Право на доверие
Шрифт:
Я медленно обвела взглядом окружающий меня лес, прикидывая, есть ли у меня шансы на побег? Мда. Неутешительно. Даже если каким-то чудом мне удастся отвлечь внимание дракона, возникает иная проблема. Я совсем не представляла, где сейчас нахожусь. Откуда мы пришли? Все эти деревья выглядели до ужаса одинаково! Обреченно вздохнув, я была вынуждена признать, что окончательно и бесповоротно заблудилась.
Сама виновата. Зачем пошла в лес? Какого Хаоса, спрашивается, я вообще решилась принять эту клятву? Поздно теперь раскаиваться, Лана.
– Ты что-нибудь выяснила? – Рик спокойно посмотрел на меня, будто и
– Вот, - я бережно вынула из-за пазухи и протянула ему распоряжение с руной. – Ты знаешь, кому принадлежит эта подпись?
– Is? Когда-то… - дракон ласково провел ногтем по потускневшим чернилам, резко оборвал себя. – Этот человек давно мертв. Ты шла в Алерот из-за письма?
И все-то он знает. Хотя догадаться на самом деле не трудно – через перевал идет единственная тропа, по которой можно добраться лишь в несколько бедняцких деревень и Затерянный город, как называли жители подлунных королевств Алерот, передовой форпост драконов. Далее начинались Безжизненные земли – бескрайние равнины и скалистые горы, занесенные нетающими снегами, по которым кочевали и охотились на стада оленей семьи северного клана, приходя в Пограничье только для торговли с людскими караванами, обменивая металлы, драгоценные камни и шкуры редких зверей на продовольствие, одежду и различные блага цивилизации.
Существовал у нордовых собратьев еще один город, считавшийся среди людей легендой. Иньтэон. Столица Северного Предела. Город серебряных башен. Сказывают, что Иньтэон похож на затерянную среди метелей волшебную иллюзию, созданную из хрусталя, льда и белого мрамора. Не знаю. Никогда там не была – сестра, несмотря на настойчивые просьбы, отказывалась брать меня с собой на дипломатические приемы к северному клану (вероятно, не хотела позориться). Интересно, а меченый видел сказочный город? Не о том ты думаешь, Ланка, совсем не о том.
– У меня есть друг. Он служит в страже эссы Исхарда тиа Иньлэрта.
Показалось, или какая-то тень действительно пробежала по лицу изгоя при упоминании имени одного из Повелителей драконов.
– Эсса, говоришь? – меченый взлохматил волосы. – Насколько я слышал, сейчас в Алероте нет никого из Совета. Возможно, Исхард в Северогорске, кто-то из Повелителей точно там.
Получается, зря я зимовала в Шахтах, ожидая, когда сойдут снега. Теперь две недели возвращаться на Дорогу Мира – главный торговый путь, тянущийся через весь континент, начиная от Сияющего моря на юге и заканчиваясь у залива Корсаров на севере-западе. Потом четыре-пять недель по тракту до Сейрии, пересекая границы трех королевств – жаль, меченый безрассудно отказался от лошадей, но не требовать же их обратно у толпы разгневанных крестьян. А оттуда до Северогорска еще полнедели по сельским дорогам. Потеряю два месяца при условии, если повезет и не случится непредвиденных задержек.
Быстрее, конечно, воспользоваться ближайшим телепортом, но хоть Альтэсса отозвала гончих и не преследовала меня, что помешает ей поддаться небольшому искушению и послать приказ мастерам перемещений? Тогда вместо Северогорска я окажусь в приемной зале Южного Храма, а вслед за тем
– Три с половиной… нет, четыре с половиной недели до Оско, - заключил меченый, взглянув в мою сторону.
– Еще одна по степям. Тракт делает слишком большой крюк. Да и риск выше, - пояснил дракон. – Идем, девочка. У нас впереди долгая дорога.
Снова он все решил самостоятельно, даже не соизволив посоветоваться. Ни возмутиться, ни протестовать я не смогла – кричать в удаляющуюся спину глупо, а ждать он, похоже, не намерен. Эй! Не оставляй меня одну!
Он когда-нибудь устанет? Я стиснула зубы, упорно цепляясь за редкий кустарник, растущий на склоне оврага. Ноги скользили по разъезжающейся земле. Спина была мокрой от пота. Еще немного. Соберись, Лана, до края осталось чуть-чуть. А после с чистой совестью можно упасть без сил, наплевав на остатки гордости, и пускай меченый сам меня тащит, если он так сильно спешит.
Солнце скрылось за горизонтом, погрузив лес в сгущающиеся с каждым мгновением сумерки. Лишь вершины деревьев еще сияли червонным золотом в последних лучах, подобно гаснущим факелам. После преодоления полосы препятствий в виде буреломов, сугробов и оврагов тело немилосердно ныло, каждой клеточкой безнадежно мечтая о мягкой постели. Живот требовательно урчал, надеясь на сытный ужин, заставляя с тоской вспоминать о черствых сухарях. Почему я не настояла на своем?! Подумаешь, по Тракту дольше, зато дорога ровнее. Да и ночевать в таверне, пусть и паршивенькой, гораздо приятнее, чем на сырой холодной земле. Сейчас догоню его и выскажу все, что накипело на душе. Если осмелюсь…
Ноги поехали вниз, и я потеряла равновесие. Грязевая маска была мне обеспечена, если бы дракон прежде, чем я успела испугаться, не втащил меня за шиворот наверх. Гадина! Почти воротник оторвал – я ясно слышала треск ткани и ниток. Я поспешно отодвинулась – почему-то не хотелось, чтобы он дотрагивался до меня.
– Ночлег, жрица.
Я осмотрелась. А он прав. Место подходящее – между краем оврага и ближайшими деревьями небольшой пустой клочок земли, уже свободный от снега и немного подсохший. Я устало села на какой-то трухлявый пень, облегченно вытянула ноги. Дракон с сомнением посмотрел на меня, пожал плечами и углубился в лес. Я проводила его завистливым взглядом, но даже не сделала попытки подняться и помочь. Мда, по нему и не заметно, что отмахал десятки верст через лес. Уныло вздохнула. Больше тренироваться надо, Лана. Зарядку делать, пробежки с утра, а то, как покинула Южный Храм, совсем забросила физические упражнения. Лентяйка!
Меченый вернулся с охапкой хвороста, положил рядом со мной.
– Разведи огонь, - и вновь углубился в лес.
Такими несложными фразами-приказами мы и общались весь день. Точнее, меченый говорил, я отмалчивалась, но он, похоже, не очень-то нуждался в ответах, доставало того, что я беспрекословно выполняла команды. Ненавижу! Как же мне еще в Южном Храме набила оскомину всеобъемлющая опека нянек, наставниц и воинов сестры! Надоели бесконечные правила и этикет, хотелось жить своим умом, поступая так, как считаю правильно. Хотелось самой решать, пусть ошибочно! Пусть глупо и болезненно, набивая синяки и шишки, но самой!