При свете звезд

Мун Марлисс

Они подошли к самому главному.

– Меня лечила искусная целительница, – ответил он спокойно. – Она спасла мне жизнь.

– И в благодарность вы женились на ней? Амалия сказала, что девчонка от вас понесла.

– Я предпочел сделать ее своей женой, – упрямо ответил Люк.

– Вы не имели права принимать такое решение, – процедил принц сквозь зубы, одарив Люка ледяным взглядом. – Вы были обручены с моей кузиной! – Он ткнул Люка пальцем в грудь.

– Ваше величество, я служил вам верой и правдой более двенадцати лет, ни разу не проявив неповиновения. Но в сложившихся

обстоятельствах у меня не было другого выбора.

– Вы нарушили нашу договоренность, – продолжал принц, – и оскорбили мою кузину!

– Я готов молить о прощении, – промолвил Люк. – У меня и в мыслях не было нарушать нашу договоренность, ваше величество. – Люк почувствовал, что к Генриху возвращается здравомыслие. – Но порой на нашем пути встают непредвиденные препятствия. Я – ваш преданный вассал и по-прежнему буду служить вам верой и правдой. Умоляю вас проявить милость и простить меня.

Он затаил дыхание в ожидании ответа Генриха.

«Арундел или Мерри? Господи, не заставляй меня выбирать», – молился Люк про себя, обливаясь холодным потом. Принц отвернулся и снова прошествовал к окну.

– Объясните, что за препятствия вы имеете в виду, – потребовал Генрих. – Что заставило вас жениться на этой женщине?

У Люка отлегло от сердца. Генрих готов его выслушать.

– Я обещал сопроводить леди в Хелмсли. По долгу службы первым делом отправился в Айверсли. Но после того, как один из моих солдат посягнул на нее, решил как можно скорее отвезти ее домой и взял с собой всего десять воинов. В таверне на нас напали бандиты. Они похитили леди и забрали наших лошадей. Отбивая леди у головорезов, я был ранен. Последнее, что я видел, прежде чем впасть в беспамятство, это как леди ударила ножом моего противника. Ей удалось доставить меня и моих людей в Хелмсли. Там леди ухаживала за мной, только благодаря ей я выжил.

– А она смелая, – задумчиво произнес Генрих, – но некрасивая.

Наверняка Амалия сказала принцу, что Мерри дурнушка. По мнению Люка, она была очаровательной, неотразимой. Сводила его с ума.

– У нее своеобразная внешность, – промолвил Люк. – Одни считают ее непривлекательной. Другие – красавицей.

– Я слышал о Хелмсли, – заметил Генрих. – А у меня есть там барон?

– Свояк моей леди – Рубака из Хелмсли. Он присягнул вам на верность, подписав Уоллингфордский договор. Несомненно, вы его помните. Он огромный, в два раза больше меня. – Люк явно преувеличивал. – Ни один барон не может сравниться с ним по силе и воинскому искусству. Ваша милость может рассчитывать на него при защите северных границ.

Люк сгустил краски, разыгрывая свою единственную козырную карту. Принц должен понять, что, если аннулирует его брак с Мерри, это негативно отразится на политическом положении в той части страны, которая до сих пор во многих отношениях не внушала доверия.

В комнате повисла напряженная тишина.

Первым ее нарушил Генрих.

– Если вы женились по любви, сэр Люк, почему не спите со своей женой? – вкрадчивым тоном спросил он.

Люк обомлел. Он совсем забыл, что у принца повсюду есть соглядатаи. Только бы до него не дошли

слухи, что Мерри обвиняли в колдовстве!

– Она предпочитает спать в собственной постели, – сказал Люк.

– Говорят, она весьма остра на язык, некоторым это не нравится.

Люк сжал кулаки, исполненный решимости обнаружить крысу и вздуть как следует.

– Просто она говорит, что думает, – возразил он. – По крайней мере, знаешь, что у нее на уме. – Это был камень в огород Амалии.

Хмыкнув, принц признал справедливость замечания и скрестил руки на груди.

– Вы ставите меня в неловкое положение, сэр Люк, – заявил он наконец, поворачиваясь к Люку в профиль, и многозначительно добавил: – Арундел запал Амалии в душу.

«Не забирай Арундел!» – взмолился про себя Люк.

– С другой стороны, ваше служение короне снискало уважение баронов. Они готовы закрыть глаза на факт вашего внебрачного рождения и поддерживают ваше право владеть землями деда.

У Люка забрезжила надежда. Разрушая незаконно построенные крепости, Генрих вызвал недовольство баронов. Если бароны поддержат Люка, возможно, его дети удостоятся титула деда.

– Все же ваш поступок достоин осуждения, – продолжал принц. – Никто из тех, кто состоял у меня на службе, не проявлял подобного своеволия в делах личного свойства.

Это было обвинением чуть ли не в государственной измене.

– И что вы намерены предпринять, ваше величество? – спросил Люк, не собираясь сдаваться.

– Вы полагаете, у меня есть время заниматься этим делом сейчас? – Он указал на заваленный бумагами стол. – Через две недели состоится коронация. Дядюшка оставил мне страну, где царит хаос.

Принц сверлил его взглядом. Люк не отвел глаз.

– Привезите супругу на коронацию. Я хочу на нее посмотреть. Тогда и решим вопрос с вашим браком.

– Вы желаете познакомиться с ней поближе, ваше величество? – спросил Люк, подозревая подвох.

Генрих пожал плечами.

– Я желаю собственными глазами увидеть ее, – произнес он и добавил: – Не каждая женщина годится на роль супруги моего главного землепользователя. Чтобы титул графа перешел к вашим отпрыскам, ваша жена должна иметь благородное происхождение. Я настаиваю на этом.

И тут Люка осенило. Принцу совершенно безразлично, красавица Мерри или дурнушка. В оставшееся до коронации время он намерен убедить баронов в том, что Люк поступил с ним бесчестно. В этом случае они согласятся признать брак Люка недействительным.

Люк пришел в бешенство.

– Не заставляйте меня выбирать между моей женой и лояльным отношением к вам, ваше величество, – предостерег он Генриха.

Принц метнул в него свирепый взгляд.

– Ты смеешь мне угрожать? – сорвался он на крик.

Люк стиснул челюсти. Он знал, какую цену ему придется заплатить за неповиновение. Можно считать, что Арундел он потерял.

– Я вам нужен, ваше величество, – заявил Люк. – Именно ко мне вы обратились, когда вам понадобился человек для выполнения работы, которую остальные считали ниже своего достоинства. Кто меня заменит, если я не стану вам служить? – спросил он дерзко.