Прикованный

Блэйк Джоанна

Нет, они также вырезали ему язык. Факт. Можно было сказать это и без экспертизы, потому что должно было быть больше крови.

Как бы то ни было, он был относительно чистым. У меня было чувство, что вся его кровь осталась на парковке. Это был не очень приятный путь, не говоря уже о том, что они сделали с его байком.

На все это требовалось время. Не пять минут. Десять или двадцать. Я начал мысленно все просчитывать.

Кто, черт возьми, будет торчать на месте преступления, чтобы изуродовать тело,

а потом поджечь машину жертвы? Кто-то, кто не боялся закона, это точно.

Кто-то чертовски сумасшедший.

И я также чертовски отлично представлял себе, кто это мог быть.

Я зашел внутрь и осмотрелся. Бар был почти пуст. Должно быть, они закрылись, когда загорелся мотоцикл. После этого все разошлись.

Все, кроме персонала.

Я увидел Мейсона, который положил свою руку на плечо девушки. Она сидела за барной стойкой, обнимая себя руками. Я мог видеть только ее профиль, но даже этого было достаточно, чтобы я остановился.

Все мысли об убийстве вылетели из моей головы.

Девушка была прекрасна.

Не просто немного красивая или милая, или даже сексуальная. Она была чертовски великолепна. С длинными, волнистыми, светло-каштановыми волосами и тонким профилем со слегка вздернутым носом. Ее фигура была стройной и подтянутой, но с изгибами во всех нужных местах.

Она повернулась, чтобы посмотреть на меня, и у меня перехватило дыхание. Казалось, мое сердце остановилось в ожидании того, когда ошеломленное сознание догонит, словно выскочившие от изумления, из моей проклятой головы, глаза.

Она была проклятым ангелом.

Даже в этой прокуренной забегаловке, с приглушенным светом и неоновыми вывесками, я увидел ее глаза.

Они были самыми яркими, самыми насыщенно-синими, какие я видел в своей жизни. И я был готов глазеть в это небо или мне будет дох*я над чем подумать.

Это была синева десяти тысяч небес.

Она моргнула, и я пришел в себя. У девушки было лицо ангела, но сейчас она была частью места преступления. Если она работала здесь, то, скорее всего, знала убийцу, или, по крайней мере, подавала ему ведерко с крылышками.

Что, по моим правилам, значило, что она была частью проблемы. Факт того, что у меня была такая сильная реакция на нее, только разозлил меня. Зачем, черт возьми, работать здесь со всеми этими преступниками, когда она могла красоваться на всех рекламных щитах и обложках журналов?

Потому, что она была одной из них. Врагом. Из тех, кто убил Дэнни.

Помни об этом, Конн.

Я заставил себя игнорировать жаркий зов похоти, который пульсировал в моем животе, и прошел через бар. Показал значок и вытащил небольшой блокнот. Да, в этом смысле, я тоже был старомодным.

— Имя.

— Они уже брали у меня показания.

— Не твое.

Они переглянулись, и Мейсон заслонил ее собой.

— Она

не имеет к этому никакого отношения, ДеВитт.

Я позволил себе бросить на нее еще один взгляд. Она смотрела в пол. Закусив своими белыми зубами сочную нижнюю губу. Я прищурился на Мейсона и снова спросил:

— Имя.

— Все в порядке, Мейс.

Она откашлялась, и Мейсон, тяжело вздохнув, отступил в сторону. В очередной раз меня поразило абсолютное физическое совершенство девушки. И нервный блеск в ее глазах.

Отлично.

Должно быть, она чертовски нервничала. И я не собирался быть с ней помягче, потом, что она была потрясающе красивой. Или юной. Или напуганной.

Я поздно понял, что девушка выглядела более, чем напуганной. Она была испугана до смерти. От этого мне захотелось сказать ей, что все будет хорошо. Что я позабочусь обо всем ради нее.

Я нахмурился, встревоженный вихрем защитных и животных побуждений, которые она вызывала. Нежелательные желания, черт возьми.

— Кейси. Кейси Джонс.

Ее голос был нежным и сладким, возбуждая еще большее тепло внутри меня. Но что-то было не так. Было похоже на ложь. Может, это было не настоящее имя. Я прислонился к бару, размышляя о том, насколько юной она выглядела.

Слишком юной для меня.

Мысль застала меня врасплох. Откуда, черт возьми, все взялось? Совершенно неожиданно. Мало того, я действительно, не встречался с криминальным мусором.

Я взглянул на Мейсона, который хмуро смотрел на меня, с беспокойным выражением на лице. Он заботился о девушке, это было очевидно. Я мгновенно ощутил чистую животную ревность. Интересно, не спит ли он с ней.

Я понятия не имел, почему меня это беспокоило.

Но так было. Меня все очень волновало.

Я внимательно посмотрел на Мейсона.

— Твоя жена?

— Нет.

— Девушка?

Он покачал головой, и напряжение постепенно покидало мое тело. Я почувствовал странное облегчение, в котором не было никакого смысла. Так или иначе, мне должно было быть наплевать.

Но я почти дружелюбно кивнул Мейсону.

— Тогда ты должен отойти, Мейсон. Мне жаль.

— Я отвечаю за нее, черт возьми!

Ну, это было неожиданно. Может быть, она была его ребенком. Я снова посмотрел на нее. Хм, нет. Она была старше.

Если только у него не было малыша лет в четырнадцать.

— Это твоя дочь? Вы родственники?

Он отрицательно покачал головой. Я взглянул на девушку, и невольно скользнул взглядом по ее изящным изгибам. Она действительно была идеальной. И выглядела как одна из тех девушек в рекламе сексуальных лифчиков.

Сочная, молодая и желанная.

И слишком чистая и невинная, чтобы находиться в таком месте. Но она не была невинной. По крайней мере, девушка была главным свидетелем.