Принц драконов
Шрифт:
— Нет. Не буду.
— Хотелось бы мне повидать твою жену, — с досадой вздохнул он. — Удостовериться, что она не чересчур красива. Собственная красота — сильное искушение. Она будет больше думать о себе, чем о тебе. Единственное исключение из этого правила — твоя мать.
— Да, отец.
— Твое настоящее богатство, Рохан, это твои дети. — Жгучие черные глаза скосились куда-то в угол комнаты. — По крайней мере, так было со мной.
От этих неслыханных слов у Рохана защипало глаза.
— Правда? — хрипло спросил он. — Я знаю, ты мечтал о другом
— Просто я лучше понимаю таких людей, — признался Зехава. — А ты так и остался для меня загадкой. От этого все мои страхи. Я оставляю тебе сильное государство, которое строили четыре поколения. Береги его, Рохан.
— У меня свои пути, отец. Но я обещаю удержать то, что принадлежит нам.
— Тебе, — резко поправил Зехава. — Я оставляю все тебе одному. Вплоть до последней песчинки. Помни это. Тебе придется выдержать множество битв, чтобы не отдать врагу ни пяди своей земли. И эти битвы мне тоже хотелось бы увидеть. — Он сделал паузу, поднял глаза и слегка улыбнулся. — Я ведь никогда не говорил тебе, какой день был самым счастливым в моей жизни, правда? День, когда мой сын, усердный школяр, залил кровью меридов свои доспехи простого конника…
— Я знаю, хоть ты и не сказал мне ни слова.
— Что ж, желаю тебе стать более искусным лжецом, чем я, — лукаво усмехнулся Зехава.
— Только не с теми, кого я люблю, — твердо возразил Рохан.
— Ты так думаешь?
Он крепче сжал руку отца.
— Да. Ведь именно это помешало нам узнать друг друга. И все же, несмотря ни на что, я очень люблю тебя.
Прежде чем старый принц заговорил снова, падавший на кровать солнечный зайчик успел заметно отползти в сторону.
— Жаль, что до сих пор мы не удосужились поговорить по душам.
— Зато мы говорим так сегодня, а это самое важное. — Рохан пытался заставить себя поверить в сказанное и забыть о том, как он приходил к отцу, но натыкался на непонимание…
— Если у тебя будут дочери — а я надеюсь на это — знай, что нет большей радости у мужчины, чем дочка… — Зехава закашлялся, и Рохан снова подал ему кусок мокрого шелка. Отец благодарно кивнул и продолжил:
— Балуй их так же бессовестно, как я баловал Тобин. Укрощать женщин — дело их мужей.
Рохан фыркнул.
— Как я понимаю, Чейну это не слишком удается! Зехава тихонько засмеялся.
— Посмотрим, как это удастся тебе! Не оскорбляй гордость жены, но дай ей понять, кто хозяин в постели. Ты когда-нибудь имел дело с женщиной?
Рохан вспыхнул, проклиная себя за стыдливость.
— Я не совсем невежда в таких делах…
— Замечательно уклончивый ответ. У тебя просто талант на них. Как бы я хотел увидеть девушку, которая сделает тебя мужчиной. Но важно, чтобы и ты сумел сделать ее женщиной. Твоей женщиной.
Рохан снова подумал о серьезном, сосредоточенном лице, обрамленном огненно — золотыми волосами, и снова ничего не сказал.
— Будь любящим сыном, но не позволяй матери вмешиваться в твои дела. — Твоя жена будет здесь принцессой. Она не
— Я уверен, что мать все поймет.
— Пока она понимает только одно: что я умираю.
— Она очень любит тебя, — прошептал Рохан. — Хотел бы я, чтобы мне так же повезло с женой. Зехава тихо вздохнул.
— Отвези мой пепел в Ривенрок и вытряхни его в морду проклятому старому дракону, который убил меня.
— Я сделаю лучше, — пообещал Рохан. — Смешаю пепел вас обоих и позволю ветру разметать его по Пустыне. Черные глаза сверкнули.
— И ты смеешь утверждать, что не самый непокорный сын на свете? Ладно, будь по-твоему. Это мне по душе. Два старых дракона…
— Именно так, — с улыбкой подтвердил обрадованный Рохан. Слава Богине, Зехава не стал спрашивать, сможет ли сын убить дракона.
— Теперь дай мне немного поспать, а потом пришли мать. Ты будешь ей нужен, Рохан. У Тобин будет Чейн, у тебя — обязанности, а у Мил не останется ничего. — Его голова ушла в подушки. — Бедная Мил. Бедная моя любовь… — Зехава с минуту помолчал, а потом повторил:
— У тебя будут обязанности. Хорошо, что тебе придется справляться с ними в одиночку. Это жестоко, но необходимо. Крепись, сын, и держись достойно. Даже жена не сможет разделить с тобой бремя власти. Ищи себе такую женщину, которая сумеет понять это.
Рохан немного помолчал, а затем решился.
— Я уже нашел себе жену.
У Зехавы загорелись глаза, он попытался сесть, но тут же со стоном упал на подушки. Рохан не бросился к отцу на помощь, зная, что это только рассердило бы старого принца.
— Кто она? — властно спросил Зехава. — Как ее имя?
— Сьонед, — пробормотал Рохан.
— Мать знает?
— Никто не знает, кроме Андраде. Улыбка медленно сползла с губ Зехавы.
— Ах, Андраде? Ну-ну. Наша семейная ведьма… Не дай ей заманить себя в ловушку. Она хитра и заботится только о собственной выгоде.
— Знаю. Но за эти годы я у нее кое-чему научился. — Он улыбнулся отцу, глядя на него сверху вниз.
Зехава снова едва не рассмеялся, но приказал себе успокоиться: малейшее движение отзывалось в нем болью.
— Дьявол Бури! Ах, как бы я хотел посмотреть, что за принц из тебя получится! Оказывается, я совсем не знал тебя, Рохан. Обещай мне, что будешь разговаривать со своими сыновьями чаще, чем я с тобой.
Ответа не требовалось, поэтому Рохан просто кивнул. Затем он поклонился и прижался губами к руке отца в знак преданности и любви. Глаза жгло. Борясь с подступающими слезами, он сказал:
— Теперь отдохни. Немного погодя я пришлю к тебе мать. — С этими словами он покинул комнату.
Придя в свои покои, Рохан сбросил маску почтительного сына и остановился перед открытым окном, глядя на роскошные сады, любимое детище матери. Он сделал то, что обещал себе: успокоил тревогу отца и дал ему возможность умереть с миром. Зехава больше не боялся ни за сына, ни за свои земли. Это могло бы случиться намного раньше, если бы Рохан смог преодолеть свой страх.