Предатель
Шрифт:
– Доброе утро, Ксения, – заходит в кабинет Егор Алексеевич. – Или день? Даже не знаю, как правильнее поздороваться. Мы тут обычно с восьми утра на ногах, а вы, я вижу, устали вчера отдыхать и решили выспаться, – смотрит на меня в упор.
На нем, как обычно, костюм, который сидит безупречно по фигуре. Выглядит шикарно, и не скажешь, что точно так же, как и я, шлялся ночью по ресторанам. Свежий, выспавшийся, сияет.
– Извините, пожалуйста, но у меня появились непредвиденные обстоятельства. Я не планировала отменять командировку, так вышло. Вы же понимаете, насколько я ответственно отношусь к своей работе и просто так никогда бы не отложила
– Ничего страшного, – улыбка его холодна. Понимаю, что это дежурные слова. – В жизни и правда все бывает.
Выдыхаю, хоть тут можно расслабиться, признаюсь, полагала будет сложнее объяснить отмену своего вылета.
– Я буду в своем кабинете, когда будет готово заявление на увольнение по собственному – приносите. Подпишу.
Егор Алексеевич выходит из кабинета, повисает звенящая тишина.
Ни мужа, ни работы… за сутки я потеряла все.
Глава 9. Ксения. Разговор с боссом
На минуту замешкавшись я прихожу в себя, то есть как это уволить? Я днями и ночами пахала над проектами, столько сил вложила в карьеру и теперь меня выгоняют?
Срываюсь с места и направляюсь в кабинет Егора Алексеевича. Понимаю, что человек он решительный, но не самодур, нужно просто объясниться.
Встреча на самом деле была крайне важна для нашей организации, и я подвела и начальство, и людей, которые прилетели, чтобы провести переговоры. Еще и этот ресторан, Егор наверняка решил, что я просто веселилась всю ночь, а утром не смогла подняться от излишеств ночных возлияний.
Стучу в дверь и понимаю, что сердце бешено колотится.
Отношения с Самойловым у нас хорошие, но мы на работе и это не кружок по интересам, а серьезный бизнес. Где-то в глубине души я его понимаю, и даже оправдываю, сама категорична к тем, кто относится халатно к своему делу.
– Входите, – слышу голос босса. Открываю дверь и решительно ступаю на его территорию. – Вы? Так быстро справились с заявлением? Давайте подпишу, у меня много работы, не хотелось бы отвлекаться.
– Егор Алексеевич, вам придется отложить дела и выслушать меня, – уверенно произношу. – Я не стану увольняться, потому что карьера значит для меня слишком много, я люблю свою должность и нашу организацию, уверена, что смогу исправить свой косяк.
Егор отвлекается от своих бумажек и поднимает с интересом на меня глаза.
– Проходите, Ксения. Садитесь, – указывает на кресло напротив. – Что произошло? Вы хоть понимаете, что сорвали сделку? Мне было крайне неприятно краснеть перед нашими партнерами, а также лицезреть ухмылки конкурентов. Признаю, с вами впервые такой промах, однако… Это, конечно, не мое дело, но вам не кажется, что накануне важной командировки стоит выспаться и подготовиться к переговорам, а не ходить ночью по дорогим ресторанам? Понятное дело, решать лишь вам, но мы же видим итог этих решений, он плачевен, – спокойно рассуждает босс.
Вспоминаю уговоры Ленки развеется в «Морине» и проклинаю все на свете. Осталась бы дома, хоть с работой не было бы проблем. Врать не люблю, но можно было бы сочинить историю о резкой болезни или температуре.
– Егор Алексеевич, я обычно не провожу свое время по ночам в увеселительных учреждениях, тем более, перед переговорами. Но так сложились обстоятельства, мне было просто
От обиды в горле подкатывает ком, в голове снова эти мерзкие кадры кувырканий Сони и Ивана. Еще чуть-чуть и, кажется, расплачусь.
– У вас проблемы? – смягчается Егор. – Я просто хочу понять цену сорванных переговоров.
Замечаю на коленках следы от мокрых пятен и понимаю, что это слезы. Они катятся из глаз, а я не могу ничего ответить. Обычно я весьма сдержанна и за годы работы с Самойловым он никогда не видел моих слез, но тут… Не думаю, что это гормоны, обычная обида и боль, которые теперь намертво поселились в моей душе и теле.
– Ксюша, – переходит он на неофициальное обращение. – Ты чего? Что произошло? Не плачь. Господи! Да фиг с теми переговорами, перенесем встречу, договоримся. Не стоит это все твоих слез. Безусловно, я дам тебе шанс, ты ценный сотрудник и, думаю, таких ситуаций больше не повторится.
Егор Алексеевич поднимается с кресла, берет салфетницу и опускается ко мне. Я словно парализованная, молчу и не могу вымолвить ни слова.
Мужчина достает салфетку и вытирает мои слезы. Ловлю себя на мысли что это… мило. Не думала, что наш холодный босс может быть таким заботливым. Невольно улыбаюсь.
– Вот, лучше улыбайся. Ты чего плачешь? Придумала. Никакая карьера не стоит твоих слез, – продолжает дружелюбно.
– Я просто приехала среди ночи домой, а там мой муж. В постели с другой. Не просто какой-то женщиной с улицы, с сестрой. Я, мне… я не знаю, что сказать, – тараторю сумбурно. Не знаю, зачем я вываливаю эту информацию на своего начальника, но не могу остановиться. – Потом приехала подруга, предложила выдохнуть и вот я оказалась в этом чертовом ресторане, вернулась под утро, разбитая, уничтоженная, – мой голос дрожит, – просто прилегла на часик и не смогла проснуться. Простите меня, я повела себя крайне непрофессионально, – слезы не останавливаются. Чувствую себя маленькой девочкой, к которой рядом присел папа и слушает. Хочется вывалить все проблемы на постороннего по сути человека, облегчить душу, но я четко осознаю, что это все лишнее и пытаюсь держать себя в руках. Замолчать наконец-то и окончательно не разрыдаться.
– Обалдеть, – отвечает Егор. – По поводу работы все уладим, не переживай. Я считаю, что твоя причина весьма уважительна, – произносит без тени сарказма. – Успокаивайся, не нужно плакать, какой смысл это делать по человеку, который тебя предал.
Его слова звучат так убедительно, что на минуту кажется – мой босс и сам пережил подобное и знает, о чем говорит.
Самойлов поднимается и спрашивает:
– И какие дальнейшие планы? Раздумываешь его простить? Женщины часто вскипают в первую минуту, рыдают, а после успокаиваются. Некоторые и вовсе ищут причину в себе. Как решила действовать?
– О прощении не может быть и речи, да и не извинялся Иван. Он считает… – тут я осекаюсь. Говорить о том, что супруг решил, что между мной и боссом роман – точно лишнее, – что я сама виновата и заслужила измену. Хочу как можно скорее развестись и начать свою жизнь с нуля. Это будет нелегко, но необходимо. Жить с предателем я не хочу, – честно озвучиваю свои намерения.
– Мне нравятся волевые женщины, в такой ситуации не стоит наматывать сопли на кулак, отрезай и иди дальше.
– Я их тут как раз и наматываю, – отвечаю и вытираю слезы. – Простите, что развела болото.