Предназначенная
Шрифт:
Но прежде чем мы добрались до веранды, где собралась семья убитого, я спросила:
— Что мы за оборотни такие, если нас способен убить человек?
— Мы цивилизованные, — в голосе Рейдена звучала гордость за свой род.
— А, как по мне, одомашненные. Мы не волки, а собаки.
Айзек фыркнул, сдерживая смех. Но Рейден послал ему испепеляющий взгляд, и следователь вмиг стал серьезным.
Семья ждала нас на веранде: стеклянные стены, белый тюль колышется на ветру, плетеная мебель и мрачные лица родственников. Седовласая женщина,
— Этнарх, неужели вернулись старые времена? Люди снова открыли на нас охоту. Разве мы не должны ответить тем же? Сколько еще наших погибнет, прежде чем ты примешь меры?
— Мадлен, успокойся, прошу тебе, — Рейден усадил женщину обратно в кресло. — Хотя бы ради детей.
«Дети» сидели тут же. Трое великовозрастных оболтусов-сыновей. Старшему было за тридцать. Он уже изрядно приложился к бутылке. Еще двое – близнецы – выглядели перепуганными насмерть.
— Расскажи следователю, как все было, Мадлен, — попросил Рейден. — Это поможет найти убийцу.
— Мне нечего рассказывать, — женщина прижала платок к глазам. — Мы с сыновьями были за городом. Вернулись сегодня утром, и нашли Родолфа таким…
Она всхлипнула, и Айзек протянул ей стакан воды.
— Вы не заметили ничего подозрительного? — спросил он.
Мне нравилось следить за ним во время работы. За тем, каким сосредоточенным и серьезным он становился, как менялся его и без того проницательный взгляд.
Я смотрела и думала: что вообще происходит? Какое мне дело до мужчины, которого вижу третий раз в жизни? Но что-то отзывалось на него, приятно теплело в груди и сосало под ложечкой. Ничего общего с тем, что я чувствовала рядом с Рейденом. Но это ощущение мне нравилось много больше. И в первую очередь тем, что оно было моим, а не навязанным каким-то там зовом диад.
— Ничего не пропало? — спрашивал, между тем, Айзек. — Быть может, пахло как-то странно?
— Все на месте, — ответила теперь уже вдова. — Хотя запах действительно был необычным. Сильно пахло сиренью. Как если бы служанка разлила в комнате освежитель воздуха.
— Кто-то пытался перебить запах, — сделал вывод Рейден.
— Ему это удалось, — откликнулся Айзек. — Наши лучшие ищейки ничего не почувствовали. Проклятая сирень все забила.
В комнате с трупом и правда стоял удушливый запах сирени. И это аромат еще частично выветрился.
Айзек задавал вопросы: что семья делала за городом? Как долго они отсутствовали? Почему убитый не поехал с ними? Ответы были рядовыми: навещали друзей, три дня, сказал у него дела. Наконец, мужчины поняли, что ничего полезного из вдовы не выжать и встали.
— Я не оставлю это просто так, Рейден, — вдова вцепилась в рукав оборотня. — Ты меня знаешь. Родолф мертв. Пока не состоялись выборы, я займу его место в магистрате. На ближайшем совете я буду голосовать за ужесточение отношений с людьми.
— Ты хочешь возобновления войны, Мадлен? — нахмурился Рейден. — Хочешь, чтобы твои сыновья отправились
Женщина обернулась к детям. Криво усмехнулась, прикинув, что за солдаты из них выйдут, и ответила честно:
— Не хочу. Но люди не оставляют нам выбора. Видишь, до чего дошло. Они приходят в наши дома и убивают нас. Нельзя спустить им это с рук.
— Виновные будут наказаны, Мадлен, — уверил Рейден. — Это я тебе обещаю.
Женщина отрывисто кивнула и отпустила его рукав.
На обратно пути домой я высказала свои подозрения:
— Я точно знаю – на меня напал оборотень. Не человек. Вы с Айзеком считаете, что мое дело и убийство Родолфа связаны. Если это так, то, похоже, кто-то пытается столкнуть оборотней лбами с людьми. Вас, выдавая за жертв, а людей – за убийц.
— Ты наблюдательная, — похвалил Рейден. — Я тоже склоняюсь к этой версии. И у меня есть догадка, кто именно за всем стоит.
Выяснить, кого же подозревает Рейден, я не успела. Мы как раз приехали, и дворецкий с порога огорошил тем, что меня ожидает гость.
Глава 15. Волк и лиса
— Кто там пришел? — насторожилась я.
— Леди Авелина, — видя замешательство на моем лице, дворецкий любезно пояснил: — Ваша лучшая подруга. Она ждет вас в малой гостиной.
Только не это! Я надеялась с игрой в Элис покончено. Рано радовалась.
— Ступай к ней, — велел Рейден, когда дворецкий ушел. — Авелина училась вместе с Элис в пансионате для девочек. Они были дружны. Подруга удивится, если ты откажешься встретиться с ней.
— Но о чем нам говорить?
— О чем обычно говорят девушки? О нарядах, о парнях и танцах.
— Спасибо, ты очень помог, — проворчала я, направляясь в малую гостиную.
Авелина была ровесницей Элис, то есть на три года младше меня. Хорошенькая блондинка с милыми ямочками на щеках и кукольным личиком. В моем мире таких девиц можно встретить на светских раутах. Я прямо видела, как Авелина, сложив губы уточкой, делает селфи.
И все бы ничего, но вот глаза… настороженные, холодные. Они выдавали в девушке второе, весьма неприглядное дно. Она из тех девиц, что улыбаются в лицо, а за спиной говорят гадости. Есть бабушки-одуванчики, а есть девушки-орхидеи – прекрасные цветы, паразитирующие на других. Авелина из их числа.
А нормальных подруг у Элис нет? Или в высшем обществе дружба по взаимной симпатии считается неприличной?
— Ты приехала и даже не зашла навестить меня, — пожурила «подруга».
— Прости, была занята. Угостить тебя чаем?
Позвонив в колокольчик, я вызвала служанку и попросила принести чай с чем-нибудь сладким. На самом деле, я просто тянула время, не желая оставаться с Авелиной наедине. Но вот служанка ушла, и подруга взяла меня в оборот.
— Я слышала, вы уже все обговорили с родителями Арона. Помолвка официально состоялась. Скоро свадьба.