Прикованная
Шрифт:
– Спасибо за букет, Вадим Григорьевич, восхитительные розы! Всего наилучшего. Берегите маму. Все рекомендации я написала в карте, выписку получите у медсестры на посту. Не поймите меня неправильно, но, надеюсь, мы больше никогда с вами и вашей мамой не увидимся. Будьте здоровы!
– А у меня странное ощущение: мы с вами обязательно увидимся, Елена Васильевна, но при хороших обстоятельствах. – Он ей неожиданно подмигнул.
Елена уже жалела о том, что взяла этот огромный букет. Он был тяжёлый, громоздкий и оттягивал
– Поживём – увидим.
– Всего наилучшего. – Он помахал рукой и, не оборачиваясь, пошёл по коридору.
День перевалил за середину, постепенно превращаясь в хрустально-морозный вечер, Елена прикрыла глаза, думая о том, что в нижнем ящике стола лежит бутылка коньяка.
«Нет, не сегодня, – она отогнала от себя эту мысль, – поеду домой на своей машине».
Иногда она оставляла машину на больничной стоянке и вызывала такси, особенно если выпивала после работы не одну рюмку.
– Елена Васильевна, – обернулась Верочка, – я все выписки сдала и копии для архива.
– Да-да, Вера, – доктор устало выдохнула, – вы хорошо поработали, можете уйти домой пораньше.
– Спасибо! – Медсестра подскочила со стула.
– Да, – Елена кивнула на букет, стоящий в ведре с водой, – и цветы заберите.
Верочка растерянно заморгала:
– Да вы что, это же… вам!
– Берите-берите, Вера, у меня они завянут мгновенно. Лечить людей я умею, а вот за цветами ухаживать – нет.
– Потрясающие! – Верочка схватила букет и прижала к себе. – Спасибо большое, Елена Васильевна! Скажу своим, что парень подарил. То-то удивятся!
Елена ничего не ответила, ей хотелось остаться одной.
Домой она добралась неожиданно уставшей. День, начавшийся бодро и весело, к вечеру скомкался в бесформенный ком, и Елена загрустила. Никаких СМС больше не приходило, а написать сама она не решалась. В голове крутился дурацкий вопрос Лотова – нет ли у неё такого же, как он, заботливого сына.
«У меня только непутёвая дочь!» – Елена, сердясь, мысленно ответила ему и открыла входную дверь.
Из Кириной комнаты было слышно шебуршание и перешёптывание, потом оттуда вышел долговязый Серёжа, увидев Елену, потупился:
– Здрасте.
– Здрасте-здрасте, – в тон ответила Елена, скидывая сапоги и надевая тапочки, – как поживаешь?
Он покраснел до корней своих рыжих волос и протиснулся мимо неё в прихожую:
– Х-хорошо.
Из комнаты вышла взбудораженная Кира, посмотрела на мать:
– Серёжа мне сделал предложение! Вот!
Она победно показала палец с кольцом.
Елена не донесла пальто до вешалки:
– Поздравляю! И когда предполагается счастливое событие?
– Мы пока не решили, – дочь переглянулась с новоиспечённым женихом, – но скоро. Да?
– Да. – Жених потёр нос и сунул ноги в кроссовки.
– Ну, вы уж поставьте меня в известность. – Елена всё-таки повесила пальто, хмуро глядя на Серёжу.
–
– Пока, позвони, – помахала ему Кира.
– До свидания. – Елена проводила его взглядом.
– Мам, это же хорошо, да? – Кира прислонилась к стене, когда за Серёжей закрылась дверь. – Хорошо же, что мы поженимся и у малыша будет отец.
Она ласково погладила себя по животу.
«Чёрт!» – рявкнул в голове Елены чей-то голос, оказавшийся её собственным. Она всё ещё думала, что как-нибудь «рассосётся», хотя было понятно, что ничего так просто не «рассасывается».
Дочь смотрела на неё и с надеждой, и с готовностью обороняться. А Елена, глядя на неё, вдруг увидела маленькую девочку, которую когда-то вела за руку в детский сад по такому же тёмному холодному ноябрю. Она тогда торопилась, она всё время торопилась и не обращала никакого внимания на то, что девочка не успевает за её быстрым шагом и бежит, подпрыгивая, старательно перебирает маленькими ножками, пытаясь подстроиться и всё равно не может. От воспоминания сердце болезненно сжалось.
– Мам? – Кира так и стояла у стены.
И Елена выдохнула, закрыла глаза, а открыв, спокойно сказала:
– Ну, конечно, конечно, это хорошо, доченька. Парень он просто замечательный! И кольцо красивое. И всё у вас получится, малышу нужен отец.
Кира тряхнула головой, не поверив собственным ушам, Елена так с ней почти никогда не разговаривала.
– Вообще-то кольцо так, подделка, но он обещал подарить настоящее.
Кира тоже выдохнула, подошла к Елене и обняла её, сидящую:
– Спасибо, мам.
«А я всё-таки думала уговорить её на аборт».
Из сумочки тренькнул телефон – пришло сообщение, Елена взяла телефон и направилась к себе в комнату.
– Мы там тебе ужин оставили, – вдогонку сказала Кира.
– Спасибо, – Елена не обернулась, – я сегодня ужасно устала.
Всё мгновенно вернулось на привычные рельсы, Кира насупилась и буркнула:
– Ты всегда ужасно устаёшь.
Устаёт ли он когда-нибудь? Ест? Спит?
Стоит мне среди ночи встать в туалет, как из динамиков я слышу его вездесущий голос: «Всё в порядке, мамочка?»
Про свою работу он рассказывает скупо и вскользь, не может не рассказывать совсем, надо ему. Технарь какой-то. Судя по одежде, которую он мне покупает, и продуктам, которые привозит, деньги у него есть.
По периметру подвала стоят датчики движения. И он видит и слышит, когда я перемещаюсь ночью, когда мне предписано спать.
В кровати датчиков нет, иначе они бы сигналили каждый раз, когда я ворочаюсь с боку на бок во сне. И под кроватью их тоже нет.