Право на доверие
Шрифт:
Шатало. Выяснить бы, паршивое самочувствие - последствие удара по голове или странного зелья? Сейчас не важно, а если мне не удастся достаточно шустро перебирать ногами, то и в будущем это не будет иметь никакого значения.
Бег по лесу превратился в увлекательнейшую забаву. За спиной пыхтевшая, сопевшая, матерившаяся, улюлюкавшая толпа. Под сапогами разъезжалась земля, ветки, пни и корни так и норовили подставить подножку. Да и деревья как назло неслись навстречу, почему-то постоянно оказываясь на пути моего бегства – что им в лесу места мало?!
Вперед, продраться сквозь заросли орешника, увернуться от раскрывшей объятия березы. Извини, милая, сегодня не твой день.
Мда. Ошибочка вышла. Похоже, загонщики именно этого и добивались – заманивали меня на поляну, где должен был находиться их маг. Если так, они крупно просчитались. Маг присутствовал, только колдовать он уже не мог – не сподручно-то без головы. А рядом, чутко вслушиваясь в доносящиеся из чащи крики, стоял меченый. Не нравился мне его пустой мертвый взгляд и клинок, мчавшийся мне в лицо. Ой, как не нравились! В последний момент я пригнулась, меч пронесся над моей головой и с глухим чавкающим звуком врезался в препятствие. За шиворот полилось липкое и теплое. Хаос! Я споткнулась и кувырком пролетела остаток поляны, оказываясь рядом с Динькой. Живой. Судорожно вцепилась в девчонку, не зная, кому больше нужна поддержка – мне или ей. Прошептала.
– Не смотри, - а сама не могла отвести взгляд.
Бойня. Этот сын гулящей собаки! Простите мои манеры. Он не человек. Убийца! Вихрь стали и смерти, кружившийся по поляне, не давший бандитам ни одного шанса. Кровь лилась на темную землю, рубиновыми росчерками ложилась на стволы деревьев, словно безумный художник всего одной краской рисовал нереальную картину – пугающую, но талантливую. А я еще переживала за него! Он и сотню в одиночку положит – не заметит.
– Прекрати, - я прижала девчонку к себе, не замечая ее слабого трепыхания. – Пожалуйста, остановись.
Разбойники не успели понять, что произошло. Вдохновленные перевесом они напали, слишком поздно осознав, что им не справиться с воином севера. Меченому доставало одного удара. Дракон без жалости и колебаний собирал кровавую жатву... Да, передо мной были преступники. Возможно, они заслуживали смерти. Любой бы суд приговорил их… Но побоище… Так не должно быть! Это слишком страшно… Я зажмурилась, не в силах больше смотреть.
– Тетя Лана, - услышав неуверенный голос, я открыла глаза. Динька робко заглянула мне в лицо. – Тетя Лана, у Вас кровь?
Коснулась ладонью затылка, на пальцах остались темные пятна.
– Не волнуйся, это не моя.
Я поняла, что больше не слышу ни звона стали об сталь, ни криков раненных и умирающих. Над лесом воцарилась неестественная тишина. Меченый статуей застыл в центре поляны, единственный живой среди покойников. Он даже не ранен. На лице бесконечно усталое выражение, глаза полуприкрыты, затянуты мутной дымкой, губы искривила горькая усмешка. Руки бессильно опустились, будто потемневшие от крови клинки вдруг стали неподъемным грузом. Медленно на щеках дракона проступили черные линии клейма, свиваясь и изменяясь, складываясь в окончательный узор. Я замерла не смея разрушить хрустальное затишье этого нереального вечера, не зная, что будет дальше. Боясь предположить…
– Вот он, убивец! Демон западный! Сюда, люди добрые, сюда!
На поляне появились люди. Много людей. Разношерстная толпа, сливавшаяся в одно цветное пятно, ведомая знакомым мне бандитом. Грэгором. Но пришедшие с ним не
– Весь честной народ положил, грешник проклятый!
– надрывался Грэгор, напоминая мне ярого проповедника Новой Религии[4]. – Что с купцами сделал, вы посмотрите!
Лица людей суровы, напряжены. Кое-кто из них сжимал вилы, у кого-то был топор, кто-то прихватил простой дрын. Они окружили изгоя, выжидали, медлили, с опаской косясь на мечи в руках дракона. Он враг, убийца, предатель. У меня не осталось сил сказать им правду. Да и желания тоже не было, наверно.
Они колебались, решаясь. Их много, он один. Если он будет сражаться… Пальцы меченого разжались, клинки глубоко вонзились в землю. И это послужило сигналом. Вся толпа бросилась на него, словно стая шакалов на умирающего льва. Повалила на землю, избивая. Кулаками, ногами, самодельными дубинками. Я не знала, чего в их действиях больше – ужаса перед Западными завоевателями и чудовищами в облике людей, мести за обманутое доверие, ненависти. Дракон даже не пытался сопротивляться, инстинктивно свернувшись в комок, прикрыв голову руками. Динька всхлипнула, рванулась из моей хватки. Маленькая птичка, попавшая в сети. Маленькая птичка, не боявшаяся бури - обезумевшей толпы, убивавшей живое воплощение своих страхов. Пара минут и все закончится. Не будет больше бесконечных раздумий, постоянного ожидания удара в спину. Месяц желаемого покоя, после которого я пересеку Морозные горы, навсегда оставив эту богами забытую деревеньку. Да, лучше бы он умер. Но, Хаос, будь я проклята, если не попробую вмешаться!
Я поднялась, опираясь на соседнее дерево. Колени подгибались, силой воли я удержалась на ногах.
– Довольно, - выговорить удалось со второй попытки. Безрезультатно - озверевшую, опьяненную кровью толпу не остановить одним сказанным едва слышно словом.
Я сорвала с шеи медальон (и как бандиты на него не позарились?), провела дрожащим пальцем по тонким линиям узора, надеясь, что получится. У меня не осталось магии, но большинство выпускниц Южного храма ей и не владеют. Медальон сам по себе артефакт, воспользоваться которым должен суметь и обычный человек. Протянула вещицу Диньке, шепчу.
– Кричи!
Она недоуменно нахмурилась, спустя секунду глаза озарились пониманием. Девчонка схватила медальон и завопила, что есть силы.
– Беда! Пожар! Враги!
Тоненький детский голосок, усиленный в сотни раз, обрушился на окрестности оглушающим громом. Эхо подхватило и понесло слова по лесу.
– Беда! Пожар! Враги! Беда!..
Динька, оробев, вжала голову в плечи. Но напугана не она одна. Я достигла своей цели: люди на поляне пригнулись к земле, шарахаясь от теней, разбегаясь в стороны, прячась в кусты и за деревьями. И лишь пару минут спустя они сообразили, что опасности нет. Удивленные лица обернулись к мне и мелкой, замечая нас. Селяне будто очнулись ото сна и попытались уразуметь, что происходит.
Вперед выскочил Грэгор, потрясая указующим перстом.
– Ить ведьма! Она с демоном заодно.
Чьи-то руки оттащили его.
– Успокойся. Это Госпожа Целительница…
– Вы же не звери, люди, - прошептала я, крепко прижимая к себе Диньку. – Вы же не звери…
Во взглядах, обращенных ко мне, друг к другу, к неподвижному дракону, скорчившемуся на земле, расплескалось непонимание. Они были растеряны, испуганы, не знали, что делать. Сейчас толпа пойдет за тем, кто первым покажет выход, подскажет верное решение.