Превыше соблазна
Шрифт:
И все же она не отступила под его напором, сумела отчасти взять себя в руки и оценить положение. Несмотря на свой статус, брат Томас все же мужчина. Он намного сильнее ее, Мег. Нельзя забывать, что такой человек не остановится даже перед физическим насилием, особенно если сумеет убедить себя, что такое насилие будет способствовать ее духовному исправлению. И ей придется в одиночестве противостоять ему.
– Все ты знаешь, – злобно повторял брат Томас. – Знаешь и теперь воспользуешься своими дьявольскими чарами и заставишь его снова сделать меня управляющим.
Мег резко расправила
– Я не пыталась намеренно соблазнить сэра Ричарда, не предлагала ему себя, и я не имею на него влияния в вопросах управления Хоксли-Мэнор, – глядя прямо в глаза брату Томасу, раздельно произнесла Мег. – Повторяю, я понятия не имею, о чем вы говорите.
К удивлению Мег, брат Томас не набросился на нее с новыми обвинениями. Правда, он поднял руку, и девушка решила было, что он хочет ее ударить. Вместо этого священник поднес руку к ее волосам и провел пальцами по пряди, выбившейся из-под черепахового гребня на затылке.
Мег вскрикнула и отшатнулась, но монах крепко вцепился ей в волосы и не отпускал. У Мег от боли слезы выступили на глазах. Она не могла шевельнуться, только высоко вздымалась грудь и бешено колотилось сердце.
О Боже, думала Мег, леденея от страха. Эта мысль не могла явиться к ней в самом страшном сне. Слишком она была невозможна, противоестественна. Тем не менее жизнь оказалась еще страшнее – вот она дышит ей в лицо отвратительным запахом чеснока.
Брат Томас хотел ее так, как мужчина хочет женщину, – он хотел получить ее тело, а вовсе не исцелить душу.
Мег ощутила тошноту. Ее дыхание участилось. Она с трудом сдерживала позывы рвоты. Взгляд брата Томаса опустился на грудь Мег, она понимала, что сама возбуждает его похоть, но не могла удержать дыхание. Мег казалось, что ее касается не только липкий взгляд монаха, но и руки.
Из губ девушки вырвался хриплый стон. Она в ужасе представляла, что он может с ней сделать, и это будет куда хуже, чем бичевание. Она не допустит, чтобы он тронул ее хоть пальцем! Она будет сопротивляться! Сопротивляться изо всех сил. Пусть он крупнее и сильнее ее, но Мег не позволит ему одержать победу!
Однако надо попробовать обойтись без грубой силы.
– Отойдите от меня, и я забуду, что мы с вами сегодня встречались, – решительно заявила Мег и отшатнулась от него, насколько ей позволяла его хватка.
– Ну уж нет, леди. – Зловонное дыхание коснулось щеки Мег. – Мы встречались, и я получу все, что мне нужно.
Мег в отчаянии выкрикнула:
– Брат Томас, если вы меня не отпустите, я закричу. Я буду звать на помощь.
– Если будешь кричать, я приму меры.
С насмешкой заявил он, потер между пальцами прядь ее волос и наклонился, чтобы вдохнуть их аромат. Другой рукой он взял Мег за подбородок, приподнял его и резким движением повернул ее лицо к себе, заставив смотреть прямо ему в глаза, чтобы Мег осознала, что он говорит всерьез.
– И уверяю тебя, это будет весьма неприятно. Делай, что я тебе говорю. Поделись со мной тем, чем так щедро одарил тебя Господь. Обещаю, ты получишь удовольствие.
– Ни за
Да, она в западне, но страх пробудил в ней силы, о которых она и не подозревала. Мег отвела руку назад и пыталась нащупать на столе какой-нибудь предмет, чтобы защититься. Может быть, она не все вещи разложила по местам? Но ничего не нашлось.
– Не смей играть со мной, женщина! – прорычал браг Томас и прижал ее руку к телу. – Достаточно я от тебя настрадался за эти два года, теперь твоя судьба решена. Я больше не позволю делать из меня дурака!
Он придвигался все ближе, заставляя Мег отклоняться назад, выгибая спину. Она вдруг поняла, что он может повалить ее на стол и прямо здесь, на кухне, взять силой.
– Пустите меня! – громче выкрикнула она, уперлась руками ему в грудь и попыталась оттолкнуть коленом. – Что вы делаете?! Кто-нибудь войдет и увидит вас! Что вы тогда скажете?
Внезапно сзади раздалось рычание. Брат Томас как будто взлетел вверх. Мег оказалась на свободе и отползла вправо. Перед глазами все плыло. Она едва не теряла сознание. Вдруг послышался металлический звон, с каким оружие выскальзывает из ножен. Повернув голову, Мег увидела, как Ричард с мечом в руке, похожий на ангела мщения, держит брата Томаса за шиворот сутаны и швыряет его о стену.
Монах вскрикнул от удара, но не попытался встать, а скрючился на полу и простер руку к Ричарду, который приставил лезвие к его сердцу.
Мег в молчании наблюдала за происходящим. Спазм сдавил ей горло. Она не могла вымолвить ни слова и лишь во все глаза смотрела на Ричарда, которого впервые видела в образе беспощадного воина. Вот он стоит перед ней, высокий, мощный, с горящими от бешенства глазами, с лицом, искаженным праведным гневом.
– Пощады! Пощады! – дрожащим голосом прохрипел брат Томас.
Он суетливо переводил взгляд с Ричарда на Мег, потом прикрыл лицо руками, как будто они могли защитить его от стального клинка.
– Почему я должен тебя щадить? – грозным, рокочущим голосом произнес Ричард. – Щадить после того, что я видел?
– Но ты тамплиер, тебе запрещено поднимать меч против брата!
– Блуд тоже запрещен, – прорычал Ричард. – А вы собирались совершить именно этот грех против воли женщины.
– Нет, нет. Вы не так меня поняли, сэр Ричард, – взмолился брат Томас, приподнимаясь на коленях. – Я только… только… я…
– Что ты скажешь, Мег? – прервал Ричард лепет монаха, но не отвел от него взгляда. – Я не прав?
Дурнота все не проходила. Она перевела взгляд с брата Томаса на Ричарда. Лицо одного выражало мольбу, второго – решительность. Мег поняла, что от ее ответа зависит жизнь человека, пусть и очень дурного.
– Вы убьете его, если я скажу, что правы? – с дрожью в голосе спросила Мег.
– Да.
Голос Ричарда прозвучал жестко и непреклонно. Брат Томас заверещал, как заяц, потом его рот несколько раз беззвучно открылся и закрылся. Meг с недоверием смотрела на священника, который по-прежнему простирал руки к Ричарду, но при этом как-то странно напрягся. Его лицо посерело, глаза закатились, и он все также беззвучно упал на пол.