Принц воров
Шрифт:
Отказываться с негодованием от девчонок? Ага, как же!
Однако, интересно, где же Нгоно? Сегодня как раз двадцатое… И «Мистраль» с коммандос должен был возникнуть не так далеко… еще ночью. Что-то не возник. Значит – завтра. Или – в самые ближайшие дни.
Подождав еще немного, молодой человек пожал плечами и отправился обратно в таверну.
Ночью к нему снова пришла Мириам – деньги взяла, засмеялась, обвила шею Саши руками, прищурилась с неким девственно-бесстыдным лукавством.
– О, серебро! Мне нравится… Да, забыла, да. Но ведь я знала, что сюда еще вернусь!
Как-то незаметно они снова занялись любовью, потом Мириам все время смеялась, пожалуй, даже больше, чем первый раз, Саша даже на миг показалась – обкуренная, что ли? Однако нет, темно-шоколадные, якобы невинные девичьи глазки были чистые, да и речь отличалась редкостной для двадцатилетней девчонки логичностью и даже, можно сказать, образностью.
Александр старался побольше расспрашивать, чтобы проводить время не только приятно, но и с пользой.
– Гелимер-рэкс? – смеялась девушка. – А что? У тебя есть к нему какое-то дело, мой господин? О, да, да – Авдальд, я тебя именно так и зову. Но ты такой… слишком ученый для варвара, слишком образованный… извини – могла невольно обидеть, это я не со зла.
Похоже, она вообще ничего не делала со зла, эта вечная хохотушка, и, уж конечно, вряд ли хозяин таверны хоть когда-нибудь хлестал ее плеткой, как девчонка врала вчерашней ночью. Вообще, Мириам любила приврать.
– О, Гелимер, многие наши его ненавидят, хотя… он не хуже и не лучше любого другого.
– Ваши?
– Ну, все горожане, кто считает… все еще продолжает считать себя частицей империи.
– Они ждут ромеев? – прямо спросил молодой человек.
Собеседница ничуть не обескуражилась этим вопросом, потянулась, словно налопавшаяся сметаны кошка. Однако отвечала уклончиво:
– Ромеев? Кто-то ждет, кто-то – нет. У всех разные планы.
– Ты хотела сказать что-то о Гелимере-рэксе?
– О, милый Авдальд… ты очень, очень хорошо говоришь на латыни. Вот только это имя… фи… Авдальд! Тебе больше бы пошло что-нибудь другое, например – Анамексий, Лициний, Александр…
Александр вздрогнул.
– Да-да – Александр, это очень подходящее для тебя имя, мой господин… ой, извини – я, кажется, лезу не в свое дело.
– Да ладно уж. Ну и что там король Гелимер?
– Многие считают его узурпатором.
– Это не новость. И что?
– Да так… про его советников болтают разное. Говорят, будто бы это люди из Тьмы!
– Откуда?!
– Из Тьмы… Больно уж они необычны – на рынке ходят слухи, будто все они черные колдуны!
– Так-так-так, –
– Не знаю… так говорят. Ой… кажется, светает…
Вскочив с ложа, Мириам подбежала к окошку – стройненькая и легкая она, похоже, вовсе не стеснялась своей наготы… хотя – чего уж тут теперь было стесняться-то? Эта девушка почему-то напоминала Саше парижских студенток: обаятельных, шустрых, легких в общении и любви. Этакие стрекозы… Вот и Мириам – как стрекоза. Все порхает, порхает, что-то говорит, хохочет… вот – опять:
– Ну, милый мой господин, что тебе еще рассказать о нашем правителе? Что-то ты им сильно интересуешься.
– Как и любой воин.
– Ага! Так-таки любой?!
– Мириам, ты, я смотрю, очень неглупая девушка.
– Допустим.
– И должна понять – меня, как воина, очень интересует и сам правитель, и его планы – ведь очень скоро может случится война.
– То, что она будет – это и без правителя ясно, – танцовщица насмешливо фыркнула. – Твой меч… несомненно, ты им хорошо владеешь. Научишь меня?
– Зачем? Вовсе не меч лучшее оружие женщины. Да и этот клинок слишком тяжел для тебя.
– Ладно. А у тебя есть родичи? Братья, сестры?
– Нет никого, все погибли.
– А дети? Жена?
– Расскажи лучше о себе. Что ты делаешь здесь, в этой таверне?
– Ха! – девчонка ничуть не смутилась. – И ты еще не догадался? Надо же. А-а-а… просто делаешь вид. Ну и зачем?
– Так… А тебе это все – зачем? Деньги?
– Они, – на миг нахмурившись – только лишь на один миг – кивнула танцовщица. – И еще – покровительство сильных мира сего. Без серебра и золота еще можно прожить, без защиты – никак. Ну, кто я такая? Всякий обидит.
– А потом? – тихо спросил молодой человек. – Когда, может быть, ты накопишь достаточно денег…
– Почему это – «может быть»? – Мириам повела плечиком и задиристо тряхнула челкой. – Обязательно накоплю! И открою таверну… и еще – выйду замуж. За богатого и влиятельного старика!
Вот как!
Такой циничной особы – словно бы явившейся вслед за ним аж из двадцать первого века – Александр в эти древние времена еще не встречал ни разу! Ну, и где же тут религиозное сознание? Какое там…
– Ты так рассуждаешь… – Александр – впрочем, ничуть не осуждающе – покачал головой. – А Бог? Как же он? Ведь все, что ты делаешь – грех!
– Кто бы говорил о грехе! – снова расхохоталась танцовщица… и тотчас же сделалась серьезной… опять – лишь на короткий миг. – Да, я знаю, что грешница, и до святой Перпетуи мне еще очень и очень далеко. Сейчас… а дальше – кто знает? Тем более, Господь любит меня – я это чувствую и молюсь каждый день. И еще недорассказала тебе все… наряду с таверной, я хочу открыть больницу для бедных, приют.