Предсказание
Шрифт:
Я все еще не могла заставить себя произнести хоть слово.
– Леси, отойди, я сама.
В поле моего зрения появилась миловидная девчонка. Голубые глаза, длинная золотистая коса, правильные черты лица, ладная фигура - в общем, все, что бы стать покорительницей сердец. Но сейчас меня волновало не это, а доброта на лице, желание помочь, которое явно читалось в ее глазах.
Страх отступил. На губах появилось некое подобие улыбки.
– Спасибо.
– Да не за что. Тем более ничем особенным
Я вновь улыбнулась. Попыталась встать. Для начала на колени, потом - в полный рост. Потолок, к счастью, позволял, но будь я немного выше, пришлось бы передвигаться только на коленях, или, нагнувшись, что еще хуже: горб никому не добавляет привлекательности.
Я качнула головой, приводя в порядок волосы, и чуть не упала от нахлынувшей боли. Голова взорвалась как от удара, перед глазами затанцевали звездочки. Я поднесла пальцы к вискам и начала медленно их массировать, поминутно вздрагивая и постанывая.
Слова Златовласки, как окрестила я вторую девушку (первой бы подошло что-то вроде... м-м...
– кикиморы), еще не зная ее настоящего имени: "Как ты, все в порядке? Может тебе помочь? Что случилось?!" Не сразу дошли до моего сознания. Но вскоре голова перестала взрываться, правда, все еще не много побаливала, и я вернулась в реальный мир.
– Что это было?
– участливо спросила девушка.
– Не знаю, - собственный голос казался ужасно хриплым, - голова заболела. Наверное, мне лучше присесть.
– Конечно, конечно. Может, лучше приляжешь? Сон помогает.
– Зачем же вы меня тогда разбудили?
– удивилась я.
– Понимаешь, - девушка замялась, - за последние два дня ты ни разу не пошевелилась. Мы думали: мертва. Я даже пробовала щупать пульс - его не было. Так что, когда ты пошевелилась, мы обрадовались и не смогли удержаться.
– Ты лекарь?
– "Вряд ли, конечно, но надо же о чем-то спросить".
– Нет, просто у меня мать знахарка. А насчет лекарства от головных болей, говорю из собственного опыта, не раз прибегала к этому средству.
– Неужели всегда помогало?
– с хитринкой в голосе спросила я. Хотя, казалось бы, зачем мне это знать?
– К несчастью, нет. В особо тяжелых случаях приходилось пить разные настойки, а-то и обращаться к матери. Но здесь такой возможности нет, - Златовласка развела руками и вымучено улыбнулась.
– А здесь, это где?
– я наморщила лоб, вспоминая, куда меня могла занести судьба, и обнаружила полный провал в воспоминаниях. Нд-ам.
– Если бы мы знали?
– Мы? А ну да, еще Леси, - как я могла забыть про ту, кто нагнал на меня столько страха?
– И не только она, - Златовласка приподняла одну из свисающих с потолка тряпок, (местный интерьер определенно "вдохновлял"), и я увидела еще троих девчонок. Они тоже улыбнулись. Никогда не думала, что бывают насмешливо-грустные
Я перевела взгляд на собеседницу.
– Что все это значит? Кто ты? Кто вы все?
– голова и так ныла, а тут еще какие-то загадки. Они мне заранее надоели!
– Меня зовут Селестин. Я родилась... Впрочем, тебя это не заинтересует.
– Ну что ты. Я любопытна. Продолжай.
– Ты права. Хотя бы время скоротаем.
Не понимаю: мы кого-то ждем?
– Как я сказала, меня зовут...
Селестин родилась в небольшой деревушке Заречье. Ее матерью была травница: собирала растения, варила лекарственные отвары. В общем, пользовалась всеобщем уважением и доверием. Случалось, к ней наведывались и дворяне, когда их лекари оказывались бессильны против, нападавших на господ, хворей.
Травница никогда никому не отказывала. Старалась и дочь приучить к лекарскому делу. Но не лежала душа Селестин к магии природы, не чувствовала она Земли и ее силы. Каждый раз, отправляемая на поиски какой-нибудь более-менее редкой травки, приносила что-то не то. Как же иначе, ведь про себя девушка постоянно называла эти растения, с заумными названиями сеном. Но лекарка не унывала. Такого целеустремленного человека еще поискать. Если уж решила, своего добьется. И вновь отправляла дочь на поиски. Так произошло и в то переломное утро.
Это был теплый солнечный день. Селестин хотелось подпеть птицам, выразив хоть этим свою, в общем-то, беспричинную радость. Она задорно улыбалась односельчанам и, кажется, даже тихо мурлыкала что-то веселое себе под нос. Девушке нужно было отыскать бельвацер цветущий.
Бельвацер, офицер, - привычно перевирала заумные названия дочь знахарки. Как говорят в таких случаях: природа, потрудившись над родителями, решила отдохнуть на детях.
Село, наконец, закончилось, и девушка вышла к сосновому бору. Именно в нем, она планировала провести поиски бельвацера. Но зайти в него Селестин не успела. На дорогу выехал всадник. Никакой черной одежды, длинных волос и прочих атрибутов сказочных злодеев не наблюдалось. Да и выражение лица было безобидным, а глаза так и вовсе светились добротой.
– Не подскажешь дорогу к Вольному, красна девица, - спросил человек. Кстати, лет ему было около двадцати пяти. Это-то Селестин подметила прежде всего.
– Отчего ж не подсказать, - село Вольное находилось где-то в двух милях13 от родного для Селестин Заречья, - вам нужно сейчас повернуть Северо-восток. Поезжайте через лес, но не углубляйтесь в чащу. Доедите до подснежной поляны, там свернете на заячью тропу...
Незнакомец глядел на Селестин с все возрастающим удивлением по мере возникновения новых названий.