Преграды любви
Шрифт:
Сару трудно было обмануть.
— Алекс, а тебе не приходило в голову попросить его остаться? Ясно, как день, что он влюблен в тебя.
— Сара!..
Но ее уже нельзя было остановить.
— Да скажи ему наконец, что после него ты на кого смотреть не захочешь, что нечестно оставлять тебя так. Скажи, что хочешь, только не молчи! От роли великомученицы тебе не станет теплее по ночам.
Алекс понимала, что, давая поистине дикие советы, Сара желает ей добра. Но она и так еле держит
— Ты только за этим мне звонишь? Тогда прости, у меня слишком много дел… — Ты все-таки подумай, Алекс! Господи, она только это и делает.
— Обещай мне, Алекс, слышишь? — не унималась подруга.
— Хорошо, — коротко ответила Алекс.
Но Сара звонила не только поэтому.
— Понимаешь, мне очень стыдно просить именно сейчас, когда у тебя своих забот хватает, но ты не присмотришь за Брендоном и Элизабет? Мне надо отлучиться на часок, забежать в чистку и подыскать себе и Брэду что-нибудь из обуви. У них в конторе банкет, и мы приглашены.
— Конечно, — ответила Алекс и даже обрадовалась. Брендон и Элизабет не дадут ей окончательно раскиснуть. — Ты хочешь, чтобы я зашла к вам, или приведешь их ко мне?
— Спасибо, дорогая, — сказала Сара с облегчением. — Нет, тебе не надо к нам. — Она смущенно хихикнула. — Я не хочу, чтобы ты изменила свое мнение обо мне, а это произойдет, если ты войдешь сейчас в мой дом. Словно ураган пронесся. Я сама привезу их к тебе, как только Брендон вернется из детского сада.
— Хорошо, жду.
Следующие полчаса Алекс потратила на приготовление печенья. А еще через полчаса в дверь постучали, и один за другим в дом вошли Сара и двое маленьких Нельсонов.
— Привет! — весело приветствовала детей Алекс.
— Боюсь, к тому времени, когда я заберу их, от твоей радости не останется и следа.
Сара спустила на пол малышку Элизабет и отпустила руку Брендона.
— Неужели так страшно? — усмехнулась Алекс, глядя, как Брендон тут же с жужжанием закружил по гостиной, изображая пикирующий бомбардировщик. Маленькая Элизабет, хныкая, ковыляла за ним.
— Да хранит тебя Бог, дорогуша! — воскликнула благодарная Сара.
— Иди, иди, — легонько подтолкнула ее к двери Алекс. — Делай свои дела, совершай покупки, даже можешь выпить чашечку кофе в баре. Тебе не повредит перед приездом сюда. Кофе, как известно, взбадривает.
— Спасибо, Алекс, я твоя должница, — промолвила. Сара, выходя, а с лужайки, обернувшись, крикнула: — Не говори потом, что я тебя не предупреждала!
Алекс вскоре поняла, что хотела сказать подруга. Элизабет, обычно спокойная, вдруг расплакалась, увидев, как мама ушла, а затем, уцепившись за Алекс, неотступно следовала за ней. Брендон, всегда находивший
— А что это ты делаешь? — допытывался он, следуя в спальню, куда Алекс, подхватив на руки Элизабет, отнесла белье Тревиса. Посадив девочку на ковер, она принялась раскладывать белье на постели.
— Я готовлю вещи, чтобы уложить их в чемодан, — ответила она мальчику.
— Ты уезжаешь? Знаешь, мой папа уехал в Сенфиско.
— Куда? — Алекс подавила улыбку. — Ты хочешь сказать — в Сан-Франциско?
— Да. А куда едешь ты?
— Никуда, — терпеливо ответила Алекс. — Уезжает Тревис.
— А почему он не может остаться еще? Ведь завтра мы играем.
Алекс старалась не выдать себя маленькому инквизитору.
— Он не может. Он должен вернуться к себе в Коннектикут.
— Почему?
— Потому что там его дом.
Она ломала голову, как бы отвлечь мальчугана от дальнейших расспросов.
— Разве он тебе не говорил, что у него есть лошадь, корова и козы? — Алекс беспомощно развела руками. — Вот почему ему надо вернуться.
— Они скучают без него? Разве он не может привезти их сюда?
Что ж, отвлечь Брендона от вопросов, кажется, не удастся. Лучше сказать все как есть.
— Брендон, милый, Тревис не вернется.
— Почему?
— Потому, что он живет в Коннектикуте и там его козы.
— Разве ты больше не хочешь, чтобы он жил здесь, тетя Алекс?
— Конечно, хочу, но даже взрослые не всегда могут делать то, что хотят.
— Почему?
— Потому что у них есть обязанности, например, хлопоты по дому, работа, семья. Они, прежде всего, должны думать об этом.
— Не понимаю, — задумчиво произнес Брендон. — Разве Тревис — не твоя семья? — Он нахмурился и с детской беспощадностью констатировал: — Ведь у тебя больше никого нет?
— Да, нет, — согласилась Алекс, уводя его из спальни. Она оставила дверь приоткрытой, ибо малышка Элизабет, слава Богу, заснула на ковре.
— Взрослые иногда бывают такие глупые, — снова сделал вывод Брендон, следуя за ней в гостиную, а затем по лестнице, ведущей на чердак.
— Да, иногда с ними это случается, — согласилась Алекс и зажгла лампочку на площадке. Встав на ящик, она дернула за веревку, опускающую складную металлическую лестницу.
— О, здорово! — воскликнул Брендон, и глаза его расширились от любопытства. — Что это?
— Лестница на чердак.
Смахнув рукой прядь волос, упавших на глаза, Алекс поднялась на несколько первых ступеней складной лестницы. Брендон последовал за ней. Ее голые ноги в подвернутых джинсах чувствовали его теплое дыхание.