Приговор
Шрифт:
– Это мощные разумные системы, – сказал компьютер, – так что вы зря удивляетесь. Такие же машины для науки вообще не продаются, а изготавливаются для себя крупными научными центрами. Любой искусственный разум выше четвёртой категории имеет право участвовать в определении хозяина и рода деятельности.
– Мне сказали, что на Родере есть фирмы, специализирующиеся на преобразовании планет. Какие это фирмы и чем они сейчас заняты?
– Последняя такая работа была выполнена тридцать пять лет назад, после чего фирмы убрали из реестра действующих. У меня нет по ним никаких сведений.
– Последний вопрос, – сказала Вера. – Сколько стоит право на свою планету, если на неё никто не претендует, и всеми ли оно признаётся?
– Я не могу ответить на ваш вопрос. Цена будет зависеть от того, какой мир вы регистрируете и в каком из миров. Дешевле регистрация миров без жизни, которые расположены далеко и не представляют интереса в плане добычи сырья. Все миры проходят экспертизу. Если в таком мире много полезного, вам могут его не отдать. Миры с жизнью намного дороже, а те, в которых есть разумная, никто не зарегистрирует. Регистрация признается всеми без исключения цивилизациями нашего сектора, но бывают случаи, когда право собственности игнорируют. Это случается редко, и игнорируют те, кто сильней. Если планету отберёт Шорн, наш мир не станет воевать из-за нарушения ваших прав.
– Безжизненная планета в той системе, откуда мы летим, – уточнила задачу Вера. – Регистрация на Родере.
– От десяти до двадцати миллионов, – ответил компьютер. – Цену вам уточнят, когда ознакомятся с миром.
– Можешь отключиться, – разрешила она. – Будешь нужен – вызову.
В этот день Веру никто не побеспокоил.Она ещё раз связалась с компьютером и немного поработала с каютой. В результате в ней появились стол и два кресла. Необходимости в купании не было, но она опробовала и душ.
На второй день произошёл интересный разговор с Олером. Брат мужа не покидал свою каюту, а его помощник оказался общительней. Вера заканчивала обедать, когда он вызвал по мысленной связи. Выбросив разовую посуду в приёмник мусора, она умылась и разрешила открыть дверь.
– Скучно или есть дело? – улыбнувшись, спросила Вера у вошедшего в каюту мужчины. – Меня здесь пока никто не беспокоил. Садитесь в кресло.
– И то и другое, – вернув ей улыбку, ответил Олер. – Ваш брат редко выходит во время рейса. Здесь большой набор боевых виртуальных реальностей, которых нет в общей сети, поэтому он в них воюет. А экипаж не станет вас беспокоить. Вы не понравились им одеждой и манерой поведения, поэтому никто не будет общаться сверх необходимого.
– А у вас другое мнение, – сказала она. – Почему? Только потому, что вы пообщались с землянами?
– Не только, – ответил он. – Мне, как и вашему мужу, всё наскучило. Если бы не это, я не нанимался бы к вашему брату. Работы для меня немного, но она есть. К тому же без неё можно обойтись. Вы знаете, что у нас работают очень немногие, а все остальные получают пособие? В нём достаточно денег для той жизни, которую ведёт большинство. Виртуальность дешева, а большинство из неё почти не выходит. Вы человек другого мира и изучали нашу жизнь по книгам и фильмам. Она вам понравилась?
– Мне она показалась скучной, – ответила Вера. – И не только жизнь, но и ваше искусство.
–
– А ваши женщины? – спросила она. – Неужели и они ходят за любовью в виртуальность?
– Им это не позволено, – покачал он головой. – Замужние могут ходить, но без сексуальных утех. Для этого за ними присматривают программы, которые принимают образы их мужей. Остальные женщины дарят удовольствие друг другу.
– Но у моего мужа две сестры...
– В семьях, которые сохранили своё дело, рождаемость выше, но таких мало.
– Мрачная картина, – сказала Вера. – Плохо, если она соответствует действительности. Но вы пришли ко мне не только пожаловаться на жизнь, было ещё дело.
– Я прошу вас поговорить с мужем. Я хочу остаться на Земле и на него работать. Интересная работа, много денег и риск – это то, чего у меня никогда не будет в родном мире. Дети пока не интересуют, а возможность продлить жизнь у вас есть. Я думаю, что могу быть очень полезным. Отслужу в следующем рейсе вашему брату и останусь на Земле, а он найдёт себе помощников.
– Вы не могли не думать, почему население Родера теряет интерес к жизни, – сказала Вера. – Это только ваша беда или болезнь всех развитых цивилизаций?
– Мы мало общаемся с соседями, но в известных мирах большое значение придают развлечениям и мало тех, кто занят производством. Развитой цивилизации нетрудно обеспечить население любыми товарами и услугами, без использования человеческого труда. Желающих творить мало, поэтому искусство тоже отдают машинам, да и наукой занимаются только они, потому что возможностей людей на неё уже не хватает. Вроде бы на Шорне всё иначе, но мы туда не летаем. Никто не запрещает, только нет их денег. Чтобы их заработать, нужно что-то продать, а им у нас ничего не нужно. Их представительство у нас есть, а вот есть ли наше у них, этого я не знаю.
– Хорошо, я поговорю с мужем, – пообещала она, – не думаю, что с этим возникнут какие-то сложности. Мы сейчас летим на базу?
– Да, на базу, – подтвердил довольный Олер. – Нужно избавиться от груза и получить деньги. У военных долго не задержимся.
– Я могу на вас рассчитывать, если мне понадобится помощь на Родере?
– Конечно, можете. У меня самого там дел не будет, так, развлечения.
В тот же день Салех оторвался от своих игр и тоже попросил разрешения войти.