Придон

Никитин Юрий Александрович

К несчастью, и луна и звезды сияют ярко, пришлось ползти, прикрываясь свежесрубленными кустами. Везде на стенах горят факелы, Придон уже засомневался, получится ли, затем на угловой башне факел погас. Тотчас же вниз полетели веревки, Придон ухватился за ближайшую, дернул, все в порядке, там сперва закрепили, а сбросили концы потом, шепнул:

– Все наверх!..

Он почти побежал, как паук, мимо быстро убегали вниз огромные каменные плиты. Он поднимался и поднимался, уже от усталости заломило плечи и

руки. С ужасом подумал, каково же остальным, наконец сверху послышался приглушенный голос:

– Быстрее!.. Я должен снова зажечь факел…

Он кое-как перевалился через край, в тот же миг в десятке шагов раздался густой голос:

– Денис, что там у вас?

– Факел погас, – ответил голос над Придоном, – Щас… щас… ага, все!

Оранжевый огонь вспыхнул над головой Придона. Денис вскинул факел, показывая начальнику стражи, Придон затих, потом понял, что широкий каменный зубец закрывает его от бдительных взоров. Когда звук шагов начал удаляться, он вскочил, в несколько прыжков догнал куява, схватил сзади и, быстро сломав шею, бесшумно опустил на камни.

Денис и еще двое торопливо сбрасывали веревки. Чуть дальше, как заметил Придон, несут с копьями стражу трое вартовых, видят карабкающихся артан, но делают вид, что все в порядке.

Придон сказал быстро:

– Денис, как тебя, бери этих людей и – в башню!.. Запритесь и не выходите, пока весь город и дворец не будут взяты… Щецин, и ты здесь?

– Должен же я присмотреть за детьми, – проворчал Щецин, он тяжело дышал, даже в темноте было видно его побледневшее лицо, – хоть тут только один… Но кто ж ему нос утрет?

– Отец, – прошипел Крок. – Что ты меня позоришь?

– Кто разрешил? – сказал Придон свирепо. – Ладно, потом… вон там ступеньки. Внизу вдоль стены темень. До ворот можно добежать незамеченными. Ну, а если и заметят… Все. Пошли!

Бой у ворот был жестокий, но короткий. И хотя их на этот раз охраняло не пятьдесят, а около сотни крепких воинов, но двадцать героев смяли их, как быки сминают высокую траву, четверо сразу же принялись убирать засовы, а остальные ощетинились топорами, готовые вынести натиск.

Со стен раздался дикий крик, оттуда полетели стрелы, начали сбрасывать камни. Ворота распахнулись, со стороны артанского лагеря раздался яростный крик. Загремела и застонала земля, артанские всадники неслись, размахивая топорами, проносились под аркой ворот, как призраки, исчезали в узких куявских улицах.

Придон прокричал Щецину:

– Охраняй ворота!.. Не дай отбить! Отвечаешь головой!

С первыми ворвавшимися были и Аснерд с Вяземайтом, Вяземайт держал в поводу коня Придона. Тот быстро вскочил в седло, его трясло от нетерпения.

– А где твой меч? – спросил Вяземайт.

Аснерд кивнул, не спуская глаз с Придона.

– Пора, – сказал он. – Такой меч… тоже

артанское оружие.

Придон медленно взялся за рукоять меча. По мере того как сверкающая полоса небесного света покидала ножны, тьму отшвыривало, загоняло в дальние углы, вбивало в щели. Придон услышал восторженный многоголосый вздох. Он взмахнул мечом над головой, полоса сверкающего света изогнулась, образовав полукруг, и провисела несколько мгновений, в то время как Придон пришпорил коня, они понеслись в город, где уже крики, лязг железа, грохот топоров о щиты и запертые двери.

Глава 11

Рассвет застал город уже в руках артан. Охваченные паникой, куявы не сопротивлялись, и артане вдоволь насладились видом перепуганных беров, что покорно падали на колени и униженно вымаливали пощаду.

Городская стража тоже сложила, к удивлению и презрению артан, оружие. Придон велел оставить им жизни, эти служат тем, кто платит, а грязной работы будет немало.

Щецин примчался на взмыленном коне, с кровью на плече, на скуле ссадина, прокричал бешено:

– Дворец все еще держится!.. Там колдуны и… крепкие, надо признаться, ребята!

Придон выбежал из массивного каменного здания, весь в кровавых пятнах, указал мечом:

– Вот там бараки!.. Захватить их, прежде чем пробиваться к центру!

Из окон часто били стрелами, железная дверь была заперта изнутри и, похоже, забаррикадирована.

– Арсенал взят, – доложил Щецин подобострастно, он чувствовал вину, что поспешил раньше Придона к дворцовому комплексу. – Держатся только отдельные дворцы, там заперлись, но куда они денутся!

Промчался Канивец, прокричал:

– Западные ворота в наших руках!..

И унесся, за ним прогрохотали его канивчане, счастливые, с горящими глазами и сияющими лицами.

Со стены спустился Вяземайт, с ним в окружении волхвов шли испуганные шестеро куявов во главе с Денисом из Болота.

Денис низко кланялся, вздрагивал, пугливо отворачивался от трупов. Придон распорядился:

– Щецин, выдели двух-трех крепких велетов, пусть проводят их в подвалы Тулея.

– Так дворец еще не взят…

– Дворец – это пять зданий, – объяснил Придон. – Держится только одно, где главный зал, а казна во-о-он в том, видишь?.. Его уже захватили. Собьешь замки, а если не сумеешь – ломай все двери в подвал. Там казна. Их было шестеро? Значит, шесть бочонков золота – их. И не забудь про дом вдовы Скилла. Поставь кого-нибудь охранять.

Щецин скривился, очень не героическое задание, кивнул, все шестеро пошли с ним. Подъехал Аснерд, конские ноги по бабки красные, даже на брюхе пламенеют потеки, словно конь только что прошел вскачь по лужам крови.