Претендент

Грушевицкая Ирма

Она потеряла девственность на первом свидании с парнем, который учился вместе с ней на бухгалтерских курсах. Полнейшая глупость, конечно — секс на первом свидании, но Вик смотрел на неё такими восхищёнными глазами, что Элис сразу согласилась поехать к нему домой. Всё прошло неплохо для первого раза, но оргазм свой она получила не сразу. И точно не с Виком.

С Аланом секс был хорош. Собственно, теперь получается, что только секс с Аланом и был хорош. Но хорош — не значит великолепен. Небо в алмазах она видела всего один раз в жизни

и это точно не те воспоминания, которым стоит предаваться под церковными сводами.

— … можете поцеловать невесту.

Элис хорошо видела выражение лица Мэтта, когда после этих слов он посмотрел на Мэри. Всегда сдержанный в проявлении чувств, мужчина словно отпустил себя и, обнажив эмоции, смотрел на свою теперь уже жену с таким обожанием, что Элис поневоле пришлось отвести глаза. И всё же улыбки она не сдержала: великий и ужасный Мэтью Крайтон только что объявил о своей полной капитуляции.

По этой улыбке Ник её и узнал.

Глава 4

Канкун. Пять лет назад

В семнадцатом веке Ирландия представляла собой одно сплошное пиратское королевство. Байка это или нет, но отец рассказывал, что кто-то из их прадедов был дозорным на корабле Грайне О’Мэлли — известной, как «королева пиратов».

Возможно, способность подмечать нюансы и сразу выделять главное досталось Нику именно от прадеда-дозорного.

Он моментально выделил её из толпы, как только в сопровождении двух подруг девушка появилась на прощальной вечеринке Лиама.

Прощальная вечеринка — название-то какое! Хоть бы один намёк, что тогда он видит брата в последний раз. Но даром предвидения Николас не обладал, хотя, говорят, помимо пиратов, в роду Холландов были и ведьмы.

Незнакомка была яркая, сочная, цветущая, как и десятки других девчонок, бродящих поблизости. Может слегка бледновата для мексиканки. Туристка. Возможно, из Европы. Приехала на каникулы.

Никакой стрельбы глазами по сторонам. Никакого наносного высокомерия. Спокойно взяла у бармена бутылку с пивом, открыла, отпила несколько глотков. Поставила.

Подружки её быстро растворились среди гостей, девушка осталась одна. Растерянной не выглядела, смущённой тем более. Сидела в баре, тянула пиво, спокойно общалась с подкатывающими парнями. Открытые бутылки из рук не брала — умница! Громко не смеялась, в бассейн голой не прыгала.

— Чего-то ты сегодня особенно тихий. — Лиам присел на соседний шезлонг и протянул ему стакан с виски.

— Джетлаг словил, похоже.

— Оставайся. Дом оплачен до конца месяца.

— Заманчиво. Но в выходные у нас игра.

— Перенести никак?

— Два раза переносили уже. Его козлиное величество свободно только в эту пятницу.

Брат широко улыбнулся и отсалютовал кому-то бутылкой пива.

— Заноза

в заднице — этот ваш Крайтон, — заметил он, отпивая.

— Есть немного. Ты подумал над моим предложением?

— Ага. Смотри, какая куколка в баре скучает. Пойду развеселю.

— Лиам! — Николас окликнул брата и сел ровнее. Он вперился в него пытливым взглядом, так что тот лишь тяжело вздохнул и снова опустился в соседнее кресло.

— Я, правда, подумал. Это хорошие деньги, хорошая должность. И родители были бы рады, чтобы я работал с тобой. Но, бро, честно — мне тяжело представить себя каждый день напяливающим костюм и шагающим на службу.

— Костюм я тоже не ношу, если тебе это интересно. Что до родителей, то они давно уже перестали вытирать нам носы, но я обязательно порадую их рассказом, что ты продолжаешь думать в этом направлении. Смысл сказанного тобой понятен и, в общем-то, что-то такое я и ожидал. — Ник ухмыльнулся и в один глоток допил виски. Пустой стакан он вернул брату. — Ты талантливый инженер, и я всё ещё считаю, что талант свой ты мог бы использовать с большим умом. Но если тебе нравится клеить лодки — так и быть, занимайся лодками. Это твоя жизнь и тебе её жить.

— Именно эти слова я и скажу отцу во вторник.

— Думаю, ничего нового он от тебя не услышит.

В тот вечер им больше не удалось поговорить.

Ник снова развалился в шезлонге и не без раздражения принялся наблюдать, как брат увивается вокруг приглянувшейся ему девушки. Не то чтобы у него самого были на неё планы, но всё равно, наблюдать, как Лиам включает своё очарование, на этот раз было почти неприятно. Словно брат вступил на его территорию. Совершенно дикое чувство, потому что, уж что-что, а вот девчонок они никогда не делили. Во-первых, потому что вкус у них редко совпадал, а, во-вторых, потому что Лиам был младше.

Да, темноволосая девушка по возрасту подходила больше Лиаму, чем Нику. И всё же по манере держаться, по тому, как она наклоняла голову, каким выверенным жестом поправляла волосы, вовсе не кокетничая, а убирая за ухо мешающую прядь, как держала бутылку с пивом — всё говорило о том, что перед ним человек знающий себе цену. Не охотница за приключениями, не авантюристка, не любительница халявной выпивки и быстрого секса, а обычная девчонка — из хороших, коих на вечеринках обычно всегда в достатке.

Ещё со времён студенческой юности первых Ник недолюбливал, а вторых опасался, и всё же отношения он заводил и с теми, и с другими. Различия не делал.

Сейчас, конечно, он посещал совершенно на другие вечеринки, и брату Ник откровенно соврал — костюмы носить приходилось, и гораздо чаще, чем хотелось бы. Время безбашеных вечеринок с пивными кальянами, травкой и незащищённым сексом для Николаса Холланда давно в прошлом. Как и такие вот девчонки в платьях-облегашках через которых хорошо видны их острые соски и подвздошные косточки.