Приказ 66
Шрифт:
Этейн решила считать это исповедью. Интересно, что бы подумал об этом Скирата.
— Что ж, значит теперь будем вместе применять знания на практике, сэр? — сказала она. — Встречусь с вами по возвращении.
Когда Этейн услышала шелест воздуха от закрывающихся за ней дверей, у нее возникло ощущение, что она оставляет Зея в муках неслышного кризиса, и что он, возможно, хотел бы поговорить с ней подольше. Но Дарман и Кэд нуждались в ней больше. Она собрала небольшую сумку в своем домике у казарм — в Храме она надолго
В этом она теперь достаточно напрактиковалась. Прощаться каждый раз было больно, но чем больше она уходила, тем больше она была уверена, что вернется назад. Сила дала ей уверенность в Кэде и его судьбе — в том, что он повлияет на многие судьбы — и теперь она уверяла ее, что она вернется домой, и что сейчас идут последние дни войны.
Дарман уже был там и играл с Кэдом. Он сидел с ребенком на полу, и Кэд исследовал как работает его шлем. Каждый раз, когда вспыхивал тактический фонарь, или мелькали значки на ВИДе, Кэд вскрикивал и смеялся от счастья. Дарман с сыном выглядел совершенно естественно.
— Надеюсь, ты отключил исходящий канал. — сказала Этейн, усаживаясь рядом с ними. Иначе он только что послал пять батальонов атаковать Кореллию.
Дарман рассмеялся.
— Вот так и вы шаловливыми ручками отправили нас на Фостин — девять.
— Значит там появилась работа… — проговорила она. Кэд выдернул из шлема соединительный кабель и с улыбкой протянул ей. — О, спасибо, дорогой. Но кажется это понадобится папе чтобы поговорить с начальством. Мы собираемся отбивать его обратно?
— Вряд ли. — ответил Дарман. — Это разведзадание.
— Коммандос проводят разведку. Ваша работа описывается именно так. И я добавлю, что отец моего сына должен благополучно вернуться домой, а во Внешнем Кольце еще найдется пяток женщин, которым Корр не назначал свидания. Не хочу, чтобы он вылетел из галактического первенства.
Кэд нашел в кармашке на поясе Дармана маркер, того же типа, которым тот ставил пометки на лбу бесчувственного Атина, оказывая ему первую помощь на поле боя.
«Да, Квиилура. Это было ужасно. Я бы не выжила там если бы не появился Дарман.»
Ребенок что — то начеркал на подбородочной секции шлема, и Дарман одобрил его старания.
— Теперь у меня есть кое — что на память о тебе, пока я буду вдалеке, Кэд'ика. — Он понизил голос и смущенно посмотрел на Этейн. — Может быть, однажды мы заведем еще одного ребенка?
Это было тем, что она хотела услышать. Это давало ощущение надежности. Они были семьей, и в этом не было сомнения. И все идет своим чередом.
— Я буду рада этому. Хотя обезболивающими надо будет запастись.
— Я в самом деле хочу уйти из армии, Эт'ика. Недолго осталось.
— Ты это чувствуешь?
— Кэл'буир считает, что вся логистика работает на скорый большой прыжок, и
Этейн все это знала; она знала планы Скираты и она в них участвовала. Но сейчас развязка уже приобрела собственный вес, стала самостоятельной сущностью, которая не станет терпеть никаких отговорок или задержек с ее стороны.
Прекрасно. Это не та вещь, для которой может быть слишком рано.
Она чувствовала себя виноватой перед всеми, кому она не может помочь — перед людьми вроде Корра, кто ухватился бы за первую же возможность узнать настоящую жизнь — но она должна спасать тех, кого может. Ее привлекала работа на тайном спасательном пути; там она отлично справлялась бы, используя свои Силовые таланты для чего — то действительно важного. И, может быть, она бы убедила Зея ввести более человечное отношение к армии…
Хватит торговаться с собой.
Хроно пожрал оставшиеся часы. Кэд был сегодня в отличном настроении и не выпускал из рук одну из его игрушек — маленькое пушистое четвероногое существо, которое, вроде бы, изображало нерфа. Этейн уже была готова уйти, и страшилась того момента, когда вернется Лазима, потому что это значило бы что ее время вышло. Но в следующую секунду в открывшиеся двери вошла не Лазима. Это оказалась Энакка, вуки.
Кэд застыл неподвижно. Он никогда еще не видел вуки раньше. Этейн подняла его, чтобы Энакка могла его подержать, и, к его чести, он не расплакался. Он потянул ее за мех, словно не мог поверить, что она настоящая.
Энакка негромко заурчала и Кэд счастливо засмеялся.
— Что привело тебя сюда, Энакка? — поинтересовалась Этейн. — Кэл опять разбил пачку спидеров и оставил тебя подбирать обломки?
Энакка проворчала, что она возвращается на Кашиийк — чтобы помочь выбросить вон сепаратистов, грабящих ее родной мир.
— Я направляюсь туда же. — сказала Этейн. Она не верила в совпадения. — Что это на тебя нашло?
Энакка молча дернула головой — эквивалент пожатия плечами у вуки. Этейн могла догадаться. В конце концов, явился Скирата, вместе с Лазимой и с выражением «я — тут — ни — при — чем» на лице. Этейн только подняла бровь.
— Тебе понадобятся все вуки, каких сможешь найти. — сказал он.
Этейн не могла заставить себя на него сердиться — за то, что он пристроил ей в сиделки Энакку. Вуки наверняка и сама хотела чем — то помочь своему миру. И это было здорово — знать, что он заботится обо всех. И это было куда лучше, чем оказаться объектом для его гнева.
— Заботься о себе, ад'ика. — сказал он. — И это приказ.
— Так точно, Кэл'буир.
Он оставил ее прощаться с Дарманом и Кэдом, и она ушла оттуда, сжимая игрушечного нерфа, и чувствуя что тот будет странно смотреться в компании контузионной винтовки и пары световых мечей.