Претендент

Хоук Гарольд

— Хорошего помаленьку, а то привыкнешь — будешь шмалять во всех без разбора.

— Не боись, не буду.

— Ага, Красковец также говорил и чем всё закончилось?..

Добродушно переругиваясь, приятели вернулись к молотившему воздух вертолёту. Карлос сел на место пилота, а Элтон разместился в салоне, ближе к пулемёту. Страсть к огнестрельному оружию проявлялась даже в таких мелочах как расположение в пределах досягаемости от любой стреляющей железки. «Всегда на боевом взводе», — любил он говорить о себе, и это было

недалеко от истины.

Карлос увеличил обороты. Турбины усилили гудение, послышался нарастающий свист разрубаемого воздуха. Ветер сильнее прижал траву, погнал в стороны налетевшие из леса листья. Полозья оторвались от земли, вертолёт качнулся и взял курс обратно на виллу.

Тем временем Голдмахер надрывался над рацией, пытаясь переорать ревущие турбины:

— Алё, шеф! Это я! Всё в порядке! Мы разбили банду ублюдков! Что?! Не слышу! Говорите громче! Да! Все мертвы! Сдохли все говорю! Хорошо! Скоро будем!

Он бросил рацию на сиденье, схватил из настенного кармашка бутылку с водой и жадно припал к горлышку.

— Что сказал шеф? — прокричал Карлос, повернувшись вполоборота.

— Спросил: всех ли замочили и как себя чувствуем, — Элтон вытер рукавом губы.

— А ты чё?

— Сказал: всех убили, сами целы.

— А он чё?

— Обещал море выпивки и кучу голых девок.

— Чё правда? Карлос от удивления так сильно вывернул голову, что Элтон поразился, как тот не свернул себе шею.

— Вперёд смотри!

Пилот сосредоточился на управлении. Какое-то время оба молчали, а потом Санита спросил:

— Я не понял, он так и сказал?

— Нет, конечно, велел скорее возвращаться на базу. А тебе бы только напиться да девок лапать, да, Карлос? Элтон приложился к бутылке и за раз осушил почти наполовину.

— Да ну тебя, — отмахнулся Санита, делая вид, что следит за приборами.

— Ладно, хорош дуться, — Элтон плотно закрутил крышку, сунул бутылку в кармашек. — Получим жалование, пойдём в кабак, обещаю. Ох и напьемся… а по дороге домой снимем двух тёлок и повеселимся как следует.

7

Переодевшись к ужину, Честер спустился в обеденную залу, где его ждал Ди Чинелло тоже сменивший наряд. Теперь разница между ними почти не ощущалась. Оба оделись во фраки, только ткань, из которой сшили костюм гостя, на порядок превосходила материал одежды хозяина.

Чинно поприветствовав друг друга, сотрапезники уселись за стол, и некоторое время отдавали дань поварским шедеврам. Вышколенные слуги молча подавали смены блюд, подливали вино в бокалы и, вообще, передвигались как тени. Замаскированные под элементы интерьера динамики изливали приятные мелодии, способствуя отличному пищеварению.

Насытившись, Честер посмотрел на Витторио поверх бокала с превосходным претанским вином, сделал небольшой глоток.

— Вы обдумали моё предложение?

Ди Чинелло вяло махнул рукой. Официант поклонился,

поставил бутылку в серебряную подставку в виде двухголового дракона тончайшей работы и вышел в коридор, куда недавно отправилось ещё двое слуг. Бокал хозяина так и остался пустым.

Витторио дождался, когда щёлкнет дверной замок и после этого заговорил:

— Вы насчёт наркотиков?

Честер кивнул и пригубил вино. Мистер Ди отправил в рот последний кусочек отбивной, внимательно посмотрел на гостя.

— А какая вам от этого польза? И вы не хотите мне сказать, чем занимаетесь?

— Польза есть и очень большая, — проигнорировал второй вопрос Честер.

— Видите ли, мистер Фишерман… — хозяин виллы сложил в тарелку столовые приборы, сорвал салфетку с груди, промокнул ей жирные губы и бросил на стол. — Дон Педро, да простятся его прегрешения, завещал мне не связываться с «дурью», он говорил: у нас есть традиционные способы заработка.

Честер поморщился:

— Проститутки, контрафактный спирт и ржавые железки — это ваш бизнес? И много вы на них заработали? Есть хоть что-то кроме постоянных войн с другими кланами?

— Н-ну…

— Не напрягайтесь. Я за вас отвечу: ни-че-го! — он излишне резко поставил бокал с рубиновым вином на белоснежную скатерть. Мафиози сцепил руки на животе и слегка прищурил глаза, наблюдая за ним. — Я предлагаю реальное дело с большими перспективами, а вы изображаете из себя невинную девицу, хотя я по глазам вижу, как вам хочется заняться этим. Подумайте, стоит ли отказываться выполняя волю почившего старика?

В комнате повисла пауза, даже музыка перестала играть. Запись кончилась, а никого из слуг рядом не было, чтобы запустить проигрыш снова или поменять кристалл.

— А что будет с другими семьями? Вы им тоже предложите сотрудничество? — спросил Витторио, не сводя глаз с гостя.

— Нет. Зачем мне конкуренция и вечные разборки? Я дам вам денег, — Ди Чинелло усмехнулся. Честер правильно истолковал его ухмылку: — Вы не поняли, я дам о-очень много денег. Делайте с ними, что угодно: хотите — тратьте на подкуп враждебных кланов, хотите — закупайте оружие для тотальной войны с противниками. Мне всё равно. Преступные сообщества меня не интересуют. Главное, чтобы вы стали крупнейшим производителем наркотиков во всём секторе. Как вам такой расклад? Устраивает?

Ди Чинелло ещё какое-то время сидел со сцепленными на животе руками, но вот в его лице что-то изменилось, и он резко наклонился к столу:

— Вполне.

— Тогда по рукам? Гость привстал, протянул руку, Витторио схватил её, крепко сжал в чуть влажной ладони.

— По рукам, а теперь скажите: зачем вам наркотики?

Честер не спешил с ответом. Он сел на место, взял бокал, сделал пару глотков.

— Вы и вправду хотите знать?

Витторио кивнул. Фишерман допил вино, поставил опустевший бокал на стол.