Предел зла

Алешина Светлана

— Тетя Надя, — Лариса оторвалась от своих мыслей и затушила сигарету на блюдце, служившем пепельницей.

Тетка, у которой от последних событий разболелась голова и которая вот уже полчаса лежала на кровати, тут же несколько испуганно отозвалась:

— Да…

— Тетя Надя, у вас в деревне есть наркоманы?

— Наркоманы? — переспросила тетка и на несколько мгновений задумалась. — Да вроде нет… Алкоголики есть. Полно…

— Вся деревня, — не удержался от ехидства Котов.

— Господи, чья бы корова мычала! — отмахнулась Лариса. — Так

есть или нет, тетя Надя? Вспомните, может, слыхали о ком-то?

Тетя Надя покачала головой.

— Это у вас в городе все, — с осуждением добавила она, — наркотики всякие… А мы и не знаем, что это такое. Если ты думаешь, кто убил, так это наверняка не наши. У нас этого не сделал бы никто, вот тебе крест!

— Крест не крест, а убийство совершено, тетя Надя, — настаивала на своем Лариса. — Я в городе много дел всяких таких раскрыла и преступников поймать милиции помогла, так что рассказала бы ты мне, тетя Надя, что да как… Мне кажется, что это дело рук наркоманов. Просто больше некому.

— Нет у нас наркоманов, — стояла на своем тетя Надя.

— Хорошо, тогда давай расскажи, кто такая эта Яна, что у них за семья, что за человек Катерина и так далее…

Тетя Надя неожиданно вздохнула и удрученно покачала головой.

— 0-о-ой, — выдавила она из себя.

— Полагаю, что рассказ будет длинным и печальным, — уловил Котов настроение тети Нади. — Поэтому надо все-таки выпить и поесть.

— Так Катерина-то… — растерянно развела руками хозяйка, намекая на то, что самогон так и не был принесен из-за того, что у главной самогонщицы Больших Дурасов стряслась беда.

Евгений вместо ответа достал свой кейс, который какими-то неведомыми путями здесь оказался, и вынул оттуда бутылку джина.

— Женя! — ахнула Лариса. — Это откуда?

— Я предчувствовал сложности, — ответил муж, — и заранее позаботился. Просто рассчитывал джин оставить на завтра.

— Мы же не договаривались ночевать!

— В отличие от тебя я умею просчитывать ситуацию, — важно заявил Котов.

Такое откровенное хвастовство и пустозвонство могло бы в иной момент вывести Ларису из себя, но сейчас она только устало махнула рукой. «Люди не меняются», — вспомнила она любимую фразу администратора Степаныча. «Свой гештальт отрабатывает гражданин, никак не может избавиться от архаических привычек», — пришло на ум выражение другого знакомого Ларисы, психолога Курочкина.

Так или иначе, но через полчаса стол уже был накрыт, голова у тети Нади вроде бы прошла, и она начала свой рассказ. И первая же ее фраза заставила супругов Котовых насторожиться.

— Шалава она была, прости господи! — произнесла тетя Надя и перекрестилась. — Хоть и говорят, что о покойниках нельзя плохо.

— Это как, гуляла, что ли? — грубовато уточнил Котов, который явно оживился после выпитых двух рюмок джина.

— Гуляла, — махнула рукой тетя Надя. — В городе гуляла. Катька скрывала все, да шила в мешке не утаишь… Вся деревня узнала. Брат Федьки Миронова как-то в город поехал, выпил там с друзьями и решил

это… Как это называется, когда девки за деньги-то?

— Проститутки, — пришел на помощь деревенской жительнице эрудит Котов.

— Вот-вот… Рассказывал, что в бане дело было.

Он по телефону позвонил, что хочу, мол, девку, а ему и привезли. Среди них была и наша Янка. А Федька — он крестный ее первой дочурки, Кристины.

Ой, что началось! — закачала головой тетя Надя. — Он ее в кровь разбил, драться полез с парнем, который Янку привез. В общем, жуть!..

Котов понимающе хмыкнул, удостоившись недовольного взгляда Ларисы и пинка ногой под столом.

— Короче, уехала она в город, как развелась с мужем, и пошло-поехало… Катерина, как узнала, конечно, в слезы. Янка приехала, она даже на порог не хотела ее пускать. Потом простила, конечно. Янка умела разжалобить. Да и Кристинка у нее на руках была.

— Кристинка — это от первого мужа дочь? — уточнила Лариса.

— Да, от Митьки Ковалева. Он сейчас в Дольске живет, другую себе нашел. И правильно сделал, чем с такой шалавой жить.

— А вторая дочь у нее от кого?

— Ой, это вообще такая история! — понизила голос тетя Надя. — Вся деревня это обсуждала, даже в газетах про это читали.

— В газетах? — почти одновременно воскликнули Лариса и Евгений.

— Да. Янка говорила, что нагуляла девчонку в городе, от этого… как его… ну с длинными волосами, поет-то еще по телевизору сейчас… Да все не по-нашему, я не понимаю ничего, — нахмурила лоб тетя Надя.

— Связи в высшем обществе? Шоу-бизнес и проститутки? — поднялись брови у Котова, который наливал себе очередную рюмку. — Это вы про кого?

— Да не знаю я, как его зовут, только по телевизору его показывают… У вас в городе живет.

— Неужели Геннадий Шатров? — ахнула Лариса.

— Да, да, Шатров, точно, — закивала тетя Надя.

Геннадий Шатров был модным певцом, который лишь два года назад вылез на эстраду и пел в новом, непохожем на других стиле, обладая жеманными манерами и внешностью представителя сексуальных меньшинств. Песни его звучали как на русском, так и на английском языке. Однако все в Тарасове знали, что он убежденный гетеросексуал, большой любитель женщин и что жеманство просто имидж. Заработав на своих выступлениях большие деньги, он отстроил особняк в Октябрьском ущелье и жил там припеваючи.

Про его разгульную и бесшабашную жизнь ходили многочисленные слухи. Однако Лариса подобными великосветскими сплетнями не интересовалась, поэтому и была немного не в курсе.

— Шатров? — заинтересовалась Настя, которая ; вдруг оторвалась от своего плейера. — Мама, я читала в газете, что у него свадьба через два месяца. Или; через месяц. Илона Болдырева, топ-модель, не знаешь такую?

— Что-то припоминаю, — ответила Лариса. — Ну и при чем тут Яна, тетя Надя?

— Так у Шатрова была какая-то история нехорошая в прошлом, я тоже читала, только не помню, как звали эту проститутку, — снова встряла Настя.