Предначертание. Том III

Антарес Наталья

–Но тем не менее ты продолжаешь считать, что именно у меня это получится лучше всех, – трясущимися губами прошептала я, – но что заставляет тебя верить, будто твой план сработает?

–Да ни во что я не верю, задрала ты уже! – окончательно потеряла терпение Стешка, и мне невольно почудилось, что из трубки вырвался обжигающий сноп пламени, рассыпавшийся затем на мириады отдельных искр, – пока ты, как обычно, жуешь сопли, я ищу любые способы вытащить Эльфа из этого дерьма! Тебе и раньше было на него плевать, иначе ты бы не сбежала из больницы, как подорванная! Ты привыкла загребать жар чужими руками, а сама при этом оставаться чистенькой! За десять ты еще больше скурвилась, и мне тебя

даже жаль. Ты всегда была никчемным существом, но я думала, что если дело касается Эйнара, ты хотя бы на что-то сгодишься. Походу, я в тебе ошибалась, ты так и осталась бесполезной, трусливой и мелочной дрянью, для которой важно лишь сохранить тепленькое место. Сама хорошо устроилась, и ладно, а Эльф пускай в тюрячке загнется, кто он тебе такой? Погорюешь для приличия и успокоишься, делов-то на копейку! И что он только в тебе нашел? Десять лет прошло, а у него до сих пор глаза горят, когда он твое имя слышит. А ведь ты его уже второй раз кидаешь, и по фигу тебе мороз! Спорим, даже кошмары тебя по ночам не мучают? Ты, чё, реально думаешь, мне было по кайфу просить теть Свету, чтоб она тебе позвонила? Да мне бы век тебя не слышать и не видеть, но я ради Эльфа наждак зубами останавливать готова, вот и засунула свою гордость в задницу, раз по-другому никак нельзя. И ничего, не переломилась! Мне, что, по-твоему, зашибись, как нравится, с тобой лясы точить? Ты и так всю жизнь между мной и Эйнаром стоишь, а тут мне приходится тебя упрашивать, чтобы ты к нему приехала! Это чё, нормально? Ни хрена это ненормально, но мне выбирать особо не из чего. Если НСБ продавит свою версию, никто так и не узнает, что случилось на заставе, а сразу после суда Эльфа уберут по-тихому, и концы в воду спрячут.

–Это лишь вопрос времени, когда ликвидаторы придут за ним снова, – по непостижимому наитию я дословно воспроизвела страшную фразу из недавнего диалога с призраком, и у меня вдруг начали стремительно подкашиваться ноги. Я опустилась на корточки, забилась в угол и едва не заскулила от безысходности.

–Только не надо мне дурочку включать! – рассвирепела Стеша, интуитивно распознавшая надвигающуюся семимильными шагами истерику, – что это опять за гонево? Я тут сама скоро чокнусь – то теть Свете покойники звонят, то ты мне цирк устраиваешь. Не хочешь ехать в Верный, так и скажи, но прежде спроси себя: если Эльфа в камере повесят и обставят всё, как самоубийство, сможешь ты с таким грузом на совести дальше небо коптить?

ГЛАВА IX

–Стеша, передай, пожалуйста, трубку Игорю, – и я сама удивилась, насколько ровно прозвучал сейчас мой голос, еще совсем недавно буквально звеневший от напряжения. Меня вдруг как-то резко отпустило, словно зревший глубоко внутри нарыв внезапно лопнул, и я почувствовала долгожданное облегчение, возникающее, как правило, в том случае, когда Рубикон окончательно перейден и всё, что осталось позади, стремительно теряет былую значимость. Скорчившись в неудобной позе, я по-прежнему сидела в углу, но мои глаза оставались сухими, а мысли постепенно обретали отчетливую ясность.

–Рина! – судя по холодному, деловому тону, Маркелов отчаянно старался держать нервы в узде, но я слишком хорошо его знала, чтобы разом поверить в эту ледяную невозмутимость. Игорь великолепно умел скрывать свои настоящие эмоции и с годами достиг невиданных высот в этом непростом искусстве, однако, для меня не составило большого труда распознать его истинное состояние по множеству мелких деталей наподобие едва уловимого, тщательного скрываемого, но неизменно присутствующего оттенка жгучей ненависти, которую я физически ощущала даже сквозь разделяющие нас километры.

