Принц Хаоса
Шрифт:
— Как ты узнаешь, что я сделал это должным образом?
— Хороший вопрос, — сказал Льюк. — Мерль, у тебя есть с собой колода Козырей?
— Да.
Я вытащил их и показал ему.
— Моя там пока еще есть?
— В последний раз, когда я смотрел, была.
— Тогда вытащи ее и подготовь. Прежде чем уйдешь, рассчитай свое следующее движение. Оставайся со мной в контакте, пока переход не завершится.
— А как же ты, Льюк? Ты не можешь сидеть здесь вечно, как кровавая угроза Порядку. Пат временный. Рано или поздно
— Остались у тебя в колоде старшие карты?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты упоминал как-то о Козырях Рока.
Я покопался в колоде. Они оказались почти что в самом конце.
— Да, — сказал я. — Прекрасно исполнены. Я бы их ни за что сбросил.
— Ты действительно так думаешь?
— Ага. Собери все гуртом, и я выбью для тебя персональную выставку в Янтаре.
— Ты серьезно? А ты не говоришь это только потому…
Знак Образа проворчал что-то.
— Все — критики, — прокомментировал Льюк. — О’кей. Вытащи все Козыри Рока.
Я сделал это.
— Перетасуй немного. Положи их рубашкой вверх, пожалуйста.
— Порядок.
— Разложи их веером.
Льюк наклонился, взял карту.
— О’кей, — сказал он. — Я — в деле. Когда будешь готов, скажи ему, куда вас доставить. Оставайся в контакте. Эй, Образ, мне тоже хочется чаю со льдом.
Возле его правой ноги появился заиндевевший бокал. Льюк нагнулся и взял его, отхлебнул.
— Спасибо.
— Льюк, — сказала Найда. — Я не понимаю, что происходит. Что случилось с тобой?
— Ничего особенного, — отозвался он. — Не плачь по мне, леди-демон. Увидимся позже.
Он посмотрел на меня и вздернул бровь.
— Отошли нас в Джидраш, — сказал я, — в Кашфу… на площадку между дворцом и церковью.
Я держал Козырь Льюка в повлажневшей левой ладони, рядом с гудящим спикартом. Я почувствовал, что карта похолодела, как только Льюк сказал:
— Ты слышал их.
И мир свернулся и развернулся, и было свежее, ветреное утро в Джидраше. Я посмотрел на Льюка через Козырь. Открыл кольцо — канал за каналом.
— Далт, я могу спокойно оставить тебя здесь, — сказал я. — И тебя тоже, Найда.
— Нет, — сказал гигант одновременно со словами Найды:
— Подожди минуту.
— Вы оба вышли из расклада, — объяснил я. — Ни одна сторона не проявит к вам никакого интереса. А я намерен отправить Корал в какое-нибудь безопасное место. Да и себя тоже.
— Ты в центре событий, — сказала Найда, — и я могу помочь Льюку, помогая тебе. Возьми меня с собой.
— Я тоже так думаю, — сказал Далт. — Я много чем обязан Льюку.
— О’кей, — сказал я. — Эй, Льюк! Ты все слышал?
— Ага, — сказал он. — Лучше займитесь своими делами… Вот дрянь! Я пролил ее…
Его Козырь почернел.
Я не стал ждать ангелов-мстителей, языков огня, ударов молний или разверзшейся земли. Я быстро выдернул нас из-под юрисдикции Образа.
Я
— Что происходит? — спросил меня Джарт.
— Я побит, взвинчен и задолбан. Я намерен лежать здесь и смотреть на туман, пока не улетучится остаток мозгов, — сказал я. — Встречай Корал, Найду и Далта. Выслушай их историю и расскажи им свою. И, Джарт, милый, не буди меня до скончания мира, если только не случится что-нибудь из ряда вон хорошее.
Я выполнил то, что обещал, под затихающую мелодию гитары и далекого голоса Сары К. Трава была сказочно мягкой. Туман кружился у меня в голове. Выцветая до черноты.
А потом, а потом… А потом, сэр…
Иду. Я иду, почти плыву по калифорнийским уличным торговым рядам, где я бывал так часто. Выводки малышей, супружеские пары с детишками, женщины с пакетами, идущие мимо, слова задавлены звуками из динамиков музыкальных лавок. Дарили приют кадковые оазисы, ароматы деликатесов парили в воздухе, зазывали вывески распродаж.
Иду. Мимо аптеки. Мимо обувной лавки. Мимо кондитерской…
Узкий коридор-переулок слева. Никогда не замечал его. Надо бы свернуть…
Странно, откуда здесь ковер… и свечи в высоких подсвечниках, и бра, и канделябры над узкими сундуками. На стенах мерцает вла…
Я повернул назад.
Поворачивать было некуда. Улица исчезла. Коридор упирался в стену. На ней висел небольшой гобелен, изображающий девять фигур, которые смотрели на меня. Я пожал плечами и вновь повернулся.
— Что-то еще осталось от твоих заклинаний, дядя, — заметил я. — Займемся ими.
Иду. Теперь в тишине. Вперед. Туда, где мерцают зеркала. И вспомнил: давным-давно я видел этот коридор, и его изгиб — как я вдруг осознал — был не совсем обычен для Янтарного Замка. Коридор был там, на кромке воспоминаний… юный я, идущий этой дорогой, без сопровождения… но я понимал, что цена этих мемуаров — потеря контроля здесь, во сне-заклинании. Я неохотно расстался с картинкой из юности и обратил внимание на небольшое овальное зеркало слева.
Я улыбнулся. Отражение ответило. Я высунул язык, и в ответ мне отсалютовали тем же.
Я двинулся дальше. Лишь спустя пару шагов я сообразил, что у отражения — демоническая форма, в то время как у моей персоны ее не было.
Справа кто-то тихо прочистил глотку. Повернувшись, я узрел внутри оправленного в черное ромба своего брата Мандора.
— Милый мальчик, — объявил он, — король умер. Да будет здравствовать твоя августейшая персона, как только она соизволит взойти на трон. Самое лучшее будет, если ты поспешишь вернуться для коронации на Край Мира, с невестой Талисмана или без.