Предатель крови
Шрифт:
Поймать ушлого Малфоя на слове было не так-то просто, но Регулус Блэк тоже на своем деле собаку съел, так что разжился-таки информацией, после чего мстительно приложил собутыльника Обливиэйтом, передал полубессознательное тело на попечение его супруги и отбыл, посетовав на то, что британцы совершенно утратили культуру пития, другое дело — Южная Америка!
«Это ты с немцами не пил, — сказала ему на это тетушка Мюриэль, опять же, со слов Тома, — и тем более со славянами…»
«Пил, — ответил Регулус. — Немцев в Аргентине предостаточно.
Ну да я снова отвлекся.
Том оказался прав: чашу Хаффлпаффа Волдеморт передал на сохранение своим верным последователям, а вот куда они ее подевали… В конфискованных после ареста вещах чаши не обнаружилось, следовательно, она была надежно спрятана. Малфой предполагал, что Беллатриса Лестрейндж вряд ли бы доверила такую ценность какому-нибудь дуплу или закопала бы в саду, так что, вероятнее всего, та сейчас преспокойно стояла в семейном сейфе в «Гринготтсе». Куда уж надежней! У гоблинов поди выкради что-нибудь…
Тогда Риддл в очередной раз повстречался с лже-Грюмом в темном коридоре и поковырялся у него в мозгах. Барти Крауч-младший, как выяснилось, тоже слышал что-то о «Гринготтсе», когда общался с Лестрейнджами, стало быть, чаша с большой вероятностью находилась именно там.
— Но нам ее оттуда не выцарапать, — сказал я, выслушав все это. — В чужой сейф гоблины не допустят даже родственника.
— Знаю, я узнавал, — кивнул Том. — Иначе чашу могла бы взять миссис Малфой, как сестра, но только как наследство. Детей у Лестрейнджей нет, родители умерли, так что Нарциссе и Андромеде кое-что от старшей сестры причиталось… бы. Но пока живы хозяева, в хранилище никого не впустят. Разве что с разрешения Лестрейнджей, да они, вот незадача какая, в Азкабане!
— Только не говори, что ты намерен туда наведаться, — попросил я.
— Нет… — Риддл задумчиво покусал губу. — Я уж думал пришить их, но что толку? Как только наследство откроется, на него наложит лапу Министерство, как пить дать! Заявят, что в сейфе масса темномагических артефактов, вот и все дела, и прости-прощай, чаша! Нет, дети мои, мы поступим иначе…
— Как? — с интересом спросил Невилл.
— Внимательно ли вы изучали историю магии? — начал Том, приняв менторскую позу.
— Ты что, издеваешься? — нахмурилась Джинни.
— Нет, я абсолютно серьезен, — ответил Том и уселся на подоконник (мы снова заседали в Выручай-комнате). — Но, вижу, у вас имеются пробелы в знаниях, иначе вы были бы в курсе, как именно гоблины связаны с Хогвартсом… Ну что вы молчите? Мне вам вместо занятий по защите устроить фронтальный опрос по истории, что ли? Даже если вы дрыхли на занятиях и списывали на экзаменах, хоть что-то могли усвоить, а? Или я зря трачу на вас время?
— Том, дай подумать, — попросил я. — Ты же сосредоточиться не даешь!
— Враг тоже не даст тебе сосредоточиться.
Я проглотил ответную реплику, потому что препираться с Риддлом
— Меч Гриффиндора сковал лучший гоблинский оружейник, — выдал он. — И вроде бы не хотел отдавать его, но раз Годрик заплатил вперед, то пришлось… А после смерти Годрика тот гоблин потребовал меч назад, верно?
— Гоблины до сих пор считают, что Гриффиндор украл меч, — припомнила и Джинни. — Кажется, по их законам вещь возвращается к мастеру, когда уплативший за работу умрет.
— Неплохой бизнес, — сказал Том, — продать дорогую вещь, а потом кокнуть покупателя. Ну, не самому, разумеется, нанять кого-то… Мало ли мастеров этого дела! Но вы правы, дети мои… Гоблины до сих пор уверены, что меч у них украли, и… Ну, что вы молчите?
— Ты что, намерен его спереть? — не выдержал я.
— Конечно, — ответил он, встал и прошелся туда-сюда, сцепив руки за спиной. — Меч крестражем быть не может. Он никуда не пропадал, а подобраться к нему я-второй вряд ли мог. Есть у этого меча забавное свойство…
— Какое? И постой, он же хранится в кабинете директора! — вспомнила Джинни.
— Это подделка, — ухмыльнулся Риддл. — Знаете, старые дамы — такой кладезь информации… Тетушка Мюриэль — уж точно, да и другие не отстают, а уж если расспросить мадам Вальбургу и отсеять зерна от плевел, в смысле, ругань от настоящей информации… Словом, в кабинете Дамблдора — не настоящий меч, копия, но очень удачная. А главное — в обмен на оргинал, полагаю, гоблины… хм… не откажутся от сделки и отдадут сущую безделицу кровной родне, тому же Регулусу…
— Погоди, а где этот оригинал? — нахмурился я. — Что ты собрался менять на чашу?
— Это неизвестно… — протянул он. — Но все наши дамы упоминают о легенде: якобы этот меч может взять в минуту, цитирую, «лютой нужды, взмолившись о помощи», настоящий гриффиндорец.
— Том, откуда взять? — спросил я, понимая, что он опять перескочил несколько пунктов в своем логическом построении.
— Вынуть из Распределяющей шляпы, — пояснил он, и мы переглянулись.
— Только не говори, что нам придется ее стащить! — выпалила Джинни.
— Дел-то куча. Домовикам велим, они хоть статую Салазара приволокут.
— Том, а гриффиндорца, тем более, настоящего, мы где возьмем? — спросил я.
— Приехали! — всплеснул он руками. — А Сириус на что? А миссис Лонгботтом? Но вы не беспокойтесь, еще рано… Впереди третье испытание, потом каникулы, а затем Шляпа понадобится на распределении. С этим мы можем подождать.
— Том, это не план, а бредятина, — честно сказал я.
— Другого пока нет, — ответил он, брякнулся на кровать по своему обыкновению и заложил руки за голову. — Идите, займитесь делом! Хоть Биннса допросите, он на гоблинах повернут, может знать какие-то подробности… А мне нужно подумать.