Преданный

Мейсон Луна

— Теперь ты расскажешь мне, зачем ты на самом деле это делаешь? У нас заканчивается время, — я смотрю вниз на ее платье.

— Лука, — вздыхает она, протягивая руку к моей. Я отстраняюсь, вытирая воду с лица.

Почему она просто не скажет мне правду? Я был с ней довольно откровенен. Я пытаюсь найти выход. Я не могу стоять в стороне и смотреть, как она выходит за него замуж. Это убьет меня.

Я хватаю ее за затылок и притягиваю ее лицо к своему.

Мои губы нависают над ее губами. Она пытается поцеловать меня, но я сдерживаюсь.

— Пожалуйста,

просто скажи мне, детка, — шепчу я.

Страх пляшет в ее темных глазах. Ненавижу это. Гнев начинает клокотать во мне. Чем больше я смотрю на нее в этом платье, тем очевиднее становится, что она что-то скрывает от меня. Ярость поднимается под моей коже при мысли о том, что другой мужчина прикоснется к ней. Она моя.

Я отхожу от нее и расхаживаю по комнате, как дикое животное. Я делаю несколько глубоких вдохов, запуская пальцы в свои мокрые волосы. Я чувствую до сих пор ее вкус на своем языке, но не могу смотреть на нее прямо сейчас.

— Лука, пожалуйста, — она говорит так тихо, что я едва слышу ее.

Мои глаза резко поднимаются. — Как мы можем это сделать, если ты даже не можешь впустить меня? Я думал, мы выше этого? —я повышаю голос и в раздражении пинаю стул, и она вздрагивает.

Она, на самом деле, вздрагивает, черт возьми.

Мои руки сжимаются в кулаки. Что, черт возьми, происходит?

— Ты мне не доверяешь?

Обида мелькает на ее лице. — Ты знаешь, что я доверяю, — ее нижняя губа дрожит.

— Тогда почему? — восклицаю я, размахивая руками в воздухе.

Молчание. Она даже не отвечает на это сейчас.

— Знаешь что, я не могу этого сделать. Все, чего я хочу это тебя, Роза. Знаешь ли ты, как трудно мне функционировать, когда ты постоянно вторгаешься в каждую мою мысль? Когда я пытаюсь найти способ расторгнуть свою помолвку, сохранить всем жизнь и организовать каждый момент, чтобы мы могли видеть друг друга? А ты? — я кричу.

— Прости, — это едва слышный шепот, но он выводит меня из себя.

Я шагаю к ней, — Мне не нужны извинения, я просто хочу тебя. Я так безумно люблю тебя. Ты знаешь, я сделаю для тебя все, что угодно. Скажи только слово, и все будет сделано. Я бы отдал за тебя всю свою жизнь.

Я качаю головой, издавая смешок.

Она опускает голову вниз, поэтому я поднимаю ее подбородок обратно.

— Я не могу сделать это сам. Поэтому я спрашиваю тебя еще раз, какого черта ты выходишь замуж за Данте? Если ты ожидаешь, что я найду нам выход, менее чем за две недели, мне нужна правда, — выплевываю я.

— Нет.

— Нет? — я моргаю, глядя на нее. — Ты что, блядь, серь…

Я прохожу мимо нее и бью кулаком в стену, ярость горит во мне. Я останавливаюсь, услышав слово, слетевшее с ее губ.

— Сокровище.

Я моргаю несколько раз, сердце теперь у меня в горле. Я поворачиваюсь и вижу, как Роза дрожит передо мной, ее нижняя губа дрожит. Я только что последние несколько минут кричал на женщину, которую люблю. Давил на нее, чтобы она рассказала мне то, чего я не имею права знать.

Она просила меня доверять ей.

Я отхожу от нее. Понятия

не имею, что делать.

— Прости меня.

Мое сердце разрывается надвое. Я ее защитник. Я никогда не должен заставлять ее чувствовать себя неуверенно. Если бы она могла сказать мне, она бы сказала.

Я облажался.

Расхаживая перед ней, я дергаю себя за волосы, пока кожа головы не начинает гореть.

— Роза, мне так жаль. Я не должен был кричать, не должен был давить на тебя. Я просто, я больше не знаю, что делать. Видеть тебя в этом платье, думать о том, что ты выйдешь замуж за другого, сводит меня с ума. Я так отчаянно хочу быть с тобой, что просто... черт!

Закрываю лицо руками, но это не скрывает стыд, который я испытываю из-за потери контроля. — Мне действительно очень жаль.

Она сокращает расстояние между нами, ее дрожащие руки держатся за мою рубашку.

— Мне тоже жаль. Это так тяжело для нас обоих. Никогда, никогда не сомневайся в моей любви к тебе, Лука. Но ты понимаешь, почему я не могу сказать тебе прямо сейчас? Эта твоя вспыльчивость. Я знаю, ты никогда не причинишь мне вреда, но что, если твои действия в конечном итоге причинят боль людям, которых мы любим? Мне нужно, чтобы ты мне доверился. Я справляюсь со своей ситуацией, а ты - со своей. Однажды мы будем вместе. Но прямо сейчас для нас обоих слишком много на кону.

— Я ненавижу это. Так сильно.

— Я люблю тебя. Ты единственный мужчина, который когда-либо будет владеть моим сердцем, моей душой, всем моим существом. Теперь мне нужно, чтобы ты помнил об этом в будущем. Несмотря ни на что, — она хватает мою руку и прижимает к своей груди.

— Твое. Только твое.

По моей щеке скатывается слеза. Я прижимаюсь лбом к ее лбу и закрываю глаза, позволяя ее сладкому кокосовому аромату успокоить меня.

— Дыши со мной, Лука. Успокойся, ее рука скользит по моему телу, она слегка наклоняется и начинает водить ногтем тот квадратик вокруг моей коленной чашечки. Я делаю, как она говорит, вдыхая и выдыхая, сосредотачиваясь только на ее прикосновениях.

— Я так чертовски сильно люблю тебя, Роза, — шепчу я.

— Я знаю, что это так и я люблю тебя не меньше. А теперь иди. Увидимся в эти выходные во время поездки.

Черт, как я мог забыть? Мне придется провести все выходные с Данте, который будет разгуливать с Розой, как с ценным трофеем.

Но, если я все правильно спланирую, то буду с ней как можно больше.

ГЛАВА 56

Роза

В последний раз, когда я была в самолёте, мы летели обратно в Италию, чтобы похоронить маму. Оглядываясь назад, я думаю, что тогда у меня было лучшее настроение. Мои икры в синяках от того, что Данте толкал меня своей тяжелой спортивной сумкой, пока мы шли. От ужаса быть запертой с ним в одной комнате на протяжении всего путешествия у меня скручивает в животе.