Принц
Шрифт:
Лестница. Тишина, только капание воды с потолка, нарушает ее. Поднимаюсь, сердце стучит, кажется, так громко, что своим стуком может выдать мое присутствие. Лестница заканчивается небольшим помещением с двумя дверьми. Открываю одну, вижу продолжение длинного коридора. Решаю посмотреть, что за второй дверью. Чуть не пьянею от запаха улицы и чистоты ночного воздуха. Я вышел во двор, увидев большую постройку, скольжу, прячась за нее. Понимаю, что надо поскорее отсюда выбираться, но как не знаю. В конюшне заржал конь. Пробираюсь туда. Откуда-то на ум приходят слова заговора для усмирения животного.
Не перестаю скакать уже второй день. По дороге никого не встречаю. С одной стороны меня это радует, с другой, я совершенно не знаю где я и туда ли я двигаюсь. Все же я решил найти северные земли и выяснить кто я такой, и почему десять лет я вынужден был просидеть в подземелье шлюхой?
Постепенно на мне все начинает заживать, просто неимоверно чешется, приходиться ерзать на коне. Привыкшее за столько лет тело, моментально отзывается на такие движения, приходится удовлетворять себя рукой, это приносит разрядку, но совершенно не полную. Удрученно понимаю, что от привычек подставлять свой зад я освобожусь не скоро, если вообще у меня это поучится сделать. Чуть не вою, от желания поесть, и чтобы меня поимели. Дико оглядываюсь, но никого не вижу.
Конь больше не бежит, идет неторопливо шагом. Понимаю, что ему тоже надо отдохнуть. Голод в двух направлениях долбит меня по -полной. Обрадовано замечаю впереди огоньки. Деревня!
На улицах много народа, спешиваюсь, иду рядом с конем. Голоса людей замолкают, стоит мне пройти мимо.
– Уважаемый, не подскажете, у кого можно остановиться на ночлег? – спросил я у одной из женщин.
– А чем платить будешь? Деньги есть? – осмотрев меня, и видя, что на мне одето все явно с чужого плеча, спросила женщина.
– Я могу заплатить собой, - спокойно отвечаю я.
Женщина охает. Я не понимаю ее круглых ошарашенных глаз. Мне приводили два разу женщину, это когда хозяин напивался во время праздника, и решил сделать мне подарок. Мне пришлось переспать с ними, чтобы его не разозлить, но мое тело было совершенно не удовлетворено тогда. Привык я к мужским ласкам. И тела у женщин странные, мягкие, бархатные, без выступающих мышц… Сравнивать не хочу. Женщины просто другие, и все. Но ради ночлега я готов отработать, хотя сейчас бы не отказался от двоих - троих мужчин сразу, и пожестче.
– Парень, ты что нарываешься? – подошел ко мне деревенский мужик, раза в два меня шире.
– Простите, господин. Просто я ужасно хочу есть, и переночевать, а заплатить мне нечем. У меня есть я и конь. Второй нужен для передвижения в северное королевство, остаюсь я. Если господин хочет, я исполню все его желания и согласен, если вы будете не один.
– Парень, ты больной? – спросила женщина. – У тебя стыд есть?
– Стыд? А что это такое? -
– Он блаженный, - смягчился мужчина. И подойдя ко мне приобнял за плечи. – Пойдем, я тебя к старосте отведу.
Я последовал за мужчиной.
– Проходи парень, сейчас есть будем, - проговорил староста, странно на меня поглядывая. Тот, кто меня привел тоже остался вместе со мной на кухне. Моего коня привязали на улице и дали поесть.
– Ты сказал, что едешь в северное королевство, этот так? – спросил староста, когда мы уселись за стол.
– Да. Я хочу узнать, правда ли то, что я принц северного королевства.
Мужчины переглянулись, и пожали плечами.
– А предлагал ты чего? – заговорщицки спросил мужчина, приведший меня.
– Себя, - спокойно повторил я свое предложение.
– Уверен? А то мы не против поразвлечься. Деревня маленькая, приходится сдерживать свои желания, чтобы на смех не подняли, - грустно сказал староста. – Нам с Путом, вдвоем в деревеньке нашей немного скучновато.
Приведший меня мужчина согласно кивнул.
– Можете и вдвоем быть. Мне не впервой, - ободрил я их.
– Парень, давай ты сначала поешь, а потом и поиграемся, - поднялся староста, накрывая на стол.
У меня глаза разбегались от еды, а слюни просто текли по подбородку, когда я вдохнул аромат блюда с пищей.
– Ешь, - сказал хозяин.
Я буквально набросился на еду. Такого еще никогда не ел. Было так вкусно, что слезы побежали по щекам.
– Парень, ну ты чего? – всполошился староста.
– Эй, малец, не реви, - потряс меня за плечо Пут.
– Простите, - шмыгнул я носом, утираясь рукавом. – Просто я такого вкусного еще никогда не ел.
– Вкусного? Мясо, пережаренное, да картофель отварной… Проще не придумаешь, - хмыкнул староста.
– Все, я наелся, - откинулся я на спинку стула.
– Где? – удивился Пут. – Ты же, как цыпленок поклевал?!
– Много нельзя, плохо будет, - сказал я, зная, на собственном опыте, пришлось как-то проверить. – А теперь ваша очередь получать удовольствие. Я сполз на колени, и отработанным годами движением, подполз к старосте, и, распутав завязку на штанах, достал его еще вялый член, и стал посасывать. Второй пододвинулся ко мне поближе, чтобы я мог рукой ухватиться и за его достоинство, требующее внимание.
Поочередно отрываясь то от одного то от другого, но продолжая движение рукой, я вылизывал и посасывал их члены, пока они не стали твердыми и совсем скользкими от моей слюны.