Принц Альберт
Шрифт:
– Если наказание касается твоего члена, я приму его, - шепчет в ответ.
Блядь. Слова «твой член» вышли из ее сладкого маленького ротика, и я пропал.
– Трахнись со мной без презерватива, - произношу я. – Это твоё.
ГЛАВА 28
Белль
Клянусь, моё сердце подпрыгнуло в груди прямо к горлу.
Без
Я никогда раньше не делала этого ни с кем.
Своего рода наказание.
Мысль, чтобы почувствовать Альби без защиты внутри себя, головку члена, давящую на необходимую точку, делала меня настолько пьянящей от желания, что я не могла чётко видеть и мыслить.
Это объясняет, почему я произношу следующие слова:
– Я могу быть очень плохой девочкой.
Мне кажется, Альби зарычал. Да, на самом деле зарычал. Как животное.
Он целует меня так сильно, что я ощущаю вкус крови, своими руками он поднимает мои руки над головой и прижимает ладонями к стене. Моё сердце бешено колотится в груди, каждая частичка меня реагирует на его решительные прикосновения.
Когда принц проводит своей рукой по моему телу, это не нежно. И я не хочу, чтобы он был нежным. Я желаю, чтобы он трахнул меня, как в тронном зале – с дикой несдержанностью.
Я хочу отпустить себя.
Мерзавец резко отстраняется от меня, оставляя мои губы пульсирующими от интенсивности его поцелуя.
– Я чист, - говорит он, внезапно глядя на меня с нежностью.
– Как и я, - шепчу в ответ. – Я на таблетках.
Но умалчиваю о самой важной части.
Я никогда раньше не делала этого ни с кем.
– Блядь, Белль.
Альби отпускает меня, расстёгивает штаны и стягивает их со своей задницы. Когда я останавливаюсь, чтобы полюбоваться его идеальным членом, он интересуется, чем я занимаюсь.
– Я просто смотрю на то, что желаю, - признаюсь честно.
– Черт, ты самое сексуальное создание, когда делаешь это.
– Делаю что? – уточняю я, не в силах оторвать свой взгляд от его члена. Верхний свет в проходе отсвечивается от пирсинга, и сама мысль о нём внутри меня, абсолютно незащищённого, возбуждает сильнее, чем должно.
– Когда говоришь такие вещи, - отвечает принц. Он даже не спускает штаны. Альби скользит руками по моим бедрам, его пальцы вжимаются в мою кожу и, удерживая меня около стены, проникает одним быстрым движением.
Когда он внутри меня, я ни о чём другом не могу думать. В мире не существует ничего иного, кроме ощущения члена Альби.
Нет ничего другого, как толстая головка его члена плотно прижимается ко мне, металлический пирсинг ударяет в нужном месте, отправляя дрожь возбуждения, которая проходит сквозь меня.
Я крепко прижимаю
Откуда-то извне я слышу, как мой собственный стон разносится эхом по проходу.
Рациональная часть меня знает, что это опасно. Любой мог пройти по коридору: телохранитель Альби, его сестра, любой из обслуживающего персонала.
Рациональная часть меня знает, что мне должно быть не все равно. Это означает, что я должна сохранять какое-то чувство порядочности, какое-то подобие контроля.
Но мне плевать.
Не тогда, когда принц трахает меня вот так, всё сильнее вдалбливаясь в меня, когда шепчет мне на ухо.
– Мне нравиться находиться внутри тебя без защиты, Белль.
Не тогда, когда каждая часть меня остро реагирует на него. Каждый дюйм тела поглощён тем ощущением, что Альби внутри меня, кожа к коже.
Не тогда, когда все мои мысли сосредоточены на пирсинге, что давит изнутри, пока Альби проникает в меня, даря наивысшее наслаждение, так быстро.
– О, Боже мой.
Это все, что я могу произнести.
Я теряюсь в необузданном, всепоглощающем удовольствие, не сильно заботясь, чтобы заглушить хныканья, которые вырываются.
– Скажи мне, Белль, - шепчет Альби, гортанный оттенок его голоса выдает его потребность. Он близко. Я могу сказать, сейчас даже больше, потому что он без защиты внутри меня. Его член такой разбухший, такой твердый, такой жесткий.
Я так близко. Думаю, что если отвечу ему, что если произнесу хоть слово, это подтолкнет меня к краю.
– Я… не могу.
Почти давлюсь словами, цепляясь за маленький обрывок ясности, который у меня остался.
Альби сильнее вонзается в меня.
– Скажи мне, Белль, - говорит он. – Я чувствую, как сильно тебе нравиться это.
Толчок.
Толчок.
Толчок.
– Да.
– Твоя киска так распухла для меня. Такая тугая, такая мокрая, - говорит принц, острота в его голосе, заставляет каждое слово болезненно отдаваться.
Толчок.
Толчок.
Толчок.
– Я так близко, - шепчу.
Альби останавливается, его член пульсирует внутри меня. Принц смотрит с такой интенсивностью во взгляде, которой я не видела у него до сих пор. Всё, о чём я могу думать – он оставил меня запыхавшейся и жаждущей.
Я выгибаюсь навстречу к принцу, сжимая ноги вокруг него, и пытаюсь заставить его двигаться. Но он этого не делает. Когда я сжимаю мышцы вокруг его члена, Альби вздрагивает.