Прелесть
Шрифт:
– Был преподавателем, – подтвердил Эмби, – пока университет не закрыли. Он у нас был один из старейших. Безденежье сказалось, да и студентов не стало.
– Ищете учебную должность?
– Готов заняться чем угодно. Но такое впечатление, что я никому не нужен.
– В университетах не хватает преподавателей. За вас драться будут.
– Это где? В кочевых университетах?
– Именно, – кивнул Том.
– А что, ты о них невысокого мнения? – ощетинился дальнобойщик.
– Я ничего о них не знаю.
– Они лучше всех остальных университетов, вместе
Эмби придвинулся к костру; в голове мельтешили вопросы – пугающие, но исполненные надежды.
– Кстати, насчет искарей, – сказал он. – Вы говорите, что искарь – это особый телепат. А что, бывают и другие?.. В смысле, другие специализации?
– Бывают, – ответил Том. – В последнее время появилось множество особых талантов. Мы вылавливаем таких ребят в университетах, пробуем развивать их особенности, но не очень-то получается. Как прикажете тренировать телепата? С чего хотя бы начинать? Поэтому мы просто призываем их пользоваться талантами в благих целях и самым ответственным образом.
– Ничего не понимаю. – Эмби растерянно помотал головой. – Откуда они взялись, если раньше их не было?
– Может, все же были – еще до гэ-ка, – но не в таких количествах. Наверняка были, просто их способности находились в латентном состоянии. Дожидались своего часа. А он наступил совсем недавно. Может, на эти способности… ну, не обращали внимания во всеобщей суете. Или они задохнулись под прессом единой образовательной системы. Ребята не рисковали проявлять свои способности в культуре, где нельзя отличаться от других, ведь иначе на тебя будут показывать пальцем. Боялись и держали талант в узде, пока не забывали про него. А другие пользовались своим даром тайно, для собственной выгоды. Представьте себе политика, юриста или продавца, владеющего телепатией. Это же сказочное преимущество.
– И вы в это верите?
– Ну, не во все. Но таланты действительно существуют.
– А во что тогда верите?
– В то, что народ теперь умнее стал, – подсказал дальнобойщик.
– Нет, Рэй, не в этом дело. Народ какой был, такой и остался. Возможно, до гэ-ка тоже существовали особые таланты, но проявлялись они гораздо реже, чем сейчас. Мы избавились от прежних условностей и ограничений. Сбросили с себя ярмо конкуренции, когда съехали из домов, когда отказались от всего, без чего прежде жизни не мыслили. Искоренили все сложности, и теперь никто не дышит нам в затылок. Не нужно стремиться, чтобы все было не хуже, чем у соседа, – ибо сосед теперь наш друг, а не мерило социального и финансового успеха. Теперь не приходится втискивать в каждые сутки по сорок восемь часов. Мы наконец-то получили шанс развить способности, на которые прежде не обращали внимания.
Чуть раньше Джим-помощник подвесил над костром кофейник на рогатой ветке, а теперь нарезал мясо.
– Сегодня на ужин свинина, – сказал Рэй-дальнобойщик. – Утром ехали мимо фермерского лагеря, и свинья на дорогу как выскочит, и тут уж я ничего не мог поделать…
– Ты чуть грузовик не перевернул, пока за ней гонялся.
– А вот это гнусная
Джим продолжил нарезать ломти мяса и бросать их на здоровенную сковородку.
– Если ищете преподавательскую должность, – сказал Том, – вам только и надо, что заглянуть в любой университет. Их множество. Как правило, они небольшие.
– Но где их искать?
– Придется поспрашивать. Они постоянно переезжают. Как наскучит одна местность, перебираются в другую. Но вам повезло. На юге их полно. Весной они мигрируют на север, а осенью на юг.
Дальнобойщик снова опустился на корточки и взялся скручивать сигарету. Высунул язык, лизнул, придал сигарете нужную форму, сунул ее в рот (она безвольно повисла на нижней губе) и отыскал в костре уголек, чтобы прикурить.
– А я вот что скажу, – заговорил он. – Почему бы тебе с нами не поехать? Места на всех хватит. По пути обязательно найдем кучу университетов. Выберешь, какой понравится. Или же прокатишься с нами до самого побережья. Том, к примеру, туда и едет. У него там родственники, хоть и седьмая вода на киселе.
– Вот-вот, – покивал Том. – Почему бы вам с нами не поехать?
– Сейчас все не так, как раньше, – продолжал Рэй. – Мой батя тоже был дальнобойщик. Ему сломя голову приходилось гонять. Останавливаться было нельзя – даже для того, чтобы нужду справить по-человечески. Просто катишь вперед, и все тут.
– Так со всеми нами было, – сказал Эмби.
– А теперь не паримся, – объяснил Рэй. – Приезжаем на место чуть позже, зато ехать веселее, и никому никакого вреда, если задержимся на день-другой.
Джим поставил сковороду на угли.
– И работать легче, если подъемщик под рукой, – говорил Рэй. – Разгрузить, погрузить – плевое дело. Увязнешь в грязи – он вытащит. Такого подъемщика, как Джим, я в жизни не видал. Вон тот грузовик без проблем поднимает. Но за ним нужен глаз да глаз. Лентяй, каких поискать.
Джим тем временем жарил свинину.
Дальнобойщик щелчком отправил окурок в костер, но тот приземлился на сковородку – и мигом поднялся в воздух, описал крошечную дугу и упал на угли.
– Ты бы, Рэй, заканчивал со своими фокусами, – проворчал Джим. – Смотри, куда окурки кидаешь. Надоело за тобой подчищать.
– Ну так поедешь с нами? – спросил дальнобойщик у Эмби. – Хоть полюбуешься на здешние красоты.
– Надо подумать, – покачал головой Эмби.
Но он лукавил. Думать было не о чем.
Он уже знал, что не поедет.
11
Он стоял на перекрестке у потухшего костра и прощально махал рукой, пока полуприцеп не растворился в утреннем тумане.
Затем поднял рюкзак с притороченным к нему спальником и закинул его за спину.
Впервые за много месяцев Эмби чувствовал, что у него появилось срочное дело, и это было приятное ощущение. Хорошо, когда снова есть работа.
Минуту он помедлил, обвел глазами стоянку – пепелище костра, припасенную горку дров, огромное пятно моторного масла.