Принц воров
Шрифт:
– Да куда ж они делись-то, твари?
– Должно быть, побежали в гавань.
– Так там везде наши.
– Ну и хорошо – попадутся!
– Лучше б нам попались. Как твой жеребец, Валиульф?
– Ладно вам смеяться-то!
– В следующий раз не отдавай его в чужие руки.
– Так что будем делать? Поскачем в гавань?
– А не лучше ли обыскать все окрестные дома?
– Ага… а ты их хозяев разбудишь? Можно, конечно. Но это ж сколько времени, да и шума… Нет, парни, давайте-ка в гавань. Мы с Валиульфом – вдоль этой улицы, вы двое – по той, а вы –
Весь этот диалог был прекрасно слышен с пышной кроны платана, куда и взобрались хитрые беглецы незадолго до появления всадников.
– А ты, я смотрю, ушлый парень, – с уважением прошептал незваный ночной гость. – Завтра свечку за твое здоровье поставлю, кабы не ты…
Александр улыбнулся: слова благодарности были ему приятны.
– Ты – дружок Феклы, девушки с постоялого двора? – чуть помолчав, шепотом спросил молодой человек.
– Так, захожу иногда к ней. Мы в одной деревне росли. А Фекла – неплохая девчонка, хоть и смешная.
– Да, забавная. А что ж ты так испугался стражников?
– А ты?
– У меня были на то причины, – усмехнулся Александр.
Незнакомец тоже хохотнул:
– Вот и у меня – были. Даже лучше сказать – есть.
– Скоро рассвет, – Саша посмотрел в небо. – Выждем, когда станет людно, и спрыгнем.
– Да, спрыгнем… Хотел спросить, как твое имя?
– Можешь хвать меня Александр.
– А меня некоторые кличут Марком.
– А иные – как-то иначе?
– Еще зовут – Марк Обезьяна… Слышал, может быть?
– Нет, я ведь не здешний.
– И сразу же бросился бежать от ночных стражей? Послушай-ка, Александр, а ты чем намерен заняться, если не секрет?
– Пока не знаю, – молодой человек подавил смешок. – Чем-нибудь. Тем, что приносит звонкие монеты, я, знаешь ли, почему-то их очень люблю.
– Звонкие монеты все любят, – тихонько присвистнул Марк.
– Не свисти – денег не будет.
– Это почему еще?
– Примета такая.
– Надо же… Не знал. Так значит, у тебя каких-то определенных планов нет?
– Ха!!! – Саша постарался, чтобы это «ха» прозвучало как можно более язвительно. – Зачем мне тебе говорить о своих планах?
– Конечно, незачем, – покладисто согласился напарник по ночному кроссу. – Просто парень ты вроде бы неплохой, нам такие люди нужны.
– Кому это – нам?
– Так, в свое время узнаешь. Сегодня поговорю о тебе кое с кем. Если захочешь иметь дела с надежными людьми – приходи ближе к вечеру в «Гвоздь», это таверна на южной окраине, недалеко от церкви Хевронии. Бывал?
– Я же говорю, что не здешний.
– Ну, дорогу спросишь, найдешь. А если в «Гвозде» вдруг с недоверием встретят, скажи, что меня знаешь – Марк Обезьяна – запомнил?
– Запомнил. Точно не обещаю, но, может быть, приду.
– Тсс!!! Вон, рыбаки в гавань пошли…
– А вон – торговцы… плотники…
– Это каменщики. Ну что, слезаем?
– Давай.
Дождавшись, когда каменщики минуют платан, оба спрыгнули разом – переглянулись и, не удержавшись, захохотали.
Александр наконец-то смог разглядеть своего визави – юркого
– Ну, Александр, надеюсь, до встречи! – махнув рукой, новый знакомец тут же смешался с крикливой толпой идущих в гавань торговцев, причем сделал это столь ловко, что Саша не успел и глазом моргнуть.
Уж конечно же, умудренный недюжинным жизненным опытом молодой человек ни капельки не сомневался, что и Марк Обезьяна, и те «надежные люди», о которых этот парень упоминал, никакие не повстанцы, не бунтари, не борцы с режимом – боже упаси! Обычные мелкие шняги – воришки, мошенники, грабители, – каких много в любом городе, тем более – в портовом. Идти к ним на встречу в какой-то там «Гвоздь» Александр явно не собирался, поскольку совершенно подобным скользким типам не доверял, а в блатную романтику и дружбу не верил совершенно. Да и вообще – ни к чему все это было.
Отыскать дом мозаичных дел мастера Лициния – вот это другой разговор. Узнать, чем этот город дышит, кого ищут, что за облавы по ночам? Может быть, и некоторое время у Лициния пожить, под видом любимого дядюшки Лешки – вряд ли частные особняки подвергаются ночным обыскам, вряд ли. Еще больше озлобить имущее население – на это Гелимер не пойдет, не такой уж дурень.
– Хочешь заказать мозаику, господин? – хозяин подвернувшейся по пути москательной лавки задумчиво поднял глаза к потолку. – Так ты не туда заглянул.
– А, может, ты, уважаемый, сможешь подсказать мне какого-нибудь известного мастера? Некоего Лициния очень хвалят.
– Лициния? Ничего не могу сказать. Видишь ли, господин, я никогда не заказывал мозаик.
– Жаль…
– Ты спроси лучше в какой-нибудь церкви – думаю, там тебе точно скажут.
В церкви! Ну, конечно же – в церкви, уж где и спрашивать о подобного рода мастерах, как не там?
Выйдя из лавки, Александр как ни в чем не бывало справился у прохожего насчет ближайшей церкви – туда и зашагал, расслабленно и неспешно, словно это не за ним еще несколько часов назад гнались стражники с факелами. А о чем ему было беспокоиться? Внешним видом своим Саша ничуть не отличался от местных, туники ночью набросил, даже прихватил пояс с деньгами, вот только плащик оставил, так и черт с ним, и без него жарко, тем более, если что, всегда другой можно купить, денег хватит.
Так вот, не спеша, молодой человек вышел на просторную площадь, со всех сторон обрамленную величественными кипарисами и финиковыми пальмами, за которыми виднелись белоснежные портики базилик и – большая, под синим куполом с сияющим позолотой крестом, церковь. Хоть заутреня давно и закончилась, тем не менее в церкви оказалось немало народу – кто-то ставил свечки, молился, кто-то сидел на скамьях, созерцая великолепные настенные панно, и о чем-то думал.
– Какие великолепные мозаики! – присев на скамеечку, с искренним восхищением покачал головой Александр. – Это что же, греки делали? Или осталось от римлян?