Причуда
Шрифт:
— Какой-нибудь иностранец, я думаю. Не может быть, чтобы кто-нибудь из местных. Таккеров здесь очень уважают. Хорошая, дружная семья. Их девять человек, и ни о ком ничего плохого сказать не могу. Две старшие дочери замужем, один сын служит во флоте, другой — в армии, еще одна дочь работает в парикмахерской в Торки. Трое младших дома, два мальчика и девочка. — Он остановился, слегка задумался. — Не скажу, что они отличаются какими-то особыми талантами, но миссис Таккер содержит дом в чистоте — пылинки не увидишь. А сама она была младшей из одиннадцати
Бланд слушал не перебивая. Хоскинз, по сути дела, обрисовал социальное положение и жизненный уклад Таккеров.
— Вот поэтому-то я и говорю, что это был иностранец, — продолжал Хоскинз. — Их сюда столько приезжает — в туристский центр. Точно, кто-то оттуда. Среди них попадаются весьма подозрительные субъекты… и чего только не выделывают. Чего я только не насмотрелся в кустах и в лесу! И такое безобразие постоянно происходит. А на автостоянке что творится! Даром, что крутом полно народу!
О сексуальных пристрастиях туристов Хоскинз тоже был осведомлен предостаточно. Он частенько рассказывал о них за пинтой пива в «Быке и медведе», после службы, конечно.
— Я не думаю, что в нашем случае произошло что-нибудь… такое. Как только врач закончит обследование, он даст свое заключение, — сказал Бланд.
— Да, сэр, он определит. Но все же, доложу я вам, никогда не знаешь, чего ждать от этих иностранцев. В один момент могут распоясаться.
Инспектор вздохнул, подумав, что не так-то все просто. Хоскинзу, конечно, удобней все валить на иностранцев.
Отворилась дверь. Вошел врач.
— У меня все, — доложил он. — Остальные тоже уже управились. Ее можно увезти?
— Об этом позаботится сержант Коттрелл, — сказал Бланд. — Ну что ж, доктор, ваше заключение?
— Тут все совершенно очевидно, — ответил врач. — Задушена куском бельевой веревки. Причем никаких следов борьбы. Я полагаю, девочка даже не поняла, в чем дело.
— Может быть, все-таки попытка изнасилования?
— Да нет. Ничего, что могло бы это подтвердить.
— Значит, это был не сексуальный маньяк?
— Скорее всего, нет. Да она, пожалуй, была и не слишком привлекательна.
— А как она относилась к молодым людям? — спросил Бланд у Хоскинза.
— Да никак, — ответил Хоскинз, — хотя, наверное, если бы она пользовалась успехом, ей бы тоже кто-то нравился.
— Наверное, — согласился Бланд, ему вдруг вспомнилась стопка комиксов, лежавшая на столике в лодочном домике, и небрежные надписи на полях: «Джонни ходит с Кэт», «Джорджи Порджи целуется с туристками в лесу».
Конечно, тут есть уже намек на тайные желания, подумал он. Но в общем-то он не мог себе представить, что смерть Марлин Таккер имеет какую-то сексуальную подоплеку. А впрочем, кто знает…
Всегда надо помнить про этих типов со сдвигом, которые охотятся за молоденькими девушками, чтобы прикончить их и насладиться смертными муками своих жертв. Такой извращенец вполне мог появиться тут и в этот праздничный день. Бланд почти поверил,
«Однако выводы делать рано, — рассудил он. — Посмотрим, что мне скажут все эти люди».
— А в какое время наступила смерть? — спросил он. Врач взглянул на стенные часы, потом посмотрел на свои.
— Сейчас половина шестого. Осматривал я ее примерно двадцать минут шестого, и она была мертва уже около часа. Грубо говоря, между четырьмя и четырьмя сорока. Если вскрытие позволит указать более точное время, я сообщу. Подробное заключение я передам вам позже, а сейчас я должен идти. У меня еще несколько вызовов на сегодня.
Врач ушел, а инспектор Бланд попросил Хоскинза пригласить мисс Бруис.
Увидев мисс Бруис, он немного воспрял духом. Он сразу понял, что перед ним деловая женщина. А значит, ответы ее будут четкими и ясными. Она сможет точно назвать время и ничего не перепутает.
— Миссис Таккер у меня в гостиной, — сказала мисс Бруис, усаживаясь на стул. — Я сообщила ей эту ужасную новость, ну и… напоила чаем. Она, естественно, очень подавлена, она хотела посмотреть на дочку, но я уговорила ее пока этого не делать. Мистер Таккер в шесть часов закончит работу и должен прийти. Я попросила, как только он появится, привести его ко мне. Младшие дети еще на празднике, и за ними присмотрят.
— Превосходно, — одобрил инспектор Бланд. — Я полагаю, что прежде чем беседовать с миссис Таккер, мне следует переговорить с вами и с миссис Стаббс.
— Я не знаю, где миссис Стаббс, — холодно ответила мисс Бруис. — Мне кажется, ей надоел этот праздник и она отправилась куда-нибудь побродить. Но не думаю, что она сможет сообщить вам больше, чем я. Что, собственно, вы хотели бы узнать?
— Во-первых, я бы хотел поподробнее узнать об этой вашей игре, и каким образом Марлин Таккер получила свою роль.
— Ну это несложно.
И мисс Бруис вкратце изложила суть игры: этот оригинальный аттракцион придуман для праздника известной писательницей миссис Оливер, ее попросил сэр Джордж.
— А роль жертвы, — пояснила мисс Бруис после того, как пересказала сюжет, — вообще-то должна была играть миссис Салли Легг.
— Миссис Салли Легг? — переспросил инспектор.
— Они с мистером Леггом снимают коттедж у Лодеров, — пояснил констебль Хоскинз, — розовый такой, возле Мельничного ручья. Они приехали месяц назад, собираются прожить тут еще два-три месяца.
— Понял. Так вы говорите, что сначала жертву должна была изображать миссис Легг? Почему же произошла замена?
— Просто однажды вечером миссис Легг всем нам гадала, и у нее так хорошо получалось, что мы решили устроить еще один аттракцион, поставить шатер гадалки. А миссис Легг в восточном наряде должна была за полкроны предсказывать судьбу. Я не думаю, что мы совершили что-нибудь противозаконное, ведь так, инспектор? Мне кажется, на праздниках обычно устраивают подобные вещи?