Прекрасный дикарь
Шрифт:
Мы помчались вверх по холму, держась за деревьями, и наконец достигли их края, вырвались наружу и устремились к ожидающей нас хижине. Она выглядела как убежище, и в тот момент, когда мы вошли внутрь, я почувствовала, как трещат мои оковы, а сердце забилось в незнакомом ритме. Это было похоже на облегчение, но не только. Я была счастлива. В восторге. Мы справились. Они будут искать преступников неделями, но никогда их не найдут. А Квентин мертв. Мертв, мертв, мертв!
Смех покинул меня, когда я стянула с себя просторную куртку, кожа пылала жаром. Сейчас во мне бурлило больше жизни, чем за все время моего пребывания с Пятеркой. Это был экстаз в чистом виде.
Николи
Я виновато улыбнулась, прикусив большой палец, чтобы придать себе невинный вид, но его черты лица стали серьезными.
— Они все встретят свой конец, куколка. Попомни мои слова. Ты не должна бояться того, что вернешься к ним. Я этого не допущу, — его челюсть пульсировала от ненависти к этим людям, а между моих бедер разливалось тепло, пока я рассматривала крапинки крови на его щеках и думала, почему этот ангел был послан ко мне. Может быть, кто-то наконец-то ответил на мои молитвы? Он был именно тем видом темного существа, который был мне нужен, чтобы победить их, оружием, о котором я так мечтала.
Я стянула клетчатую рубашку Николи и бросила ее на пол, оставшись в слишком длинной майке и слишком больших джинсах. Судя по тому, как Николи смотрел на меня, я могла быть одета в бальное платье, подобающее королеве.
Его глаза блуждали по моему лицу и растрепанным прядям моих волос. — Существует красота в снегопаде, в том, как свет пробивается сквозь деревья на рассвете… существует даже красота в смерти, в конце света, в краткости всего, что мы когда-либо испытаем, в переходе в пустоту. Но я никогда не видел такой красоты, как ты, — он сделал шаг ближе, и мои губы разошлись, когда его слова поселились в моем сердце и заставили его сжаться и болеть.
— Меня больше всего завораживает даже не то, как ты выглядишь, а то, как ты воплощаешь в себе все эти виды красоты. Ты — снегопад и свет на рассвете, ты — смерть и краткость, жизнь и вечность. Это завораживает меня, — он протянул руку, чтобы коснуться моей щеки, но затем опустил ее, похоже, одумавшись. — Я буду твоим воином, Уинтер. Потому что тебе нужна месть, а мне — искупление. Но дело не только в этом. Я околдован, когда дело касается тебя. И меня это вполне устраивает.
Он двинулся, чтобы отвернуться, и мое сердце сжалось, не желая, чтобы он уходил. Я рванулась вперед и поймала его руку, положив ее на свою щеку, куда он собирался ее положить, и его глаза расширились от удивления. Я повернула свое лицо к его ладони и поцеловала ее, этот жест был сильнее слов, даже если бы они у меня были.
Его горло дрогнуло, и он остался неподвижным, его большой палец коснулся моей щеки, когда в его груди раздался низкий звук.
Я оттолкнула его руку и переместилась по дуге его тела, потянулась вверх, чтобы обвить руками его шею и провести по линии его волос. Он не оттолкнул меня, и я по-волчьи улыбнулась, приподнявшись на цыпочки и следуя своим инстинктам, прикоснулась ртом к его рту. Он затих, позволяя мне взять инициативу в свои руки, и я прижалась к нему всем телом, его мощные мышцы вздулись под рубашкой. Мои пальцы зарылись в его волосы, а мое сердце умоляло о большем. И я написала это слово на его шее. «Больше».
Его руки сомкнулись вокруг меня, и я приоткрыла губы в знак приглашения, когда мои глаза закрылись. Он крепче прижал меня к себе, и из его уст вырвался рык, когда его язык встретился с моим, и я всем телом выгнулась навстречу ему. Я потеряла себя в движениях его рта, целуя его в ответ так же жадно, как он целовал меня. Мой пульс бился во всем теле. Я была в утопии, меня держал мужчина, который обещал стать моим воином. Он был единственным человеком во всем мире, который предложил мне доброту, но это было нечто большее:
Правда это или нет, но я хотела получить все, что он мог дать, и хотела дать все, что у меня было взамен. Но даже подумав об этом, я отступила назад и разорвала электрический контакт между нами.
Я слишком тяжело дышала, мое сердце начало замирать, и я перевела взгляд на свои ноги. Это была реальность. И какой бы прекрасной ни была эта реальность, это не означало, что она будет длиться долго. Мне нечего было ему предложить. Я была просто оболочкой. Девушкой без имени, девушкой с секретами, о которых не знала даже она. Я никогда не буду достаточной для Николи. Потому что мое тело было пустыней. И это было слишком бесплодное место для любви.
Глава 11
Фрэнки
Я выбрал длинный путь через залив, добираясь до кромки воды и наслаждаясь видом с комфортом моего Мазерати GranTurismo, зная, что тетя Кларисса будет в бешенстве, когда я доберусь до ее поместья. Меня это не очень волновало. Я понимал, что мне досталась короткая соломинка — меня поставили на ту работу, которую она выполняла. Папа был зол на меня за всю эту выходку с Дьявольскими Сердцами, но на самом деле я винил Энцо в том дерьмовом шоу. Выбранная мной цель была очень хорошей. И если бы мне просто позволили убить его чисто, как я хотел, то ничего этого не было бы. Но, конечно, Энцо хотел, чтобы его крики разнеслись по всем докам, прежде чем он умрет. Он хотел, чтобы каждый байкер в Синнер-Бэй знал, что случается, когда ты переступаешь черту. И в истинной манере Энцо, он не учел тот факт, что у этих засранцев было всего шесть мозговых клеток на всех пятьсот человек, поэтому несколько из них взяли на себя ответственность начать чертову спасательную операцию. Что фактически равносильно частичному развязыванию войны прямо у воды из-за какого-то ничтожества, которого я бы просто казнил и забыл.
Двенадцать из них явились сюда с оружием наперевес и угрозами. Это застало нас врасплох, и мы вдвоем были чертовски близки к тому, чтобы в один прекрасный момент оказаться ошеломленными. Конечно, мы никогда не делали ничего по-глупому, и у меня было более чем достаточно людей рядом, чтобы зайти им со спины. В сочетании со штурмовой винтовкой, которую я захватил на всякий случай, мы получили не одного, а двенадцать мертвых МК stronzos7. И в довершение всего, наш первоначальный объект сбежал и скрылся, пока шел бой.
Папа сошел с ума, заявив, что нам придется уничтожить весь мото-клуб Дьявольские Сердца, прежде чем начнется настоящая война, но, к счастью, их президент образумился. У него, по крайней мере, было немного здравого смысла, и он понял, что Ромеро уничтожат их на хрен, если придется. Он принес свои извинения, поклялся, что не имеет отношения к неудачной попытке спасения, снял с мертвецов нашивки, чтобы они были опозорены после смерти, и даже предложил нам нашу первоначальную цель, уже мертвую, с головой в коробке. Что касается извинений, это было довольно убедительно. Он заверил нас, что прекрасно знает, кто управляет Синнер-Бэй, и мы снова заключили мир. В общем, все закончилось вполне благополучно, но, конечно, папа все еще был зол. И, конечно, и Энцо, и мне придется понести за это наказание. Я еще не был уверен, какое именно, но то, что он отправит меня к чертовой Клариссе на работу, было определенно моим.