Предел риска
Шрифт:
Степан бросил удивленный взгляд на Ягушку. Повернул, как и просила девчонка, налево. Миновав четыре перекрестка, Ядвига попросила Степана припарковаться около старенького двухэтажного дома.
— Слушай, а у тебя есть галстук? — спохватилась Ядвига.
Степан кивнул на бардачок, и девчонка принялась воодушевленно ковыряться в его содержимом. Отыскав злополучную удавку, Избушкина с неприкрытым садизмом принялась завязывать галстук на шее у спутника. Ажуров недовольно морщился, но терпел.
— Ты готов! — кивнула Ядвига
— И к чему же я готов? — хмыкнул Ажуров, но Ягушка только загадочно улыбалась.
Степан послушно следовал за девушкой. Оказавшись перед старенькой дверью, ведущей в не менее старую квартиру, Степан вопросительно взглянул на девчонку. Та улыбнулась и вынула конверт из кармана. Нажав на звонок, принялась ждать.
Дверь открыла женщина в домашнем халате и с ребенком на руках.
— Ой, здравствуйте! — обрадовалась хозяйка, — А мы, Анна, сегодня вас не ждали!
— Здравствуйте, — улыбнулась Ягушка, — У нас много дел, вот и решили оставить визит к вам напоследок. Разрешите?
Хозяйка посторонилась, пропуская гостей. Степан внимательно изучал квартиру, жильцов, выглядывающих из комнат, и не понимал, что же происходит.
— А это Петр Семенович, — тем временем говорила Ягушка, вызвав хмурый взгляд Степана, — Он начальник нашей службы. Вот, решил лично посмотреть на Никиту.
— Проходите, проходите! — спохватилась хозяйка, — Никита пока отдыхает. Но он всегда рад гостям.
— Знаете, у нас очень мало времени, — начал Степан, но осекся, из приоткрытой двери выглянул мальчишка, лет двенадцати, сидящий в инвалидном кресле.
— Привет, Никита! — обрадовалась Ягушка, подходя к мальчонке.
— Здравствуйте, — несмело улыбнулся мальчик и протянул руку Степану, — Это вы помогаете выбивать деньги у начальников Анны?
Степан бросил вопросительный взгляд на Ягу, пожал руку парню, серьезно кивнул.
— У Никиты редкий случай, — тем временем говорила Ягушка, глядя на Ажура, не улыбаясь, — И ему повезло, в клинике согласились провести операцию.
— Это нам с вами, Анечка, повезло! — не сдержала слезы мама Никиты, — Петр Семенович, вы даже не представляете, какой Аня ценный сотрудник и просто замечательный человек!
— Бросьте, Валентина Васильевна! — махнула рукой Ягушка, но на ее щеках появился милый румянец.
— Отчего же не представляю, — заявил Степан, — Очень даже представляю. На нашей Анечке держится весь финансовый департамент.
— А разве вы не из социальной службы? — удивилась хозяйка.
— Разумеется, — вмешалась Ядвига, — Просто у нас здание одно. Ну и сами понимаете, приходится сотрудничать по долгу службы. Что ж, Никита, удачи тебе! После операции мы обязательно придем к тебе в гости!
Ядвига протянула пухлый конверт маме Никиты и, взмахнув рукой на прощанье, утащила Степана из квартиры. Уже на улице Ягушка тихо рассмеялась, но Ажуру достался хмурый взгляд.
— Чуть
— Могла бы и предупредить, — улыбнулся Ажуров, — Значит, отнимаешь деньги у богатых и отдаешь их бедным?
— Угумс, — проворчала Ядвига, — Я хренов Робин Гуд.
— Вымыть бы тебе рот с мылом, Ягодка, — пробормотал Степан, вопросительно глядя на Ядвигу, — Куда изволит дама?
— Нужно бы заскочить в «АркадаПлюс», — задумчиво проговорила Ядвига.
— Не поздновато? — тактично намекнул Степан, что рабочий день у служащих не самой маленькой компании города уже закончился.
— В самый раз, — махнула рукой Ягушка, — Даня обещал подготовить новые списки моих жертв.
Степан со всей силы вжал педаль тормоза в пол. Глубоко вздохнул. Тихо выругался и повернулся к Ягушке.
— Ядвига, мы ведь с тобой договорились, — напомнил Степан, — Никаких клубов и кредиток. Теперь у тебя легальная работа, зарплата и полное отсутствие геморроя.
Ядвига хмуро молчала, скрестив руки на груди. Покусывала губы, пыхтела, но молчала.
Степан откинул голову, упираясь затылком в кресло. Ну, до чего же упертая девушка досталась ему!
— Я не могу иначе, — наконец, вздохнула Ягушка, — Так я чувствую себя нужной хоть кому-то.
Ажуров потер затылок рукой, разминая мышцы. Поднимающаяся головная боль холодила тело, суля неспокойную ночь. Степан поморщился. Подходящие слова отказывались приходить на ум. И все, чего ему хотелось — обнять девчонку. Но судя по ее напряженным плечам, его объятия — последнее, в чем она сейчас нуждается.
— Когда заболела моя сестренка, я была не намного старше Никиты, — вдруг прошептала Ядвига, — У нас не было денег, мама хваталась за любую работу. Отец сбежал, как только врачи поставили диагноз. Нужна была срочная операция, и мама попросила помощи у сестры отца. Я точно знаю, что деньги у нее были. На тот момент она захомутала какого-то папика и выбирала, какой брюлик больше подходит к цвету ее глаз. «Вы никто» — так ответила она на просьбу мамы. В итоге, сестра умерла. Мама тоже. Благодаря соседке меня не отдали в детский дом. А потом, когда я начала зарабатывать, то решила, что буду помогать, кому смогу.
Ядвига говорила, а Степан и не заметил, что уже давно поглаживает ее сжатую в кулак ладошку. А девчонка и не противилась. Сама подавалась ближе, придвигалась, точно забитый зверек, тоскующий по нечаянной ласке.
— Знаешь, о чем я иногда мечтаю? — тихо прошептала Ягушка, — Понимаю, что так нельзя думать. Но ничего не могу с собой поделать. Я сто лет назад вычеркнула тетку с отцом из своей жизни, не интересуюсь их судьбой и не ищу их, хотя могла бы. Так вот, я мечтаю взглянуть в глаза этой стерве и в идеале двинуть так, чтобы она захлебнулась кровью.