При открытых дверях

Азерников Валентин Захарович

Тюнин. А с кем именно из мужчин?

Захар Захарович. С кем? Пожалуй что с Изюмовым.

Тюнин. Почему?

Захар Захарович (подумал). С ним интересно.

Тюнин (Сергею Ервандовичу). Еще один вопрос. Такой на этот раз. С кем бы вы хотели пойти дежурить в составе народной дружины?

Сергей Ервандович. Дружины?

Тюнин. Да. Имеется в виду дежурство на улице, когда могут попадаться пьяные, словом, потенциально опасная ситуация.

Сергей Ервандович.

Ага. Иными словами, с кем бы я хотел пойти в разведку.

Тюнин. Примерно.

Сергей Ервандович. Так. В разведку, значит…

Тюнин. Нет, с вашего позволения, для начала – в рейд народной дружины.

Сергей Ервандович. Ну, не знаю. С кем-нибудь из наших женщин. И воздухом подышишь, и вечерок проведешь.

Тюнин. Да нет, серьезно.

Сергей Ервандович. Или с женой – если магазины еще не закрыты…

Тюнин. Я серьезно спрашиваю.

Сергей Ервандович. А если серьезно, то с милиционером – вот с кем.

Тюнин. А если бы это было невозможно?

Сергей Ервандович. Ну тогда… Тогда с Кириллом.

Тюнин. С кем?

Сергей Ервандович. С Изюмовым. Есть у нас такой.

Тюнин. А почему именно с ним?

Сергей Ервандович (подумал). Надежный.

Тюнин (Надежде Петровне). Скажите, а вот с кем бы вы хотели, из ваших коллег, получить совместно крупную премию?

Надежда Петровна. Государственную, что ль?

Тюнин. Предположим.

Надежда Петровна. С кем хотела бы – не знаю, а вот с кем не хотела – это знаю точно.

Тюнин. Я слушаю.

Надежда Петровна. С кем угодно, только не с Сергеем Ервандовичем.

Тюнин. Почему же?

Надежда Петровна. С ним хорошо вместе квартальную премию получать, не выше. Это его потолок. Там все известно – сколько жене, сколько детям, сколько в заначку. А Государственную – что вы, он же все перепутает, всех перессорит, а сам застрелится. Он же не приучен к таким суммам, ему жена двадцать копеек в день дает, он бумажные деньги вообще два раза в месяц видит.

Тюнин. С кем не хотели бы – я понял. А с кем бы хотели?

Надежда Петровна (подумав). Да ему ведь не дадут.

Тюнин. Кому?

Надежда Петровна. Вы не знаете его, он в командировке.

Тюнин. Изюмов?

Надежда Петровна. Да. Впрочем, с ним и выговор почетно получить.

Тюнин. Почему?

Надежда Петровна (пожала плечами). За стоящее дело, значит.

Тюнин (Зинаиде Ивановне). У меня к вам такой вопрос.

Зинаида Ивановна. Ау меня к вам.

Тюнин. Да, пожалуйста.

Зинаида Ивановна. Я, знаете, тут тоже решила внести свой вклад в социологию. Да. Решила провести опрос среди наших мужчин. Выяснить, кто у нас самая популярная женщина. Так сказать, мисс цеха номер шесть.

Тюнин. Да? И как же вы собираетесь это выяснить?

Зинаида

Ивановна. По вашей методике. Мы же не можем ходить по сцене в бикини, как у них там. У нас с климатом не очень. И с бикини тоже. Поэтому я предложу каждому мужчине несколько ситуаций, как вы, и попрошу выбрать, с кем бы он хотел в них оказаться, а с кем – нет.

Тюнин. А что за ситуации?

Зинаида Ивановна. Как это вы говорили – гипотетические, но тем не менее очень жизненные. Скажем… Юг. Жара. Сарай три квадратных метра. Еще две семьи. Удобства в соседнем санатории. Словом, нормальный отпуск. Так вот вопрос: с кем бы из наших женщин вы бы отважились отдохнуть подобным образом? Это вам почище, чем в разведку идти, тут подумаешь. Или вот еще. Стоите вы вечером в очереди. Без трех минут семь. Нервничаете.

Тюнин. А за чем стою?

Зинаида Ивановна. За чем нервничают без трех минут семь? Не за макаронами же. Так вот. Стоите вы как на иголках. А тут подходит гражданочка и – к вам: не разрешите ли без очереди? Чуете? Вопрос задачи: кого из наших дам вы бы пропустили, а кого – нет?

Тюнин. Да, ситуация действительно…

Зинаида Ивановна. А вот такая как вам понравится? Приезжаете вы, допустим, из загранкомандировки. Везете своей любимой чемодан инвалютных подарков. На всем экономили, питались только «железками», развлечения – только ящик, ходили пешком исключительно, две пары туфель стоптали, себе купили тапочки – чтоб не босиком границу переезжать. Словом, по первому разряду ее обслужили. Приезжаете, значит, и что же? Узнаете, что она сошлась с вашим заместителем. Понимаете, в чем главное унижение – не с начальником, с заместителем. Усекли? Так вот, здесь, наоборот, спрашивается: кого из наших дам вы бы не хотели видеть в этой ситуации? Сила вопросик, а?

Николаева. Не так быстро, не успеваю.

Сидоров. Это можете не писать, это не существенно.

Николаева. Что вы, завтра девчонкам дам слова списать – про всех все выясним.

Тюнин (Зинаиде Ивановне). А вы – кого вы пустили бы впереди себя?

Зинаида Ивановна. Я? (Подумала.) Тот, кого бы пустила, без очереди не полезет.

Тюнин. Кто же это?

Зинаида Ивановна. Он не то что чужое – свое не возьмет, если считает – не по праву.

Тюнин. Кажется, я знаю, о ком вы говорите.

Зинаида Ивановна. Ну, а чего же спрашиваете тогда…

Тюнин (Екатерине Михайловне). Вы не возражаете, если еще один вопрос – последний.

Екатерина Михайловна. Последний? Жаль, Все хорошее кончается. Придется идти работать.

Тюнин. Скоро у вас обед. Вы как – одна ходите обедать или с кем-нибудь?

Екатерина Михайловна. Тут одной бы успеть.

Тюнин. Ну, а если бы была возможность, с кем бы вы хотели вместе обедать, а с кем – нет?

Екатерина Михайловна. Хм, а с вами нельзя?