Принц наемников

Пурнелл Джерри

— Боже! — Один из двух подошедших сзади потянулся к Лисандру. Но тут же отдернул руку, и та бесполезно повисла, а юноша изумленно воззрился на алую кровь, текущую от локтя к запястью. Харв сразу переложил нож в левую руку. Он по-прежнему не произнес ни слова, но улыбка его становилась все шире.

— Да кто вы такие? — Тот, кого вожак назвал Марио, попятился. — Кто? — Он посмотрел на остальных. — Парни, может…

— Может, вы допустили ошибку, — сказал Лисандр. — Пожалуйста, оставьте нас в покое.

Третий, видимо, считал,

что владеет боевыми искусствами. Он пнул Харва и взмахнул трехфутовой цепью. Лисандр отступил, увернувшись от цепи. Харв двинулся вслед за ней и оказался рядом с парнем. Его правая рука двинулась снизу вверх, а левая нога приземлилась на подъеме ноги парня. Тот со стоном упал.

— Пожалуйста, — сказал Лисандр.

— Да, конечно, приятель, конечно, — ответил Марио. Он помог третьему встать.

Все они повернулись и ушли, стараясь не бежать и не оглядываться на упавшего вожака. Харв казался разочарованным.

Губернатору Карлтону Блейну было чуть больше сорока стандартных лет. Дядя Лисандра говорил, что Блейн сумасшедший: у его семьи такие связи, что он мог бы получить любой пост, а он выбрал Танит. Все остальные губернаторы тюремной планеты оказывались здесь потому, что проигрывали схватку за власть.

Он вышел к гостям в полдень. Встреча происходила в зале для приемов, отделанном какой-то экзотической древесиной, возможно, привезенной с Земли, хотя Лисандр был уверен, что это не так. Таниту такая роскошь не по карману. Лисандр незаметно притронулся к стене: на ощупь похоже на дерево, но такое ощущение вызывают многие пластики.

Блейн был заметно выше 180-и сантиметров Лисандра; он более худой. Рыжеватые волосы словно расчесаны пальцами. На левом кармане легкого пиджака герб Совладения. Рукопожатие крепкое.

— Рад познакомиться, принц Лисандр. Налогоплательщик Миддлтон.

— Спасибо.

— Я гражданин, — гордо сказал Харв.

— О. Ваше высочество, нам сообщили, что визит неофициальный.

— Да. Вполне. Блейн кивнул.

— Я также получил письмо от председателя совета директоров «Ледерле» с просьбой оказать вам содействие. Конечно, мы это Сделаем. Чем можем быть полезны? — Блейн повел их в свой кабинет.

— Возможно, кто-нибудь покажет гражданину Миддлтону дворец и угостит его выпивкой.

Блейн приподнял бровь, потом повернулся к секретарше:

— Энн, попросите мистера Кима зайти и отвести друга принца Лисандра в клуб. Спасибо. — И он первым зашел в свой кабинет.

Стены кабинета отделаны такими же панелями, как и приемная. Стол намного роскошней — из экзотической древесины, с полосками полированного камня. Он господствовал в комнате, и не спросить о нем было невозможно.

— Очень красиво, — сказал Лисандр. — Никогда ничего подобного не видел.

Блейн широко улыбнулся.

— Спасибо. Исключительно местные материалы. Змеиное дерево и серый хоулит. Конечно, электронная начинка изготовлена на Земле, на

«Виасин». Пройдет немало лет, прежде чем мы сможем делать что-то подобное. Выпьете что-нибудь?

— Спасибо.

— У нас превосходный ликер и ром со вкусом танитского плода страсти, но, наверно, еще слишком рано для такого сладкого. Может, танитский виски?

— Спасибо. — Лисандр осторожно отхлебнул темный напиток. — Очень неплохо.

— Рад, что вам нравится. Немного похож на шотландский, только покрепче. Некоторые считают его слишком крепким.

— Спартанский виски — потомок ирландского, — сказал Лисандр. — Мы считаем его лучше самого лучшего земного. У нас мастер родом из Корка…

— Та же самая история и у нас, — заметил Блейн. — Все семейство из окрестностей Инверари. Не знаю, чем они так рассердили Бюро Переселения, но их прислали сюда — Танит выиграл, а Земля проиграла. Один из моих предшественников поручил им изготовление виски. Итак. Полагаю, ваш первый день на Таните прошел приятно?

— Он начался достаточно приятно… я могу вас расспросить о местных обычаях?

— Прошу вас.

— В моем номере была девушка…

— Блондинка или рыжая?

— Рыжая.

— Это Урсула Гордон. Умная девушка. Я полагаю, что, когда вы сказали, что день начался приятно…

— Но что она там делает?

— Прошу прощения?

— Не молода ли она для проститутки? Блейн выглядел смущенным.

— Ну, у нее нет выбора.

— Я так и думал. У нас на Спарте нет рабства.

— Да, а на Таните есть. Как раз то, что я пытаюсь отменить. Но требуется больше времени, чем вам может показаться.

— Да, у нас такой же опыт: все требует большего времени и стоит дороже. Но рабство? Разве его нельзя отменить?

— Это не рабство. Не в строгом смысле слова. Контракт, — ответил Блейн. — Дети осужденных обязаны заключить контракт с владельцем контракта их матери. Идея в том, что поскольку владелец должен заботиться о воспитании и образовании ребенка, он должен что-то за это получать. «Хилтон» выкупил ее контракт, когда она была совсем юной, и заплатил за ее обучение. И теперь владельцы ждут от нее определенной выгоды. Отвратительная практика, и в будущем я обязательно положу ей конец. К несчастью, я ничего не могу сделать с прошлым. Пытался. Арбитражный судья Совладения поддержал контракт. — Блейн говорил слишком быстро. Подошел к бару и снова принес бутылку. — Налить вам еще?

— Спасибо… и долго ей еще работать по контракту?

— Пока ей не исполнится девятнадцать земных лет. На Таните год длиннее. Дни немного короче, но мы считаем 365 танитских дней за земной год. Слишком сложно отмерять часы. — Блейн поработал клавишами консоли на столе. — Она будет свободна через 209 местных дней.

— Что она тогда будет делать? — спросил Лисандр. Блейн глубоко вздохнул.

— Если повезет, продолжит работать в «Хилтоне».

— И это лучшее, чем она может заняться?