Принц теней
Шрифт:
Полночь обволакивала лес тьмой. В сон Льешо проник чей-то свист. Он звучал в грезившемся зимнем дворце: караваны уже прошли, и снежное одеяло укутало Фибию тихим долгожданным покоем. Льешо проснулся, едва дыша от бега по длинному коридору в поисках братьев. Он все еще слышал голос мастера Марко.
– Я здесь. Я жду тебя, мой мальчик. Мы нужны друг другу, ты и я. Вместе мы будем править на земле и на небе.
Слова не имели смысла. Льешо – беглый раб. Никто, кроме его самого и духа учителя, не знает, что путешествие не закончится в Шане, а лишь начнется там. Юноше с трудом верилось, что ему удастся вернуть Фибию. Он не понимал, почему
Друзья мирно спали, не встревоженные звуком. Льешо уже решил, что голос ему просто приснился. Нет. Вот он снова пульсирует в мозгу, как отражение маяка в ночном море: «Ты мой, душой и телом, мальчик. Тебе не уйти от судьбы. Разве я не дал тебе понять это на Жемчужном острове?»
Льешо вздрогнул. Голос звучал в его голове. Юноша почувствовал, что на нем железный ошейник; цепи тянули вниз, к отчаянию. Ему не избежать этих цепей: они поднимали его из мшистого ложа, душили, если он пытался сопротивляться. Льешо следовал голосу и двигался, куда тянула удавка на горле. Шаг, второй, мимо спящих калачиком друзей, закутанных в одеяла. Смутно юноша припоминал, что они собирались стоять на посту, однако все четверо спали. Споткнувшись о последнего из них, он простонал от боли: бревно! Неужели под смятыми одеялами дрова? Нет, одно из них пошевелилось и пробурчало что-то во сне. Льешо расслабился и пошел вперед, в лес, на зов голоса.
– Куда ты, Льешо?
Мара встала перед ним непреступной стеной. На ее потрепанное платье была накинута шаль, руки напряженно скрещены под грудью. В лунном свете она выглядела моложе, точнее, возраст не поддавался определению. Она казалась ужасной, словно из ожившего камня.
– Мне нужно уединиться на секунду, – солгал он, запинаясь, и повесил голову, не в силах вынести ее взгляд.
– Цепей больше нет, Льешо.
Юноша поднял глаза, чтобы встретить суровый вызов на ее лице.
– Он не может заставить тебя прийти к нему. Единственная его надежда – то, что у тебя не хватит ума проигнорировать его зов.
– У меня достаточно ума, – неуверенно ответил Льешо, сознавая, какую глупость он только что не натворил. Ужасная мысль не покидала его. – Если я уйду к нему, он оставит вас всех в покое. Если я попытаюсь убежать, он убьет вас и заберет меня.
– Только если он поймает тебя, – улыбнулась Мара, отчего вовсе не стало спокойней. – Подожди до завтра. Доберемся до реки, посмотрим.
– Я не могу, – взмолился Льешо, чтобы она поняла его. – Он в моей голове, – чуть не прокричал юноша, только теперь заметив, что друзья зашевелились и начали подниматься, все еще укутанные одеялами, с чувством вины, что заснули, несмотря на договор дежурить по двое. Льешо решил, что это тоже дело рук Марко, но оставил выводы при себе, словно непристойный секрет.
Хмиши и Льинг подошли к нему и заняли боевую позицию. Юноша впереди, чуть правее, с обнаженным мечом. Девушка – за левым плечом, с натянутым луком.
– Нас что, атакуют? – поинтересовалась Каду.
– Уже нет, – смотря в глаза Льешо, ответила Мара. – Мастер Марко не потревожит его второй раз за ночь.
Целительница решила, что сможет защитить компанию от потустороннего воздействия. В лунном свете ее глаза словно отражали вечность, и Льешо вынужден был поверить ей. Он едва кивнул, дав понять, что готов следовать ее совету.
Целительница приняла
– Поспите еще несколько часов, – обратилась она к друзьям. – Мы выезжаем завтра до рассвета.
Хмиши и Льинг последовали за ним отдыхать, а Каду присоединилась к Маре стоять на посту; с лица девушки не сходило выражение неловкости из-за того, что она не выполнила свою обязанность. Надо было объяснить, что это не ее вина. В полночь они все легкая добыча для темных мыслей, чем Марко и воспользовался. Маг сковал их волю до того, как они смогли понять, что происходит. Имея колдуна отца, Каду не усомнилась бы в действии на них Марко. Правда, Льешо не знал, что она захочет предпринять по этому поводу, и был слишком утомлен, чтобы разбираться с ней.
– Спать, – пробормотал он себе под нос и лег на мягкую мшистую постель.
– Почему мастеру Марко так важно вернуть тебя? – недовольно сморщила нос Каду, и Льешо понял, что на то есть основания.
Всю ночь он крутился и вертелся под тяжестью своих секретов, пока наконец не решил, что хватит скрывать правду друг от друга, если они хотят выжить. Собираясь продолжить путь, он рассказал друзьям все, начиная с того, кем был Льек в Фибии, о его духе в Жемчужном заливе, о том, как мастер Марко вызвал Кровавый Прилив и обвинил целительницу Кван-ти. Он поведал им об ужасных месяцах, когда надзиратель бил его, держал на цепи и использовал в качестве подопытного кролика. Льешо признался, насколько сильно боится вернуться в страшную мастерскую Марко. Хмиши и Льинг имели представление об этих событиях, Каду знала чуть меньше, а Мара, как они думали, вообще ничего. Однако только целительница не удивилась, что мастер Марко явился юноше во сне. Она кивнула седой головой, подтверждая, что колдун наложил на всех заклинание, чтобы они заснули и не могли стоять на карауле.
Когда Льешо закончил рассказ, Мара уже злилась от нетерпения отправиться в путь. Юноша считал, что незнание сил и намерений мастера Марко опаснее, чем часовая задержка. Льешо смело посмотрел ей в глаза и занялся натягиванием тетивы и проверкой стрел. Он интуитивно знал, почему они так быстро заснули после ночного происшествия и почему Марко не повторил попытку поднять его. У Льешо не было доказательств, он даже не руководствовался в своих выводах логикой, поэтому молча принял ее намек держать всякие догадки при себе.
– Зачем? – задала Каду вопрос, который волновал самого юношу с того момента, как он понял, что за ним охотится мастер Марко. Не получив ответа, девушка предложила свой вариант: – Я хотела сказать, что ты когда-то был принцем, но значит ли это, что за тебя кто-то предложит выкуп?
Со стратегической точки зрения это звучало бессмысленно, что Каду и попыталась объяснить Льешо, не задев его чувства. Она не знала, что юноша задавал себе данный вопрос тысячу раз, после того как мастер Марко защелкнул на нем железный ошейник.
– Ты обладаешь магической силой или чем-нибудь подобным?
– Я могу задерживать дыхание под водой, – сказал Льешо абсолютно серьезно. – И я умею, точнее, умел, безупречно выполнять молитвенную фигуру «Ветер над горной вершиной», хотя спотыкался в середине во время соответствующего боевого приема.
Мара подавилась, схватилась за голову, затем за горло. Она ничего не ела в тот момент, что насторожило Льешо. Прокашлявшись, целительница жестом приказала им продолжать и энергично направилась за деревья.