Прикосновение
Шрифт:
— Мы никогда не были друзьями, сенатор. И я хочу предупредить вас, что вскоре сменю код в своем сейфе, и если к нему хотя бы раз прикоснется кто-нибудь из ваших наемников, вам придется искать себе другого директора.
С этими словами он вышел из кабинета и направился к себе.
Он сидел в своем запертом на ключ кабинете и вводил код доступа сенатора Мак-Криди в терминал компьютера.
Он не раз наблюдал, как сенатор пользуется им в тех случаях, когда ему требовалось набрать свой личный медицинский файл.
Теперь Чарльз мог пересмотреть
В одном из них он и обнаружил, что все материалы, касающиеся Балмера и хранившиеся до сих пор под личным кодом Чарльза, теперь были перемещены в файлы, доступные исключительно сенатору. Кроме них в файле находилась всякая чепуха — последние анализы Мак-Криди, записки, доклады. Чарльз мельком просмотрел все это и уже собирался было пойти дальше, как вдруг ему бросилось в глаза слово «исцелен». Он прочел целиком интересующий его абзац.
В нем было подробно рассмотрено влияние наличия болезней у кандидатов в президенты на общественное мнение.
Было установлено, что серьезно больной кандидат имеет мало шансов на выдвижение и практически совсем не имеет шансов на победу.
Франклин Делано Рузвельт, страдавший серьезным заболеванием, а потом вдруг чудесным образом излечившийся, постоянно мучился сомнениями и опасениями — не возобновится ли его болезнь, и в силу этого значительно уступал своим здоровым соперникам.
Но еще хуже было положение кандидата, скрывавшего свою болезнь от общественности, а затем внезапно излечившегося. У избирателей возникал вопрос — не скрывает ли он от них еще чего-нибудь?
Чарльзу вдруг все стало ясно. За исключением одного. Выражение «чудесное исцеление» в тексте было явно связано с именем доктора Балмера, но дата, поставленная на докладе, относилась к 1 июня, то есть почти шесть недель тому назад.
У Чарльза не было времени раздумывать над этим сейчас — ему нужно было срочно переговорить с Балмером.
Глава 44
Алан
— Так вот, значит, в чем заключается его план, — яростно шептал Чарльз. — Он собирается выбросить вас на улицу.
Алан пожал плечами, все еще не веря тому, что только что услышал.
— Чарльз, я никогда не был высокого мнения об этом человеке, но это... это! — Его голос задрожал.
— Все это правда, Алан, я не намерен играть с вами ни в какие игры. Но вы не знаете того, что знаю я. Мак-Криди хочет принудить вас использовать вашу магическую силу для излечения его миастении, а затем он заявит, что никогда ничего о вас не слышал. И я буду откровенен с вами, дружище, — если нужно будет засвидетельствовать то, чем мы здесь с вами занимались, то я не смогу вам ничем помочь.
— Но ведь вы сказали, что компьютерная разработка датирована числом полуторамесячной давности. Это значит, что Мак-Криди разрабатывал этот план, начиная с мая месяца. Это какое-то сумасшествие! В мае еще никто не мог предвидеть, что я окажусь здесь. Тогда еще все стояло на
Алан чувствовал, что затронут важный момент. Это же, по-видимому, понимал и Чарльз.
— Не было ли уже тогда каких-либо признаков того, что ваше положение осложняется?
— Ни малейших. Какие-то легкие покалывания почувствовались впервые, когда появилась статья в газете «Свет», но почти никто не принял ее всерьез. — Он закрыл глаза и потер пальцами лоб, пытаясь вспомнить: — Нет. Насколько я помню, дело начало раскручиваться тогда, когда мной заинтересовалась местная газета. Это привело к слушанию на Совете попечителей, и с того момента началась эскалация всей этой истории.
Чарльз вздрогнул:
— Местная газета? Проклятие! Как она называется?
— "Монро Экспресс". А что?
— Одну секунду.
Чарльз схватил телефонную трубку и стал набирать номер. Алан отвернулся к окну, пытаясь подавить внезапно возникшее чувство, что он жертва предательства.
Повернувшись, он увидел, что Чарльз повесил трубку. В глазах Чарльза мелькнула искра понимания: по-видимому, он получил подтверждение своим опасениям.
— Когда упоминается имя Мак-Криди, всем приходит на ум либо политика, либо медицинские исследования.
Но мы всегда забываем о том, каково происхождение его капитала — газетный концерн! И ваша местная газета входит в этот газетный концерн, принадлежащий Мак-Криди!
Алан вжался в кресло.
— "Экспресс"! А я и не подозревал!
Его все больше поражала и ужасала тонкость расчета и глубокая проницательность, проявленная Мак-Криди при составлении этого заговора. Все эти якобы вдохновленные общественным мнением призывы устранить Алана от врачебной деятельности и шумная подача сообщения о том, что он уволен из рядов персонала больницы, — все это преследовало одну цель: Алан лишается работы и клюет на предложение помощи со стороны Мак-Криди.
— Ну и мерзавец! — вскричал он в гневе. Его супружеская жизнь, его врачебная практика, его репутация — все это можно было бы спасти, если бы не Мак-Криди. — Этот сукин сын! Я все еще не могу этому поверить.
— Тогда давайте попробуем еще одно средство. — Чарльз снял трубку и передал ее Алану. — Я сам еще не проверял этого, но попробуйте-ка лучше сами. Позвоните на коммутатор и попросите соединить вас с комнатой Алана Балмера.
Алан взял трубку, нажал кнопку коммутатора и попросил соединить с самим собой.
— Простите, сэр, — ответил ему голос. — У нас в Фонде нет больного с таким именем.
Несмотря на чувство душевной тяжести, Алан счел, что этот звонок еще не подтверждает гипотезу Чарльза. Сегодня был последний день его пребывания в Фонде. Возможно, его имя просто заранее вычеркнули из списков больных.
— Когда он выписан? — спросил Алан.
— Простите, сэр, но в наших списках за текущий год такого больного вообще не значилось.
С трудом преодолевая отчаяние, Алан опустил трубку на рычаг.