Приключение Флинкса - 1
Шрифт:
– - Нет, все не то!
– - воскликнула Ньясса-ли. Было страшно видеть такую одержимость в этой маленькой женщине.-- Это мы. Мы.-- Она похлопала себя по груди.-- Человечество. И средства к нашему совершенствованию в нас самих.-Она поднесла руку к голове.-- Здесь, в мозгу, не все области которого развиты и используются.
– - Мы и другие члены Общества много лет назад
решили, что с этим нужно что-то делать. Мы создали организацию, чтобы преодолеть суеверные ограничения. В тайне мы отобрали определенные яйца, определенную сперму и стали с ними работать. Наше планирование было
Матушка Мастифф смотрела на нее. Ньясса-ли вздохнула и повернулась к своим товарищам.
– - Как я и опасалась, это за пределами ее понимания.
– - Это-то вполне понятно,-- сказал Брора.-- Я только не понимаю, чего ты стараешься?
– - Так было бы легче,-- ответила Ньясса-ли.
– - Легче для нее или для тебя?
– - удивилась Хейтнес. Маленькая женщина не ответила.-- Ну, после операции это не будет иметь значения.-- От этих слов волосы на затылке матушки Мастифф начали подниматься.
– - Будет,-- настаивала Ньясса-ли. Она пристально взглянула в глаза матушки Мастифф.-- Ты разве не поняла, старуха? Твой мальчик, твой приемный сын -- он один из наших объектов.
– - Нет,-- прошептала матушка Мастифф, но еще до того, как женщина произнесла эти слова, матушка Мастифф поняла, что это правда.-- Что... что произошло с вашим экспериментом?
– - Все дети воспитывались под присмотром, ими занимались с любовью, предоставили возможность получить образование и специальную подготовку. Большинство оказались совершенно обычными в смысле способностей и талантов. Во всех отношениях они нормальны. Дальше мы продолжили эксперимент с тщательной подготовкой и крайней осторожностью.
– - Несколько объектов оказались недоразвитыми. Это, к несчастью, в природе науки. Нужно принимать не только хорошие результаты, но и плохие. Однако в свете нашего неизбежного успеха эти немногие жертвы вполне оправданы.-- Она говорила так, словно убеждает себя, а не матушку Мастифф.
– - И наконец несколько детей, совсем немного, проявляли признаки тех способностей, которые, как мы считаем, спят в мозгу каждого человека. Мы не станем утверждать, что все понимаем относительно их Даров. Мы в положении механика, который знает, как починить неисправную машину, но не знает, на что способна машина, которую он чинит. Естественно, это привело к некоторым сюрпризам.
– - Невежественное Сообщество не разделяло нашего мнения об этом важном эксперименте. В результате последовали многие годы преследований. Как видишь, все мы, входившие в первоначальный состав Общества, почти так же стары, как ты.
– - Правительство было безжалостно в своих усилиях уничтожить нас. Много лет оно сокращало наши ряды, пока не осталось всего несколько посвященных. Нам нужен один единственный успех, одно неопровержимое доказательство важности нашей работы, чтобы освободиться от лжи и инсинуаций, которыми мы окружены.
– - Жестокое неразумное правительство много лет назад разбросало детей и привело нас в научное изгнание. Медленно, терпеливо
– - Но в нем нет ничего ненормального,-- возразила матушка Мастифф.-- Он совершенно обычный здоровый молодой человек. Может, более тихий, чем остальные, но это все. Неужели он стоит этих затрат? О, я признаю, что он время от времени способен на салонные фокусы. Но я знаю сотни уличных волшебников, которые делают то же самое. Почему бы вам не взять их?
Ньясса-ли улыбнулась своей невеселой холодной улыбкой.
– - Ты лжешь нам, старуха. Мы знаем, что он способен не просто на трюки, и ловкость рук тут ни при чем.
– - Ну, хорошо,-- продолжала матушка Мастифф, пытаясь подойти по-другому,-- зачем было похищать меня? Зачем утаскивать меня из моего дома? Я старуха, как ты только что сказала. Я не могу помешать вам, не могу причинить вред. Если вас интересует Флинкс, почему вы не похитили его? Я не могла бы вам помешать.
– - Потому что он может быть опасен.
Да, они совсем спятили, эти трое, решила матушка Мастифф. Ее мальчик, Флинкс, опасен? Вздор! Он чувствительный мальчик, это правда; иногда он знает, что чувствуют другие, но очень редко и вряд ли сам этого хочет. Возможно, он способен немного подтолкнуть эмоции других. Но опасен? Это ему угрожает опасность со стороны этих инопланетных глупцов и сумасшедших.
– - К тому же,-- продолжала маленькая восточная женщина,-- мы должны продолжать очень осторожно, чтобы не принести дальнейшего вреда Обществу. Число наших членов и так уже сократилось, отчасти из-за слишком торопливой попытки обрести несколько лет назад контроль над другим ребенком, нашим объектом. Мы не можем допустить ту же ошибку с Номером Двенадцатым. Большинство наших коллег убито, заключено в тюрьму или подвергнуто промывке мозга.
Тревога матушки Мастифф удвоилась от этого бесстрастного признания. Она не понимала слов этой женщины о генетических изменениях и усовершенствовании человечества. Но вот насчет промывки мозгов она поняла. Преступление должно быть особенно отвратительным и жестоким, чтобы преступника подвергли этому наказанию. У него навсегда стирают память, всю прошлую жизнь, саму личность, и весь остаток своих дней он проживет с мучительно пустой черной дырой в сознании.
– - Оставьте его в покое!
– - закричала она, удивленная силой своей реакции. Неужели она так привязалась к мальчику? Ведь чаще всего она воспринимала его как помеху, навязанную ей несчастливой судьбой. Правда ли это?
– - Не причиняйте ему вреда!
– - Она вскочила на
ноги и обеими руками колотила женщину, которую другие называли Ньясса-ли.
Седовласая и совсем не молоденькая, Ньясса-ли была, однако, гораздо моложе и сильнее матушки Мастифф. Она схватила старую женщину за руки и снова усадила в кресло.
– - Мы не собираемся причинять ему вред. Разве я не объяснила важность нашего дела? Неужели мы захотим повредить тому, кто так для нас важен? Конечно, нет. Мы видим, как ты привязана к своему воспитаннику. По-своему, мы также привязаны к нему.