Преданный
Шрифт:
Я непонимающе смотрю на нее. Мне некогда этим заниматься.
— Убивают, Лука. Так что я предлагаю тебе пойти и выпустить пар. Выброси ее нахуй из головы. Ее больше нет. Она никогда не будет твоей. Потому что ты, Лука, мой. Я не позволю этой маленькой шлюшке забрать все, ради чего я так усердно работала, — шипит она, в ее глазах сверкает злоба.
Мое лицо перекосило. Кем она себя возомнила?
Наклоняясь вперед, я теперь возвышаюсь над ней всем телом.
— А знаешь, чего ты добьешься тем, что назвала ее шлюхой? —
Она прищуривается, и я наклоняюсь так, что мои губы касаются ее уха. — Убью. Мария. Голыми руками. Ты в моем гребаном доме. Ты выходишь за меня замуж. С этого момента ты будешь делать то, что я говорю, и вести себя подобающе. Если ты скажешь еще хоть слово о Розе, я прикончу тебя. Поняла?
Она втягивает воздух и отступает назад.
Мне надоело ее слушать. Вот уже несколько недель она разгуливает по моему дому, как будто он ей принадлежит. Думает, что взяла верх надо мной, потому что она Капри. Ну что ж, всему свой конец.
Выпрямляясь, я поправляю свой пиджак.
— Рад, что мы все выяснили. Сегодня меня не будет дома, — говорю я, направляясь к двери, оставляя её с открытым от удивления ртом.
— Посмотрим еще, — слышу я ее бормотание у себя за спиной.
Выйдя за дверь, я закуриваю сигарету и делаю глубокую затяжку, позволяя дыму обжечь мне горло.
Роза.
Доставая телефон обратно, я пролистал список контактов, нахожу ее имя и нажимаю кнопку набора. Связь прерывается, сообщая мне, что набранный номер не распознан.
Я нахожу номер Фрэнки, и он отвечает после первого гудка.
— Лука. Чем обязан такому удовольствию в воскресное утро?
— Две вещи. Во-первых, у нас произошел налет на один из наших контейнеров в доках. Я еду туда.
— Что?
— Да, ты едешь? — спрашиваю я.
Он стонет.
— Я как раз в середине небольшого сеанса траха с Лейси и Катриной...
— Эй, меня зовут Кэти! — кричит женщина на заднем плане.
Связь прерывается. — Мне похуй, как тебя зовут. Если ты не заткнешься, я заткну тебе рот кляпом.
Я прокашлялся, надеясь напомнить ему, что я все еще слушаю.
Раздается шорох, прежде чем я слышу, как его голос снова приближается к трубке. — Извини за это, да, я встречу тебя там.
— Прекрасно. Грейсон уже в пути. Не заводи его сегодня, — последнее, что мне нужно, это чтобы эти двое грызлись друг с другом.
— Я постараюсь. Я не знаю, когда он смирится с этим. Я имею в виду, я нравлюсь даже его жене, черт возьми. Может, дать ему выплеснуть всю злость? Он такой эмоциональный, — я слышу в трубке шлепок и невнятный женский стон.
Я поднимаю брови. А вот это неплохая идея. Выставить их обоих на боксерский ринг, пусть Грейсон начистит ему морду.
— Может сработать. В любом случае, я получил приглашение Розы, — я стараюсь сохранять нейтральный тон.
— Ты помнишь Данте? Нашего нового рекрута? — он хмыкает.
Злость клокочет внутри
— Тот придурок, который ничего не говорил? Не похож на типа Розы, и разве он не старше?
— Кто я такой, чтобы встать на пути любви с первого взгляда? Видимо, именно это и произошло.
Плохое предчувствие поселяется у меня в животе. Почему она не упомянула об этом на вечеринке? Зачем она меня целовала? Неужели из-за этого она перестала мне писать?
— В любом случае, сегодня вечером у нас небольшая вечеринка по этому поводу. Роза об этом не знает; она обо всем этом молчит. Я ее почти не видел. Ты сможешь прийти? Возьми с собой Марию?
Провожу рукой по лицу, делаю последнюю затяжку сигареты и тушу окурок о гравий. — Я буду там.
Мне нужно увидеть ее собственными глазами.
Если она счастлива, это может разбить мне сердце, но я это не остановлю. Я никогда бы так с ней не поступил. Я сглатываю ком в горле. Я хочу, чтобы она была счастлива, но со мной. Только со мной.
Я не могу отпустить ее, ни сейчас, ни когда-либо.
И если что-то и является пинком под зад, так это приглашение на свадьбу.
ГЛАВА 41
Роза
Я верчу на пальце массивным обручальным кольцом, которое словно издевается надо мной. Он хочет, чтобы всем было ясно, кому я принадлежу. Даже до мелочей, вроде кольца. Каждый раз, когда я смотрю на него, у меня сводит живот.
Вчера вечером он пригласил мою сестру на ужин, чтобы я могла попросить ее стать подружкой невесты. Она понятия не имеет, кто он такой. Папа позаботился о том, чтобы я никому не рассказывала, скрывая весь этот позор. Однако я решила не говорить ей, чтобы защитить ее. Я не знаю, удалось ли мне убедить ее, что это реально. Я уверена, у нее есть подозрения. Просто надеюсь, что она не станет слишком совать нос в чужие дела и не привлечет к себе внимание Данте.
Но я делаю это, чтобы защитить ее. У нее есть жизнь, которой нужно жить, а не мучиться кошмарами. Она моя единственная семья. Я знаю, на что способен этот человек, и я ему этого не позволю.
Мне просто нужно выждать время и найти выход из этого. Каким-то образом.
С каждым днем он становится все более деспотичным. Сначала он запретил мне ходить к доктору Дженкинсу. Потом забрал телефон. Это была моя связь с Лукой.
Он высаживает меня у дверей колледжа и забирает в ту же секунду, как я выхожу из класса. От него никуда не скрыться.
Каждый чертов день мне приходится бороться с желанием все это запить. Я даже со счета сбилась, сколько раз я наливала себе бокал холодного белого вина. Даже нюхала его. Но в итоге всегда выливаю. Держусь за крохотную ниточку надежды, что смогу найти выход из этого ада.