Предсказанное. Том 2
Шрифт:
Камень засиял, как осколок солнца.
Железовский быстро перевернул его, не боясь обжечься.
«Голыш» исчез.
Оба смотрели на то место, где он лежал, затаив дыхание, и ждали. Прошла минута, вторая, третья… пятая… Камень не возвращался.
— Все! — сказал Железовский, расслабляясь, и обнаружил, что он мокрый как мышь. Улыбнулся в ответ на красноречивый взгляд Купавы. — Такое впечатление, что я не почту отправлял, а камни ворочал. Теперь остается только ждать. Ушла твоя телеграмма. Если бы мы знали раньше, что «голыш» — на самом деле почтовый файл…
—
— Непременно! — обнадежил женщину Аристарх, стараясь выглядеть уверенно. Чего греха таить, кое-какие сомнения у него оставались.
Глава 9
Время для Дара остановилось, «Скиф» падал долго-долго, целых двадцать секунд, и все никак не мог достичь земли.
— Катапультируйся! — шептали губы Дарьи и Дара, хотя оба понимали, что помочь другу уже не в состоянии.
И в этот момент в рубке корабля-ножа появился чужой человек, одетый в стандартный бело-серый костюм космена. Дар почувствовал присутствие незнакомца, высунулся из своей «пилотской» ячейки. То же самое сделала и девушка, воскликнула удивленно:
— Дядя Даниил?!
— Это действительно я, — подтвердил незнакомец; у него было красивое скуластое волевое лицо с теплыми карими глазами, портила это лицо только презрительно-капризная складка губ. — Как ты меня узнала?
— У папы есть витейр, вы там вместе…
— Сохранил, значит? Похвально. А ты здорово похожа на мать, сразу и не отличишь. Кто это с тобой? Знакомая личность.
Дарья опомнилась.
— Помоги, дядя Даниил! Спаси Боряту! Он в рубке спейсера, один!
Шаламов прислушался к чему-то, покачал головой.
— Мальчишка в панике, однако. Спасать мне его не хочется, честно говоря, но можно обдумать условия. — Он оценивающе глянул на Дарью. — Время у нас еще есть.
— Какое время?! — вырвалось у Дара. — Борята сейчас разобьется к…— Он замолчал, увидев, что «Скиф» перестал валиться на лес и завис над вершинами деревьев на высоте двух десятков метров.
— Я, кажется, понял, — продолжал Шаламов как ни в чем не бывало. — Этот парень — сын Аристарха Железовского.
— Не сын — праправнук в сто семидесятом поколении, — уточнила девушка, также пораженная изменением обстановки. — Он сын князя местной общины.
— Надо же, как точно гены передают облик родоначальника, — усмехнулся Шаламов. — Силен железный человек!
— Спасибо, — стеснительно проговорил Дар, — за спасение товарища…
— А я его еще не спас, — возразил гость. — Вы все должны из таких положений выпутываться сами. Что ты здесь делаешь, Дарья?
Девушка выдавила бледную улыбку.
— Приобретаю опыт, учусь жить самостоятельно.
— Правильное решение, — одобрительно кивнул Шаламов, прошелся по вздрагивающему полу рубки. — Хотя учение и опыт — разные вещи. Учение — это изучение правил, опыт — изучение исключений. Ну-ка, выйди, покажись.
— Зачем?!
— Выйди, выйди, хочу посмотреть, какая ты стала. Я помню тебя совсем девчонкой.
Дарья кинула взгляд на Дара, вылезла из ячейки, недоумевающая
— Да, вылитая Купава, — задумчиво сказал Шаламов. — Фигура один в один, только волосы другие и нос от отца.
Дарья нахмурилась, начиная понимать смысл происходящего, торопливо забралась в ячейку.
— Какая ты быстрая, — скривил губы Шаламов. — Все понимаешь с полуслова. Но на вопрос не ответила.
— Вы сами все знаете, дядя Даниил, зачем издеваетесь?
— Знаю, — согласился бывший муж Купавы. — И очень недоволен вашим отношением к процессу.
— Почему?! — изумилась Дарья. — Мы же хотим помочь общине… вообще всему человечеству!
— Столь глобальные задачи вам не по плечу. Они не по плечу даже твоему папаше, хотя он приличный оператор галактического масштаба. Но речь не о нем. Вам придется бросить свое дело «защиты человечества».
— Объяснитесь!
— Изволь, но с одним условием.
— Каким?
— Ты пойдешь со мной. Я покажу тебе настоящую жизнь Вселенной, в прошлом и будущем, чего не покажет никто.
— Нет!
— Не спеши с решением, девочка, чтобы не пожалеть потом.
— Отстаньте от нее! — резко бросил Дар.
Шаламов посмотрел на него с прищуром, и молодой человек почувствовал, что не может ни сдвинуться с места, ни выговорить слово.
— У тебя будет все, что твоей душе угодно, — продолжал бывший друг Клима Мальгина. — Время, пространство, власть, подчиненные, слуги, рабы и рабыни, украшения, одежда и так далее. Я исполню любой твой каприз, ты будешь счастлива, уверяю тебя. Я могу все, но мне не хватает спутницы. Одна закавыка: сделать женщину счастливой нетрудно, трудно самому при этом остаться счастливым.
— Нет! — все с той же решительностью ответила Дарья. — Я буду счастлива только с тем, кого полюблю! И чтобы он любил меня!
— За этим дело не станет, ты полюбишь меня…
Дар неимоверным усилием воли преодолел паралич мышц, выбрался из ячейки, сжав кулаки.
— Прекратите издеваться! Иначе я…
— Иначе что? — с иронией и некоторым удивлением глянул на него Шаламов. — Мальчик, неужели ты думаешь, что одолеешь меня? Надо признаться, ты сильнее, чем я думал, но этого недостаточно.
Глаза Шаламова метнули молнии, и Дар снова застыл как изваяние, не в силах сделать ни одного движения, даже вдохнуть воздух.
— Итак, продолжим, — равнодушно отвернулся от него Шаламов, подошел к ячейке, из которой поднялась в рост Дарья. — Я объясню тебе, в чем вы заблуждаетесь.
— Отпустите его!
— Потом, потом, ничего с ним не сделается, мальчишка — интрасенс и должен уметь выживать в любых условиях. Если же говорить о заблуждениях — твоих, твоего друга, вообще остальных деятелей из так называемого Сопротивления, то они вполне объяснимы и закономерны. Даже лучшие из вас — Аристарх, Маттер, Баренц — ограничены в оперировании потоками информации, пронизывающими космос, ограничены в интеллекте, в пространстве и времени. Но их заблуждения опасны, и этому надо положить конец. Ты слышала что-нибудь о «фантомной темной энергии»?