–Игорь, делай, как она говорит! – на одном

дыхании выпалила я, отлично понимая, что в данных обстоятельствах будет крайне нерационально тратить драгоценное время на всякого рода лирические отступления, – я приеду в Верный в течение суток, а ты пока добейся повторного свидания с Эйнаром и скажи ему… Скажи, что, если он не начнет с тобой сотрудничать, я раздам интервью десяткам СМИ, в том числе и зарубежным, и всю оставшуюся жизнь мое имя будет прочно ассоциироваться с Хонгшаньскими событиями.

–А если твоя угроза не подействует? – Маркелов явно испытывал определенное злорадство и особо не старался замаскировать свое мстительное торжество под видом напускной тревоги, но я была морально готова к такому отношению и потому сделала вид, что не заметила подвоха. Бесспорно, Игорь желал моего провала, он считал крушение моих надежд своеобразным торжеством справедливости и, возможно, даже втайне уповал на то, что план Стеши потерпит крах. Маркелов взялся защищать Эйнара далеко не по своей воле, он пал жертвой моего шантажа и спасти его могли только форс-мажоры. Благодаря категоричной позиции Эйнара, Игорь почти избавил себя от обязательств, причем, формально произошло это вне зависимости от его желания, и по сути мне было совершенно нечего ему предъявить, но Стеша призвала на помощь всю свою изобретательность, чтобы Эйнар не лишился единственного шанса.

–Тогда скажи Эйнару, что мне известно о Гильдии ликвидаторов, – я могла поклясться, что эту фразу вложила в мои уста неведомая сила, избравшая меня глашатаем и проводником своих идей, но бредовый по сути набор слов прозвучал уверенно и четко, будто бы я отлично понимала, о чем говорю.

–О ком? – откровенно усомнился в моей нормальности Маркелов, – ты вообще в своем уме?

–Думай обо мне, что угодно, – разрешила я, – от тебя требуется только в точности воспроизвести услышанное, да и то, лишь в том случае, если Эйнар не воспримет наш основной аргумент. Пусть это будет нашей страховкой.

–Ты меня пугаешь, – серьезно поведал Игорь, – но мое дело маленькое, и мне пора уже смириться, что с твоей подачи я регулярно выгляжу в глазах окружающих полным идиотом. Вот и теперь я вынужден принять правила игры, какими абсурдными они бы мне не казались. Хорошо, Рина, я сегодня же напишу заявление на свидание с Эйнаром, а если его рассмотрение чересчур затянется, обращусь с жалобой в надзорный орган. Конечно, мне претит выступать ретранслятором твоей абракадабры, но, с другой стороны, мне даже интересно понаблюдать за реакцией Эйнара на эту чушь про Гильдию наемников.

–Ликвидаторов, – исправила Маркелова я, – запомни, Гильдия ликвидаторов, но еще их называют охотниками.

–Кто называет? – в личном диалоге Игорь скорее всего недвусмысленно покрутил бы пальцем у виска, но в телефонной беседе ему пришлось довольствоваться выразительным хмыканьем, – складывается впечатление, что ты не то дешевого фэнтези начиталась, не то в компьютерные игрушки переиграла.

–Твой плоский юмор здесь абсолютно неуместен, – отрезала я, – и не вздумай покидать Верный, тебе ясно?

–Я похож на самоубийцу? – вопросом на вопрос ответил Маркелов, – последнее время ты пребываешь в таком неадеквате, что я предпочитаю с тобой не ссориться.

–Ты очень правильно рассуждаешь, – высоко оценила логические умозаключения Маркелова я и дабы немного подсластить горечь пилюли, уже чуть более мягко добавила, – мне правда жаль, что всё так нехорошо вышло с Тиной… Она доведена до отчаяния, и в каждой женщине видит твою потенциальную любовницу. Согласна, это меня не касается, но, если уж ты до такой степени дорожишь своим семейным счастьем, тебе бы следовало уделять жене гораздо больше времени.