Принц Ардена

Анри Софи

Авроре показалось, что стих даже шум водопада. Она слышала только низкий хрипловатый голос, который эхом разносился по всей пещере, достигая недр Мглистых гор через многочисленные туннели.

– Два тела, два сердца и одна душа. Отныне и навсегда! – Рэндалл поднес кубок к губам и, осушив его наполовину, передал Авроре.

– Два тела, два сердца и одна душа. Отныне и навсегда! – повторила она клятву и сделала глоток. Ее рот наполнился солоноватым вкусом. Она с трудом добила содержимое кубка, сдерживая тошноту.

Бабушка Гретта забрала кубок из ее рук, и Аврора сразу же оказалась

в крепких объятиях мужа. Не отпуская ее порезанной ладони, которая уже онемела от боли, он обнял свободной рукой ее талию и прошептал:

– Отныне я только твой, а ты – моя, и никто не сможет этого изменить.

– Да, – только и успела прошептать она, когда Рэндалл накрыл ее губы нежным, но властным поцелуем.

Все вокруг затихло и исчезло. Остались лишь Аврора и Рэндалл.

Она испытывала странные и совершенно новые ощущения. Все внутри нее, от кончиков волос до пяток, заполнилось его дыханием, его запахом, его голосом, его сердцебиением. Словно он стал ее частью, а она слилась с ним в единое целое.

Неизвестно, по какой причине, но у Авроры не было ни капли сомнений в том, что это чувство сохранится в ней.

Отныне и навсегда.

После ритуала жители Деревни устроили небольшой праздник на опушке леса, где разожгли большой костер.

Рэндалл неустанно любовался, как его жена водит хороводы вокруг костра с другими девушками, прыгает через него, танцует с деревенскими ребятами и заливисто смеется. В ее глазах снова сиял тот огонь, который когда-то потушил Герольд. А когда поляну осветила полная луна, она сама подошла к сидящему на поваленном бревне Рэндаллу и сказала, что хочет покинуть праздник. Он с охотой принял ее предложение.

Дом стоял на окраине. Позади него раскинулись высокие ели и сосны. Здесь Рэндалл родился, здесь провел многие счастливые мгновения детства, когда его еще не тяготили тягостные мысли о будущем. Он поднялся по ступеням на крыльцо и открыл дверной замок старым ключом. Все это время Аврора стояла за спиной, и он слышал ее тяжелое учащенное дыхание – она явно нервничала.

В доме было темно. Лишь тусклый лунный свет, проникающий сквозь окна, освещал все пространство.

Рэндалл взял Аврору за руку и провел ее через большую гостиную к спальне.

– Наши вещи уже здесь. Сейчас я зажгу лампу, и ты сможешь переодеться, – бросил он через плечо и направился к тумбочке, на которой стояла масляная лампа.

Когда свет озарил комнату, а на стенах заплясали тени, его внимание привлекли очертания женского силуэта. Он обернулся к Авроре и обомлел. Она стояла перед ним в одном нижнем белье. Его взгляд медленно прошелся по ее упругой груди, молочно-белой коже живота и задержался на завязках, которые Аврора отвязывала дрожащими пальцами. Рэндалл тяжело сглотнул. Теплый летний ветерок доносил обрывки песен, что молодые люди до сих пор распевали на опушке леса, а где-то вдали шумел водопад. Хотя тихий шелест нижнего белья, упавшего на пол, показался ему громче любого звука.

Их взгляды встретились. Аврора нервно кусала губы. Он медленно, словно ноги налились свинцом, подошел к ней и коснулся нежной шеи.

– Аврора, – прошептал он, не в силах вымолвить

других слов.

Она сделала шаг навстречу, и теперь их разделяло ничтожное расстояние. Настолько малое, что Рэндалл через рубашку чувствовал жар ее прекрасной груди.

Аврора молча потянулась к завязкам на его рубашке. Он стоял неподвижно, пребывая в оцепенении, и неотрывно следил за тем, как худенькие пальцы хватаются за шнурки на воротнике, потом опускаются к подолу и тянут ткань вверх. Рэндалл послушно поднял руки, помогая ей снять рубашку. Подушечки ее пальцев мягко водили по его обнаженному торсу, очерчивая каждую мышцу, а остановившись на завязках его штанов, на несколько мгновений замерли.

Рэндалл не смотрел на нее, понимая, что если снова увидит ее восхитительное обнаженное тело, то его самообладанию придет конец, и он набросится на нее. Он постарался выровнять дыхание, пока Аврора возилась с завязками на штанах: ее пальцы дрожали и никак не могли справиться с ремнем. Рэндалл заставил себя нежно отвести ее руки от ремня.

– Аврора… – Он не узнавал своего охрипшего голоса. – Нам не нужно торопиться. Если ты не готова, я буду ждать столько, сколько потребуется.

Рэндалл посмотрел ей в глаза, призывая на помощь всю свою выдержку. Если она скажет, что не готова, он просто умрет.

– Нет, – прошептала она. – Я хочу тебя сейчас.

Все барьеры, которые он выстраивал, чтобы сдерживать свое желание, рухнули. Он сделал шаг навстречу и, прижав ее к себе, обрушил на ее губы жадный поцелуй. Аврора привстала на цыпочки, отчего ее грудь потерлась об его разгоряченный торс, и обхватила его шею, зарывшись пальцами в волосы.

Рэндалл не смог сдержать стон, приглушив тот поцелуем.

Он намотал ее волосы на кулак, а другой рукой провел по ее спине и сжал ягодицу. Такая мягкая, такая горячая. Его.

– Моя девочка, моя Аврора, – шептал он ей в рот, на что она лишь тихо постанывала в ответ.

Ее губы сводили его с ума. Некогда Рэндалл назвал ее неумехой, но сейчас она целовала его так, что путались мысли, а сердце готово было выскочить из груди. Он чувствовал боль в паху от возбуждения, но не торопился перенимать инициативу. Ведь то, что творила сейчас его скромная, стыдливая неумеха, заставляло его дрожать от наслаждения.

Она замедлила поцелуй, превратив его в нежный, глубокий, тягучий, как застывшая сладкая карамель. Провела потом языком по его губам в последний раз и спустилась к подбородку. Медленно, сантиметр за сантиметром, она целовала, покусывала и облизывала кожу его шеи, плеч и груди.

Рэндалл запрокинул голову, давая ей полную власть над своим телом, тихо стонал и невольно покачивал бедрами ей навстречу. Он терпеливо ждал, пока она изучала его тело, но когда ее рука накрыла твердое от возбуждения естество и робко погладила через штаны, то все терпение иссякло. Подхватив ее на руки, он понес к кровати и осторожно уложил.

Аврора дрожала, волнение смешалось с желанием. Ее щеки залил румянец, а грудь учащенно вздымалась. Наслаждаясь этим восхитительным зрелищем, Рэндалл уперся коленом в кровать и медленно расшнуровал штаны. Аврора следила за каждым его движением и облизывала пересохшие губы.