Право любить

Риз Лаванда

Глава 13

Немыслимое чудо, которое случилось в моей семье, произошло,

о к а з ы в а е т с я, благодаря темным силам! Услышать это и осознать было так же непросто. Я еле нашла в себе силы заговорить с ним, а осознание принесло мне какое-то облегчение.

— Если этой фразой, я спасла свою сестру, значит, я сказала её не зря. Ради Кристин я готова заплатить твою цену.

— Договорились, — Рафаил прикрыл глаза, коснувшись моих губ. Сейчас ему почему-то не хотелось пить.

Одними губами, он целовал моё лицо, скулы,

глаза, виски, шею, и я трепыхалась в его объятьях как пойманный в силки мотылек.

— Солёная, — прошептал он, — Почему не горькие или сладкие, почему они именно соленые? Полетели со мной! Ты ведь уже не боишься меня, я так много тебе рассказал. Обхвати меня ногами и крепко обними за шею. Это далеко, поэтому лететь будем быстро.

— Скромности мне, конечно, не занимать, но иногда я бываю фантанически наглой, — решительно бросила я, — Это ведь не трудно, …ты бы не мог тогда уже забросить эту тушу мяса к пещере, не пропадать же добру. Может, тогда они отстанут на некоторое время от меня со своей охотой, — я вопросительно подняла брови, скорчив умоляющую гримасу.

Да, это сказала я. Просто и беззаботно, просто в лицо демону. По-моему, я так и не смогла его до конца принять как исчадие самого зла. И всё это из-за его «дурной» привычки делать мне приятно. Кажется, моя просьба удивила его. Снова. Мы по очереди не переставали это делать. Несколько раз опешенно моргнув, он отвернулся в сторону и засмеялся:

— Не пропадать же добру! — повторил он, качая головой. — Феноменальная фраза на территории Тьмы! Что ж, я попробую, раз девушка просит, — его губы криво изогнулись, совершенно не испортив этого лица. — Но, как всегда, не просто так. Пробудешь со мною дольше! Держись!

Запрыгнула я на полубога, обвивая его ногами и руками, а вверх меня поднял уже трансформировавшийся монстр, к которому я уже тоже начинала привыкать. Интересно, останется ли теперь в мире что-то ещё, способное меня после этого напугать? Наверное, нет. Я не видела, почувствовала, что демон с заметным усилием машет крыльями, а потом этот глухой удар рухнувшего тела об землю. Значит, мясо в колонию жертв доставлено.

Дальше он полетел быстрее.

А когда он услышал мои мысли, как только я начала причитать про себя, что «ещё минута и я упаду, потому что ноги и руки безнадежно затекли и отказывались мне подчиняться», он прижал меня к себе передними лапами, предоставляя мне возможность безвольно повиснуть.

Как же долго он нес меня в эту серую беспросветную мглу! Чуть ли не на другой конец ада, если он вообще имел какие-то границы.

Наконец-то мы всё-таки приземлились, но не на твердую почву, а в воду! Причем по грудь, в холодную и темную воду, посреди сильного течения, и не двигались с места лишь потому, что демон обладал неимоверной силой. Сначала шум его крыльев сбил меня с толку, а вот теперь, когда он снова стал мужчиной, я вдруг узнала этот звук. Шум водопада! Вот куда неслась вода с такой скоростью. Вот куда меня уверенно нес на руках Рафаил.

К краю!

— Что …ты собрался делать?! — крикнула я и поняла, что это пустая трата сил. В грохоте падающей воды тонули все мои звуки. Очень пригодилась способность демона читать мои мысли. Он

прижался к моему уху, и постарался прокричать как можно громче, или даже не старался, но я его услышала:

— Не бойся! Когда прыгнешь, задержи воздух! А когда нырнем, смотри вверх!

«Прыгнем?!! Нырнем?!!» — Мысленно прокричала я, вцепившись ему в плечи, как раз в тот момент, когда он сиганул вниз.

Из-за поднимающихся брызг серость сливалась одним пятном, сверху, снизу, по бокам. Я набрала воздух и… ушла под воду с головой! Он тянул меня к самому дну, в сущий непроглядный мрак. Едва пережив этот безумный прыжок в неизвестность, я еле пришла в себя в темной толще холодной воды.

Рафаил дернул мой подбородок вверх, хотя самого Рафаила рядом я не различала. Я взглянула и обмерла.

…Отсюда, со дна, я увидела раскинувшееся над водой звёздное небо! Это небо нельзя было спутать ни с чем! Это было небо моего мира, со знакомыми мне с детства созвездиями. Воздух! От волнения я выпустила слишком много воздуха! Он поймал мой рот, и вдул мне ещё немного кислорода. А я не могла оторвать глаз, забыв и о холоде, и о демоне. Частичка такого родного и знакомого, влекла меня, сея в душе мученическую ностальгию. И почувствовав это, демон тут же потянул меня вверх, заставляя всплыть на поверхность. И звёзды сразу же пропали. Над нами снова нависало всё та же беспросветная темная мгла. Мираж исчез, а печаль усилилась.

— Что это было? Как? — я снова забыла, что из-за водопада меня не слышно, а Рафаил и так знает, о чем я хочу его спросить. Поддерживая меня за талию, он увлекал меня к берегу. Дальше, схватив за руку, демон потащил меня к каким-то пещерам. Неожиданно рядом вспыхнул огонь.

Огонь! Его я тоже хотела увидеть. Жертвы в колонии жарили своё мясо на раскаленных камнях, которые соприкасались, с протекающей под горой лавой.

При свете костра я рассмотрела маленькую пещерку, с низким потолком. Рафаил стоял радом со мной. На стенах прыгали и изгибались наши тени.

— Это ведь была не иллюзия? — снова спросила я.

— Это …своего рода, окно в нейтральную зону. Да, это было небо твоего мира. Оно было настоящим, как и этот костёр. Сначала ведь тебе понравилось, но эти ваши человеческие эмоции.

— Боишься, что испортиться вкус. Уговор есть уговор. Мне действительно было приятно, хоть что-то увидеть оттуда. — Прошептала я, мысленно отгоняя боль. Сегодня, как ни крути, попытки демона вызывали во мне лишь тоску по прошлому.

У него был ещё один вариант. И я знала, что он им воспользуется, потому что ему хотелось пить.

Да, именно так он и поступил. Не произнося ни слова. Его руки коснулись моих плеч, и мой мокрый балахон упал к моим ногам. Переступив через него, я повернулась лицом к Рафаилу, чьи руки уже тянули меня к себе.

Ни его поцелуи, ни его прикосновения, не был мне неприятны. Ведь он хотел почувствовать моё удовольствие, поэтому его ласки были неторопливыми и нежными. С каждым касанием его подрагивающих губ к моей прохладной коже, на моём теле будто оставались раскаленные следы, которые разгорались съедающим меня пламенем.