Превратности судьбы
Шрифт:
— Вот это верно подмечено! — согласилась Юля. — Пойду собираться.
— Подожди, мы тебя проводим! — сказал он и посмотрел на Шувалову. — Дождь закончился час назад, да и перед сном не мешало бы подышать свежим воздухом. Как ты на это смотришь?
Катя колебалась.
— Я обещаю, что провожу тебя до дома и не оставлю одну посреди улицы! Не беспокойся!
Александр встал и вышел из гостиной в просторный коридор. Юля подмигнула Шуваловой, и они вместе последовали за ним, не говоря ни слова.
Глава 2
— А
— Всё, Юлька, мы уходим! — помахала рукой Катя. — Спокойной ночи!
— Спокойной ночи и до завтра!
С этими словами она скрипнула дверкой и скрылась в тёмной терраске. Увидев, что в одном из окошек загорелся свет, Шувалова тихонько прошептала:
— Теперь можно идти!
— Думаю, да, — поддержал её Александр. — В своей собственной комнате она находится в полной безопасности. Так что не волнуйся!
Катя улыбнулась.
— Я бы не отказалась сейчас быть на её месте!
Он аккуратно взял её руку в свою. Она была холодная и немного дрожала.
— Почему ты не сказала, что замёрзла, когда мы только вышли из дома? Я бы мог спокойно справиться с этим один, не так уж и далеко она живёт. Тебе бы не пришлось терпеть этот холод!
— Всё в порядке!
— Ты вся трясёшься! Только не говори мне теперь, что это от радости, что Юлька наконец-таки дома!
Шувалова подавила вырвавшийся смешок.
— Идём скорее, я провожу тебя до дома, иначе это ты сляжешь с температурой и насморком. А меня потом обвинят в том, что не доставил тебя в целости и сохранности как обещал!
Александр протянул ей руку, и она вложила свою холодную ладонь в его. Она была такая тёплая! Катя сразу вспомнила тот вечер и ту ночь, которые они провели вместе, когда её дядя приехал в лагерь, где служил солдат.
— Может, тебе дать мою куртку?
— Не надо, ты и так одет легче, чем я. Нам идти осталось всего — ничего, не переживай так!
— У тебя хорошая подруга! — начал Александр. — Добрая, позитивная… Сейчас мало таких людей. Она по-настоящему искренне радуется за тебя, если выпадает такая возможность! Тебе очень повезло, что вы дружите.
— Да, — согласилась Катя. — Мы с детского сада вместе. Сколько себя помню, она всегда была рядом, была готова прийти на помощь.
Немного помолчав, обдумывая что-то про себя, Шторм вдруг спросил:
— Она знала о том дне, когда… ну, в общем, когда я не помог тебе?
Этот вопрос застал Катю врасплох. Но она всегда была честна с ним, поэтому, не ломая комедию, она быстро ответила:
— Да. Юля пришла ко мне на следующее утро, я старалась не показывать вида, что что-то произошло накануне вечером, но у меня ничего не получилось. Ты же сам видел сегодня, она
— Это точно!
— Она посоветовала мне обратиться в полицию, но я не сделала этого. Она тоже считала виновным тебя.
— По-другому и быть не могло, — тихо прошептал Шторм. — Ей, наверное, было тяжело общаться сегодня со мной, зная все детали того вечера. Это объясняет, почему она так удивилась, когда увидела меня у тебя в доме.
На лице Кати снова появилась улыбка.
— Знаешь ли, многие бы удивились, увидев тебя у меня дома. Ты же догадываешься, каким известным ты был! Молодёжь тебя боялась, а взрослые не переставали восклицать, как таких вообще земля носит. И это неудивительно! О тебе рассказывали столько всяких историй! Никто ведь не разбирался, где правда, а где ложь…
— В то время я не задумывался над этим, даже не предполагал, что обо мне ходит столько баек. Я, наверное, был самым страшным кошмаром, которым пугали маленьких детей, если они не ложились вовремя спать, — усмехнулся Александр.
Шувалова тихонько засмеялась.
— Возможно и такое! А ты… — она осеклась.
— Что? — насторожился Шторм.
— Тебе не хотелось бы снова…
— Нет, — резко оборвал он её, не дав закончить предложение. — И не спрашивай об этом! Я готов всю жизнь провести в полевых условиях, лишь бы только не помнить о тех днях и о том, чем я занимался.
Александр посмотрел на Катю.
— Мне дали только одну попытку исправить всё и начать жизнь заново. И я очень благодарен судьбе за это! Пускай мне через многое пришлось пройти, многое пережить, но зато я понял, что на самом деле должен ценить человек.
В этот момент впереди показался свет фар, и им пришлось свернуть на обочину, чтобы грязь из-под колёс не попала на одежду. Проехав мимо них, машина резко затормозила, и из неё выскочил тёмноволосый парень. Катя сразу же узнала его.
— Саня! — раздался радостный возглас Эдика. — Это ты!
Не веря своим собственным глазам, он подскочил к Шторму и потрепал его за плечи. Александр слегка улыбнулся, но никаких эмоций не проявил. В это время из «Опеля» высыпали остальные товарищи темноволосого Эдика. Катя инстинктивно спряталась за спину парня.
— Шторм! — расплылся в улыбке Стас и раскинул руки для объятий.
Александр стоял, не двигаясь. Он даже руку не поднял, чтобы обнять своих «друзей».
— Сколько лет, сколько зим, дружище! Ты не сообщил, что приезжаешь. Мы бы устроили всё по высшему разряду!
— Да уж, — наконец, сухо сказал Шторм. — В чём, в чём, а в этом я точно не сомневаюсь!
— Ты давно приехал-то? — пьяным голосом спросил Тим.
— Сегодня.
— Сегодня? — эхом повторил Стас. — Так это значит, что у нас ещё есть целая неделя, а то и две, чтобы погулять и вспомнить былое.