Предчувствие

Крайн Лили

– Я согласна.

– Подумай хорошо, – вмешался Алекс. – Ты будешь проклята, и никогда от этого не избавишься.

– Но ведь я буду свободна. – И взгляд: изумрудные глаза в почти такие же, только светлые, мутные. – Верно?

– Будешь. – Марго отпустила её ладонь. – Если захочешь.

– Значит я смогу сама выбрать с кем себя связать, если придётся?

– Именно так. – Было видно, что расспросы надоели Марго. – Или можно связать тебя с уже имеющейся меткой. – Она махнула рукой. – У Ксандра спросишь, он объяснит.

– Я уверена, что хочу этого, – прозвучало даже слишком твёрдо. – Когда?

– Не

сейчас. – Женщина отодвинулась назад, снова в темноту. – Надо найти подходящий сосуд, а это не так просто. Придётся подождать.

Алекс встал первым, дожидаясь, когда Мия поднимется следом. Они уже почти ушли, когда Мия оглянулась через плечо, отмечая выделяющиеся даже в темноте глаза.

– Можно попросить о кое-чём?

– Попробуй.

– Я хочу, чтобы она не была девственницей.

Ответа Мия не стала дожидаться, перехватила Алекса за рукав и вытянула из душного помещения на свежий воздух. Глубоко вздохнув, она запрокинула голову к небу, поразительно звёздному для этого времени года.

– Можешь оставить тут байк? – В ответ Алекс кивнул. – Тогда пройдёмся?

Медленным шагом они направились прочь от здания, и напряжение начало отступать с каждым пройдённым метром. Мия не сразу решилась, но всё же задала интересующий вопрос.

– Алекс, а кто она?

– Мой истинный соулмейт. – Он пожал плечами, глядя куда-то в сторону.

– Вот как… Значит вы также разорвали свою связь?

Алекс замялся, видимо не желая рассказывать, но через силу всё-таки ответил:

– Да.

– И как ты выглядел раньше?

Он замер, остановившись, повернулся к Мие. Она могла различить в полумраке, как плотно сжимаются его челюсти, даже начала проклинать своё любопытство и болтливый язык. Уже не надеясь, что её интерес удовлетворят, и будучи уверенной, что за такую наглость минимум нужно послать, Мия различила глухое:

– Точно также.

Дыхание перехватило, а непонимание нахлынуло новой волной.

– То есть?

– У меня был брат. Близнец. От него тоже отказались, как и от тебя, но он не выдержал и избавился от метки.

– Поэтому у тебя шрам на боку?

– Да.

Алекс продолжил путь в молчании. Мия боялась даже лишний раз пискнуть. Куда ей с её-то проблемами, когда друг пережил такое. Все проблемы её жизни меркли на этом фоне.

– Он любил мотоциклы, мы вместе с детства катались. – Горькая улыбка проступила на губах Алекса.

– Прости.

– Родители даже не знают, что это он погиб, а не я…

Мия резко развернулась, схватила Алекса за грудки и дёрнула на себя, сразу же принимая в свои объятия. Сжала крепко, зацепив пальцами куртку на спине, стараясь притянуть его как можно ближе, хотя ближе уже некуда, и ощутила дрожь, исходящую от чужого тела.

– Всё будет хорошо, – прошептала она невнятно, не достаточно, чтобы быть услышанной. – Я рядом. Я всегда буду рядом с тобой.

И добавила совсем тихо, на грани слышимости: «Клянусь», но Алекс всё услышал. Он с силой обнял Мию в ответ, утыкаясь носом в изгиб шеи, стараясь удержать судорожное дыхание в пределах нормы. Им было плевать на редких прохожих. Им было плевать на весь мир. Они снова разделили чувства на двоих.

***

Вспоминая сейчас об их первой с Марго встрече, Мия думает над тем, насколько правильным

было её представление об этой женщине. Марго спасла её, но так ли это? Она спокойно дремлет в кресле самолёта, но видения о прошлом, приходящие к ней, вовсе не кажутся безобидными. В конце концов, у неё была настоящая веская причина окончательно решиться на обещанный ритуал худу. В конце концов, у неё просто ничего не осталось.

Глава 3. Потрясения

В тот вечер Мия попросила Алекса остаться с ней на ночь. Просьба прозвучала немного жалостливо, но ей слишком сильно не хотелось быть одной. Видимо, Алекс это понял, потому просто приподнял уголки губ в намёке на улыбку, и этого было достаточно. Слишком хорошо они понимали друга друга, даже не с полуслова, а вообще без разговоров. Завалившись домой, Мия сразу же оккупировала ванную, пока Алекс разбирался с оставленным её бабушкой ужином. Время на часах показывало 23:20.

Потом они сидели на кровати, разложив блюда прямо на простынях и не заботясь об их чистоте, смотрели иностранное шоу по телевизору и изредка перекидывались парочкой фраз. Когда наступило время сна, Мия подтянулась ближе к боку своего друга, поёрзала, не в силах уснуть.

– Мия, – позвал Алекс. – Спрашивай.

Она не была поражена догадливостью Алекса, только набирала побольше воздуха в лёгкие перед тем, как узнать то, что волновало всё время с самого разговора в баре.

– Это больно?

– Очень.

Большего и не требовалось. Это больно. Это проклятие, длиною в вечность. Но она была готова. С этим убеждением, засевшем в голове, сердце и даже душе, Мия и заснула, не зная, что во сне плотно прильнёт к Алексу, обнимая вплоть до самого утра, потому что утром того в постели не окажется.

С этих пор все её мысли занимал только обряд: вроде и страшно, но совершенно точно необходимо. Но вот стоит ли оно того? Стать другой, потерять прежнюю жизнь… Мия всё чаще хмурилась, больше пребывая в своих мыслях, меньше грубила. Окружающие списывали перемены в поведении на взросление, а её их мнение не волновало. Она готовилась к новой постановке, мечтала стать всемирно известной балериной, но каждый раз всё разбивалось о чёртову метку, из-за которой танцевать становилось сложнее. Превозмогая боль и жжение, она продолжала репетиции, изучала новые танцы, запивала перед сном обезболивающее вперемешку со снотворным, привычно перед этим скинув «Спокойной ночи» тому, кто был далеко за пределами страны.

Внезапная новость выбила почву из-под ног. Мия с трудом удержала равновесие: её вывело не просто содержание этой вести, а сам факт того, что она узнала это последней, да ещё и от кого! От Григория из вспомогательного состава! Такой Мию ещё не видели: переобувшись и наспех накинув куртку, она откровенно послала Янковского на три счастливых в присутствии всего балета и покинула зал.

По дороге она набрала номер Алекса, но включилась голосовая почта, доводя её практически до белого каления. Мия и сама не понимала зачем раз за разом звонит на явно отключённый телефон, матерится на автоответчик, обещает переломать ноги и засунуть туда, куда вообще засовывать их лучше не стоит, и носится по комнате, как угорелая, пока на дисплее не высвечивается входящий с долгожданного номера.