Предсказанное. Том 2
Шрифт:
— Да, — вынужден был признать Хан. — Наверное, вы правы, Карл. Запускайте свою «змею».
— Что вы бормочете? — удивленно встопорщил брови командор.
Джума, не отвечая, подошел к стене-окну, глядя на панораму бескрайнего леса, из которого как грибы вырастали здания-башни экополиса Рязани. Солнце готовилось нырнуть за горизонт, близился вечер, но потоки воздушных машин продолжали мчаться во всех направлениях, создавая радостно-возбуждающее ощущение жизни. Пульс цивилизации бился, не переставая, днем и ночью, и лишь единицы из двенадцати миллиардов жителей Земли знали, что
— Что происходит? — Аюба Джонсон вышел из-за стола, одетый в сине-зеленый мундир официала. — Почему вы себя так ведете, мистер Хан?
— Я подаю в отставку, — сказал Джума меланхолически. — На покой пора, знаете ли. Укатали сивку крутые горки.
— Я вас не понимаю…
— Прощайте, мистер командор. Думаю, вы прекрасно обойдетесь без моих советов. Хотя решение уволить Винсента ошибочно. Откройте окно.
— Зачем?!
— Откройте, хочу подышать свежим воздухом.
Сбитый с толку необычным поведением подчиненного командор выполнил его просьбу. Стена потеряла плотность, растаяла. В кабинет ворвалась волна прохладного свежего воздуха: начало марта на всей европейской территории России было еще зимним временем года.
Серебристый пинасс, маневрирующий возле башни Погранслужбы, кинулся было к ее вершине, но у него на пути внезапно возник синий флайт УАСС, вынуждая аппарат остановиться. Другой такой же флайт соколом метнулся с небес к зданию Управления аварийно-спасательной службы, воткнул клювообразный нос в окно кабинета. Откинулся блистер, человек, сидевший за спиной пилота, махнул рукой.
— Залезайте, Джума.
Это был Александр Золотько, сын Карла, отвечающего за охрану руководителей Сопротивления.
Хан прыгнул в кабину, сел.
— Советую вам пересмотреть свое отношение к ненормалам, мистер Джонсон. Они больше люди, чем те, кого вы называете нормалами. Общественное мнение относительно их «ненормальности» инспирировано пропагандистами-манипуляторами партии власти — Ордена, и вы это знаете. Будьте здоровы.
— Куда же вы? — запоздало отреагировал негр. — Подождите…
— Вперед! — бросил Джума.
Флайт выдернул нос из окна кабинета и по спирали ввинтился в ближайший транспортный поток.
— Сбор на базе-один, — сообщил Александр Золотько, громадный, сильный, сдержанный; ему было еще далеко до Аристарха Железовского, но его манера поведения и мощная фигура внушали уважение.
— Что так?
— Поступают сообщения, что Служба начала активную фазу перехвата управления. Атака проведена сразу на многих интрасенсов и випов Сопротивления.
— Значит, мы выявили не всех «кротов»?
Золотько помолчал.
— Не всех. — Он снова помолчал. — Это трудно сделать, так как «крот» в данном случае должен быть интрасенсом.
— Надо подключить к этой проблеме всех наших «суперов», пусть выявляют предателя сами, он из их среды. Но для активизации «триай» нужны доказательства.
— Мы проанализировали наши провалы и неудачи, выводы неутешительны. Но у меня есть одна идея, как подобраться к шпионам Службы.
— Доложишь на совете безопасности.
Золотько
Флайт спикировал к прозрачно-хрустальной пирамиде метро, сопровождаемый еще одной машиной прикрытия.
— Мы не добьемся успеха, если не внедрим разведчиков в недра самого Ордена, — сказал Баренц, меряя шагами веранду; коттедж председателя Российского парламента стоял на склоне сопки, и с высоты двухсот метров открывалась великолепная панорама камчатской Долины Гейзеров, сохранившей первозданный вид благодаря усилиям экологов, борцов за сохранение памятников природы.
— Кто этого не понимает? — угрюмо отозвался Игнат Ромашин, стоя у балюстрады и глядя вниз, на долину.
Здесь было раннее утро, на склонах гор лежал снег, но микроклимат в долине из-за горячих ключей был практически южным, тропическим, поэтому в марте все давно зеленело и цвело. Ветерок приносил запахи трав и цветов — наравне с ароматами газовых выходов, но дышалось легко, как в лесу или на взморье.
— Карл не справляется со своими обязанностями, — продолжал Баренц, проведя по иссеченному морщинами темному от северного загара лицу ладонью. — Пора подумать о замене. Нужен молодой кадр, но при этом опытный и сильный. Есть у тебя такой? Ты как-то упоминал сына Карла.
— Саша хороший парень и компетентный специалист, но он, к сожалению, не интрасенс. А нам нужен мощный «супер» с уровнем Герхарда или Аристарха.
Баренц остановился рядом, заложив руки за спину.
— Где ты найдешь такого? Аристарх — штучная работа. Да и не уверен я, что все молодые интрасенсы мечтают о работе в контрразведке.
— Есть еще один кадр…
— Кочубей? Фон Хорст?
— Помоложе и поактивней.
— Ты меня заинтриговал. Кто?
— Дочка Клима.
— Дарья?! — Баренц с удивлением посмотрел на друга и соратника. — Ты не шутишь? Ей же всего двадцать лет! Она женщина… и вообще…
— Женщины тоже способны работать наравне с мужчинами и даже лучше. Вспомни Власту, Забаву, жену Калины Лютого. Я действительно считаю, что Даша справится. Да и мы поможем.
Баренц снова пошел кругами по веранде, размышляя. На лице его читалось сомнение.
— Не знаю… надо подумать. С одной стороны, она доказала, что может решать проблемы. С другой… Карл обидится.
— Карл умный, поймет. Да и сын его тоже, у него еще все впереди.
— Ладно, обсудим этот вопрос на совете. Пригласи Дарью… и Клима, разумеется. Без его одобрения я не дам согласия на замену.
— Придется подождать, — виновато развел руками Игнат. — Даша сейчас в других временах, в узле пять тысяч пятьсот пятидесятого года, осталась там с сыном князя, потомком Аристарха, как наш наблюдатель и агент. А Клим никому не подконтролен, решает какие-то свои проблемы и тоже, по-моему, находится не на Земле.
— Сможете найти его? Я хотел бы поговорить с ним лично.
— Попробуем.
— Хорошо, тогда разбежались. Ты куда?
— Сначала домой, заберу кое-какие вещи жены, потом на первую базу. Звонил Карл, на многих наших парней наехала Служба. Такое впечатление, что готовится направленная и хорошо подготовленная атака.