– Ревнуешь, ревнуешь!
– Так ты что, всё это нарочно?
– Чтобы не заводить эту скользкую беседу в опасные дебри, подыграл ей я?
– Ты специально моему брату глазки строила?
– Это тебе моя месть!
– Ни с того, ни с сего вдруг решила раскрыть карты Марина.
– За всех баб, что вертели перед тобой хвостом в Академии!