Преданный

Мейсон Луна

ГЛАВА 55

Лука

— Что ты здесь делаешь? — шипит она.

Вода, стекающая по моему лицу, не отвлекает меня от блестящего пушистого облачка, которое надето на ней. Она прикусывает нижнюю губу, когда я приближаюсь. Я обнимаю ее и защелкиваю замок на место.

Мне каким-то образом удалось уговорить Мэдди согласиться на мой план. Я выставил

это как последнюю попытку заставить её отменить свадьбу.

В общем, это не было полной ложью. Грейсон проговорился об этой маленькой поездке, и мне стало больно, что Роза не рассказала мне. Я думал, после того, как она сказала, что мы будем бороться друг за друга, она даст мне хоть какую-то зацепку. Но вместо этого я стою здесь, смотрю на женщину, которую люблю, в свадебном платье, которое предназначено не для меня. Я знаю, что она любит меня, но это удар под дых.

Она моя. Она должна быть в платье на нашей свадьбе. Этого не должно происходить. У меня сводит челюсть, когда я рассматриваю наряд.

— Я пришел повидаться со своей девушкой, — я обнимаю ее за талию и притягиваю к себе. — Только из-за тебя это уродство стало таким красивым.

Она моргает несколько раз и смахивает воду с лица. Под глазами размазана тушь. — Заткнись. Это красивое платье.

Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на неё сверху вниз, и она взрывается смехом.

Она смотрит вниз на влажную ткань, пузырящуюся вокруг нее. — Оно ужасное, правда?

Я беру ее за подбородок и заглядываю в ее большие темные глаза, — Ты могла бы носить все что угодно, а в идеале вообще ничего, и все равно быть самой красивой женщиной, которая ходит по этой земле.

Прежде чем она успевает ответить, я накрываю ее губы своими, и она стонет мне в рот.

— Зачем ты это делаешь, Роза? Я думал, что я твое будущее? — я не могу скрыть разочарования в своем голосе. Это больно.

— Я не хотела вызывать у него подозрений, Лука. Ты хочешь защитить свою семью? Это разоблачение поставит их под угрозу, не так ли?

Я склоняю голову. Она права, и она это знает. У меня горло горит, когда она смотрит на меня с болью в глазах. Она не верит, что мы можем это сделать, что мы можем бороться за это.

Я сокрушенно качаю головой. Вот как она хочет это разыграть. Если она не готова бороться за меня, рискнуть всем ради меня, то так тому и быть. Я наклоняюсь вниз, и по её загорелой коже пробегают мурашки. Я провожу указательным пальцем по её обнажённому предплечью, вплоть до того маленького местечка на внутренней стороне локтя, и, как всегда, у нее вырывается тихий стон.

— Ты права. Но когда ты наденешь это платье, я хочу, чтобы ты думала только обо мне. Я хочу вторгнуться в твой разум так же сильно, как ты в мой. Даже в день твоей свадьбы.

Я почти задыхаюсь от последних слов. Надеюсь, я могу что-то сделать, чтобы этого не произошло.

Она обвивает руками мою шею, когда я подхватываю ее на руки и осторожно ставлю на подиум посреди комнаты. Делая шаг назад, я потираю свою щетину, пытаясь представить ее

в полном виде.

Это совсем не то платье, которое я бы ей предоставил. Это не она.

— Лука, пожалуйста, сделай что-нибудь. Мне нужно прикоснуться к тебе.

— Терпение, — я поднимаю палец вверх.

Учитывая размер этого платья, я пытаюсь придумать, как ее трахнуть.

— Поставь одну ногу на землю, а другую оставь на ступеньку для меня, — приказываю я.

Она переваливается с ноги на ногу и делает, как я говорю. Я опускаюсь на колени и подползаю к ней, приподнимая подол платья и залезая под него.

— О черт, ты на каблуках, — стону я.

Я покрываю поцелуями ее икры и поднимаюсь вверх по бедру. — Раздвинься для меня шире, красотка.

Она раздвигает бедра и слегка отводит ногу назад, открывая мне прекрасный вид на ее красные шелковые стринги.

Двумя пальцами я сдвигаю трусики в сторону и посасываю ее клитор.

Осознание того, что я единственный человек, который когда-либо делал это с ней, я хочу продолжать делать это. Вечно. Она так идеально реагирует. То, как она возбуждается на моем языке. Это прекрасно.

Я хватаюсь за ее ногу, стоящую на ступеньке, чтобы не упасть, пока яростно лижу и посасываю ее.

— Лука, боже мой. Твой рот однажды доведет меня до сердечного приступа, — платье колышется вокруг нас, когда у нее задрожали колени.

Я покусываю ее клитор, затем скольжу двумя пальцами во вход, высасывая все, и начинаю трахать ее.

Боже, какие звуки она издает.

— Мне нужно больше, — стонет она.

Мне тоже.

Мне нужно быть внутри нее. Мне нужно, чтобы она сняла это ужасное платье.

Стук в дверь заставляет ее вздрогнуть и прижаться ко мне. Я раздвигаю ее бедро и продолжаю ласкать.

— Ребята, у вас максимум пять минут. И я звоню потом в пожарную службу.

— Понял, спасибо, Мэдди, — кричу я, прежде чем Роза успевает ответить.

Слышу, как она хихикает за дверью.

Пять коротких минут.

Она шире раздвигает колени, и я награждаю ее еще одним пальцем.

— Черт, — шипит она.

Я ускоряю темп, пока она не начинает дрожать надо мной, как лист. Я вылизываю по всей длине ее входа и просовываю большой палец в ее задницу. Ее стоны наполняют мои уши, когда я двигаюсь вперед и назад. Я стону от удовольствия, мой член угрожает взорваться, когда она раскачивает бедрами напротив моего рта.

— Ты получишь то, чего так желаешь, детка, — говорю я, прежде чем снова погрузиться в нее.

Вскоре ее стенки сжимаются вокруг моих пальцев, ее киска пульсирует под моим языком, и она кончает. Я расслабляюсь и вынимаю пальцы, облизывая их в последний раз.

И целую внутреннюю сторону ее бедра.

Сидя на корточках, я пытаюсь восстановить дыхание, и поглаживаю свой пульсирующий член, который упирается мне в брюки.

Блять.

Когда я выбираюсь из-под ее платья, меня встречает раскрасневшаяся, но промокшая Роза. У нее блестят глаза и ухмылка на полных губах.