Предел Доминирования
Шрифт:
Это был Хаммер, которого они знали и любили. Мужчине надо было прекратить винить себя и воссоединиться с Рейн. Она жаждала, чтобы он убедил её в своей страсти и любви. Всем им это пойдет на пользу.
Лиам попятился и смотрел, как ладони Рейн плавно заскользили вверх по груди Макена, обернулись вокруг его плеч, помогая скинуть на пол рубашку.
— Обещаешь?
Хаммер расстегнул ремень, затем принялся за слаксы, соблазнительно чиркнув молнией:
— Что ты будешь удовлетворенной и чувствительной во всех местах прежде, чем мы закончим? О, да.
— Именно, —
С соблазнительной улыбкой на губах Рейн откинулась на стойке и, поставив пятки на край, раздвинула ноги.
— Не могу дождаться.
Лиам повернулся к Макену, приласкав бедро девушки:
— Наша девочка может быть очень убедительной, когда захочет.
— Да ну. — Хаммер бросил свои трусы и расположился между ног Рейн. Обнаженный и более чем готовый. Кончиком твердого члена он подразнил её промежность. — Будь осторожна в своих желаниях…
— Что бы ты мне ни дал я приму и с радостью попрошу большего. — Её голос охрип.
Лиам больше не мог ждать:
— Трахни её, Макен.
— С удовольствием, — Хаммер обхватил бедра девушки большими руками.
Одним жёстким толчком он нетерпеливо насадил её на свой член. Девушка выгнулась и, задыхаясь, откинула голову назад, цепляясь пальцами за мускулистые бицепсы. Вместе, они выглядели замечательно: Хаммер такой большой, мрачный, жесткий и Рейн такая маленькая, невинная и красивая.
Стиснув зубы, Хаммер сильнее впился в Рейн пальцами и повернул девушку так, чтобы она легла на прямоугольный гранит островка. Ладони заскользили к её груди, он толкнулся глубже.
— Чувствуешь меня?
— Да, — выкрикнула она, её голова свесилась с края.
По венам Лиама растеклась неутихающая потребность, прострелив прямо к члену.
Макен бросил на него хищный взгляд:
— Не желаешь занять делом этот дерзкий ротик?
— Блять! Конечно, желаю.
— Потяни её за волосы. Дай ей повод покричать.
Лиам зарылся пальцами в шелковистую, темную гриву и потянул именно так, как Рейн нравилось:
— Открой ротик, красавица.
Она охотно разомкнула губы, пожирая его голодным взглядом. Направляя голову Рейн к своему ноющему члену, а потом с хриплым стоном проскальзывая в её рот, Лиам благодарил свою счастливую звезду. Язычок кружил по мужскому органу, дразня его самые чувствительные места. Девочка очень хорошо его изучила. Наслаждение прокатилось вдоль ствола, поднялось по позвоночнику, прежде чем Лиам содрогнулся от чувственного удовольствия.
Когда он посмотрел вниз на тело Рейн, Макен играя с клитором входил и выходил из её киски. Они слушали приглушенные стоны и неровное дыхание девушки, пока она извивалась и горела между ними.
Лиам толкнулся дальше, проталкиваясь в горло, пока Рейн продолжала обрабатывать его.
— Вот, блять. Любимая…
— Слишком хорошо, Прелесть. О Боже, да. Сожми меня своей узенькой киской. М-м-м… Я оттрахаю тебя ещё сильнее, а ты выдоишь его до конца.
Хаммер вновь погрузился в неё. Рейн обвила мужчину своими стройными ногами. Лиам качнулся и протолкнулся ещё глубже. Девушка закричала. Он увеличил темп и начал совершать ритмичные,
— Господи Боже, Рейн. Клянусь ты высасываешь весь мой самоконтроль.
— И она чертовски хороша в этом, — прорычал Хаммер. — Перед этой киской устоять очень трудно. Проклятье… Мы не доберемся до постели.
Лиам покачал головой:
— Я не смогу выпустить её на столь долгий срок.
— Плевать. Трахнем её там еще раз.
— Так и сделаем.
Лиам снова погрузился в её грешный рот, всё ближе приближаясь к оргазму.
А потом у него зачесалось ухо. Щекотка поначалу раздражала, и он просто почесал его. Но она распространилась на мочку, затем прорвалась жаром и покалыванием.
Лиам знал это ощущение и что именно оно означает.
Не веря своим подозрениям, он резко вышел изо рта Рейн:
— Вот проклятье! Этого не может быть.
Хаммер издал долгий, утробный стон удовольствия:
— Да, может. Вместе мы чертовски великолепны.
Рейн моргнула, её глаза сияли, губы припухли.
— Что не так?
Всё, о чём мог думать Лиам, это о его колом стоящем члене, но зуд в ухе уже превращался в пожар.
— Одевайтесь, оба. Куда, блять, подевались мои штаны?
— Что? Нет! — запротестовал Хаммер. — Да пошло оно на хрен! Ощущения замечательные и…
— У меня горит ухо.
— Ухо? Что за… — Хаммер вытаращился. — Ох… сейчас? Ты что, блять, разыгрываешь меня? Сколько у нас времени?
— Совсем не много. — Лиам с сожалением посмотрел на Рейн. — Вероятно, пара минут.
Хаммер грязно выругался и вышел из тела девушки.
— Эй! — Рейн села, сердито глядя на них обоих. — Что происходит? Вернитесь! Лиам, какая связь между твоим ухом и членом?
Ни один из мужчин ничего не ответил. Хаммер запрыгивал в свои штаны и обыскивал комнату в поисках сарафана Рейн.
— Вы что оба с ума сошли? Перед вами беременная женщина с совершенно определенными потребностями!
Макен нашел одежду и кинул ей:
— Одевай платье.
— Нет, пока один из вас не объяснит, что происходит. — Рейн соскользнула со стойки, и совершенно голая уперла руки в бока. — Парни, что с вами не так?
Надевая рубашку, Хаммер бросил взгляд на Лиама:
— У него есть к тебе разговор.
Пальцы Лиама взлетели к пуговицам, пока он сердито глядел на Макена:
— Спасибо за то, что бросил меня на амбразуру. Ты мой самый лучший друг.
— Я говорил, тебе уже давно следовало прояснить это дерьмо. И мы еще поговорим о выборе правильного момента. Сукин сын… — Хаммер вышел из кухни.
— У тебя должно быть очень хорошее объяснение всему этому, Лиам О’Нейл. Я была близка и…
— Мне жаль. — Мужчина потер своё пылающее ухо.
Ему не хотелось смотреть на Рейн. Она была обескуражена и сердита… а у него не было времени для отмазок. Девушка стояла перед ним голая и возбуждённая, а Лиаму чертовски сильно хотелось, чтобы у него была еще пара минут, и он мог бы потерять себя в её мягкости.