Президент Фу Манчи
Шрифт:
Найланд Смит не ответил. Он сидел неподвижно и молча слушал.
– Мы вступаем в последнюю фазу борьбы, сэр Дэниз…
И гортанный голос смолк.
Смит бросил трубку на рычаг и вскочил на ноги.
– Связь прервалась! Быстро, Хэпберн! Ближайший телефон у соседей! Проверьте, откуда звонили, если сможете.
– Есть. – Марк Хэпберн выдвинул вперед челюсть и решительно застегнул пальто.
Сара Лэкин смотрела на Смита как зачарованная.
– И, черт возьми, Хэпберн! Вы любой ценой должны дозвониться до аббата Донегаля сегодня.
ГЛАВА VII
БЕССОННЫЙ УГОЛОВНЫЙ МИР
Марк Хэпберн поставил крохотный пузырек очень редкого реактива на полку над головой, затем наклонился, припал глазом к окуляру микроскопа и некоторое время пристально рассматривал кусочек какой-то липкой бумаги под стеклом. Потом он выпрямился, потянулся и устало зевнул. Маленькая комната, в которой он находился, была оборудована под лабораторию. Тишину в ней нарушал лишь приглушенный гул, похожий на отдаленные раскаты грома.
Хэпберн зажег сигарету и подошел к окну. Приглушенный гул получил свое объяснение: то был шум транспорта на оживленных городских улицах.
Внизу лежали улицы ночного Нью-Йорка. Справа возносилось на головокружительную высоту к летящим грозовым облакам самое высокое здание в мире. Сверкали внизу то красные, то зеленые огни, слева ползла светящаяся гусеница поезда. Тысячи горящих окон складывались в геометрические прямоугольные узоры в темноте. Влажный густой туман не позволял увидеть отсюда факел, зажатый в высоко поднятой руке статуи Свободы.
Легкий шорох, раздавшийся в маленькой лаборатории на сороковом этаже небоскреба, заставил Хэпберна стремительно обернуться.
Он увидел перед собой смуглое нервное лицо Найланда Смита.
– Боже правый, сэр Дэниз! Вы двигаетесь тихо, как кошка…
– Я открыл дверь своим ключом…
– Вы напугали меня.
– Вы нашли это, Хэпберн? Нашли?
– Да.
– И что же? – Узкое лицо Смита, обрамленное высоко поднятым меховым воротником, радостно засветилось. – Отличная работа! Что же это?
– Не знаю… то есть не знаю происхождение этого вещества. Но подобный концентрат используется в некоторых племенах Верхней Амазонки. Мне случилось припомнить, что в Медицинской академии есть образец означенного вещества, и я попросил его на время для исследования. Оно обладает замечательными свойствами, но, несмотря на многочисленные исследования, никто из ученых так и не смог выявить его составные части и открыть способ приготовления.
– Оно называется каапи?
– Да.
– Я должен был сразу понять! – воскликнул Найланд Смит. – Он использовал каапи и раньше – и весьма успешно. Но должен поздравить вас, Хэпберн: воображение редко соседствует с точным научным знанием.
Он скинул тяжелое кожаное пальто и бросил его в кресло. Хэпберн удивленно взглянул на начальника и улыбнулся – по обыкновению медленно.
Найланд Смит был в полицейской форме!
– За мной следили до самого
Марк Хэпберн оперся о стол со стеклянным верхом и с отсутствующим видом уставился на федерального агента Пятьдесят Шесть.
– Они, вероятно, знают, что вы здесь, – тихо и бесстрастно проговорил он.
– Несомненно! Они знают, что я здесь. Но им лучше увидеть, что я здесь не остался.
Хэпберн ненадолго задержал взгляд на начальнике, потом кивнул.
– Вы думаете, тогда они выйдут на вас в открытую?
Найланд Смит резко вытянул руку и схватил Хэпберна за плечо.
– Слушайте. Едва ли вы забыли вооруженный отряд, пытавшийся перехватить специальный курьерский. Сегодня вечером я вышел на улицу через любезно предоставленную мне управлением дверь личного пользования. На углу Сорок Восьмой я заметил машину, набитую до отказа вооруженными людьми.
– Что?!
– Я ехал на такси, принадлежащем корпорации «Лотос кэбз»…
– Я знаю ее. Это крупнейшая в Штатах корпорация подобного рода.
– Она может не иметь никакого отношения к делу, Хэпберн. Но шофер такси был подкуплен противниками.
– Вы уверены?
– Совершенно уверен. Я сказал шоферу: «Жмите на газ. Я федеральный агент, и сейчас можно пренебречь правилами уличного движения! »
– И что он?
– Притворился, что выполняет приказ, но явно пытался ввести меня в заблуждение! И вот посреди переполненной транспортом улицы мне пришлось выпрыгивать из машины, бежать бегом до Шестой авеню и нанимать там другое такси.
Он замолчал и глубоко вздохнул. Затем извлек из кармана пальто потрепанный кисет и принялся набивать трубку.
– Эта ваша лаборатория несколько угнетает. Давайте перейдем в гостиную. – И Смит направился в смежную с лабораторией просторную комнату. Хэпберн последовал за ним.
– Оба мы должны исчезнуть! – на ходу бросил через плечо Найланд Смит, потом остановился и обернулся к подчиненному. И, встретив пронзительный взгляд холодных серых глаз, Хэпберн сразу понял, что коллега не шутит.
– Сейчас на кон поставлена самая большая ставка из всех, которые когда-либо разыгрывал человек: власть над США. К своей реально существующей организации, о численности которой можно лишь догадываться, доктор Фу Манчи присоединил еще в высшей степени полезный для осуществления его целей уголовный мир.
Набив трубку, Найланд Смит автоматически попытался сунуть кисет в карман форменного мундира и, не обнаружив оного, раздраженно швырнул кисет на кресло. Он взял с мраморной каминной полки спичечный коробок и зажег трубку. Затем, окутанный клубами дыма, повернулся к Хэпберну и продолжал по обыкновению резким, пронзительным голосом: