Преобразователи
Шрифт:
Эттер нервно обернулся на остальную часть странного трио, но те демонстрировали удивительное спокойствие. А вот он сам, кажется, успел отвыкнуть от характера Анктар за эти столетия. Накопители несильно закололи кожу, когда они почти догнали Аль, значит, отец уже вернулся на остров. Пришлось догонять преобразовательницу и объяснять ситуацию. Мактар отзывает его в сторону, а Альхэ аккуратно утягивает Рея к выходу из парка, разворачиваясь к отошедшим в сторону парням спиной, осознанно вслушиваясь во что угодно, кроме тихих голосов.
— Не ревнуешь? — спрашивает Майерс,
— А должна? — она даже не оборачивается на оставленных позади преобразователей.
— Мне казалось, что ты редкостная собственница. Такие как ты обычно даже друзей между собой не знакомят.
— Ты же понимаешь, что Эттер — однозначно покойник? А еще он не совсем посторонний для меня. Может в детстве мы и не переносили друг друга на дух, но позже достаточно сблизились. Тем более, я уверена в Мактаре. Да и в Эттере тоже, знай я его хуже, у меня был бы повод переживать, что тот попытается использовать Мактара против меня.
— Кому кости перемываете? — жрец появился за их спинами.
— Тебе, кому еще. Все совсем плохо? — Аль как будто не заметила прокушенную губу жреца.
— С острова нам не выбраться. Макху за эти столетия успел воссоздать защиту вокруг побережья. Даже обычным транспортом. Начнет корежить магическое тело. И когда успел…
Альхэ только кивнула, испытывая острое желание напиться, желательно — «Черным хмелем», потому что этот вечер нужно было забыть хоть ненадолго. Понятно, что Макху нужно убирать, иначе эта проблема так и останется, он в любом случае будет ставить палки в колеса. Знать бы почему. Преобразовательница мысленно вернулась к разворошенным лабораториям. Он ведь наверняка не просто так собирал все мало-мальски полезные записи, преимущественно — дневники химерологов.
Она замерла, уставившись пустым взглядом в пространство. У него было подчеркнуто-негативное отношение именно к ее семье, не к Дженталь, которые тоже были чистокровными, хотя и тем перепадало. Но гораздо меньше. Так что дело не в этом, или не только в этом. Что могло отличать Антар от менталистов? Почему к Альхэ он воспринимал даже хуже, чем ее мать, хотя та осознанно ему вредила? В голове что-то щелкнуло.
— Ритуал…
— Что? — в два голоса спросили ее спутники.
— Он искал записи отца о ритуале. Том, который провела над ним бабушка. Он не говорил, что это было?
— Я… У меня есть странная мысль, — вдруг пробормотал Рей. — Но я не уверен в этом. И, думаю, нам не следует обсуждать это посреди улицы. Пойдемте домой.
Вот только за закрытой дверью Майерс не сразу принялся излагать, зависнув над чашкой с кофе. Альхэ старалась не смотреть на него слишком уж намекающе, хотя терпения оставалось все меньше. Дурацкий день вообще не радовал, так что Мактар, посмотрев на их лица, куда-то ушел, вернувшись с плоской флягой с характерным узором на боку. Анктар хмыкнула, надо же, все это время прятал такое сокровище. Вот только с желанием налакаться придется пока повременить. Так что в кувшин с водой ушло не больше рюмки, тут же окрасившей содержимое в насыщенный, практически черный цвет.
Рей
— Ну что… За скорое воссоединение Эттера с предками?
— Странный тост. Хотя… В его состоянии это, кажется, будет избавлением, да?
— Именно.
— Тогда, за скорый его переход!
Стукнули стеклянными боками друг о друга, отхлебнули, снова замолчали. Рей встряхнул потяжелевшей головой и неожиданно произнес:
— Иттрэй не был изначально чистокровным.
— В смысле?
— Помнишь, вы мне рассказывали про ритуал «выжигания», якобы давно утерянный? Ну, не якобы… Из живших при нас в Башне его знала только моя мать и все. Что тебя вообще на такое умозаключение натолкнуло?
— Я сравнил с тобой. По тому, как вы пользуетесь руками, это заметно. Если присмотреться. Мактар, возможно, не обратил на это внимания…
— Давайте честно, я все эти годы думал о других вещах…
— …а мне вот показалось странным. Ты тогда что-то резала, вторым мизинцем отодвигая лишнее. И это было очень, — он пощелкал пальцами, — естественно. У меня взгляд и зацепился. Это очень отличалось от твоего отца. А сейчас я вдруг понял…
— Это звучит логично. Как бы мне не хотелось это отрицать, но звучит очень логично.
Альхэ отхлебнула еще. Рей вполне мог быть прав, все-таки ему, менее вовлеченному, способному воспринимать происходящее со стороны, могли быть заметны детали, на которые они сами внимания и не обратили бы. Да и Мактар мог не заметить, что с жестами Иттрэя что-то не так, все-таки чистокровных он знал немного и не очень долго, а после их ухода из Башни сосредоточился на ней — от Аль не укрылась слишком уж похожая на нее саму статуя на малом алтаре.
И эта теория объяснила бы интерес Макху. Грешок всех преобразователей, особенно тех, кто пришел в Башню от людей — жажда силы. Алхимик исключением на этом поприще не был. Вот только Виттор Анктар, насколько Аль знала, всегда не упускала случая поддеть не в меру амбициозного полукровку. И, видимо, отказала ему в проведении ритуала. А тот и рад затаить обиду, отыгрываясь на ее потомках.
Альхэ потерла ледяными руками горящее лицо. Надо как-то это решать. И чем быстрее, тем лучше.
*
— Он ведь не мог пропасть? Мак, он же всегда на связи… А если с ним что-то случилось? Ласс ведь на Макху работает, вдруг с Реем что-то случилось?
— Ты думаешь, он готов воспользоваться потомком ради чего бы то ни было?
— Посмотри на того, кто его воспитывал и подумай! — она резко развернулась к жрецу, хлопая влажными ресницами.
— Аль… С ним все будет хорошо. Я в этом уверен. Если хочешь, мы можем написать письмо Мин Иттрэю, тот не откажет в помощи. По крайней мере, лезть к Лассу с шансом попасться Макху — глупо. Без посторонней помощи — так точно.