Право быть человеком
Шрифт:
У меня безграничные возможности. Я могу полетать и с обузой парашюта. Но так, чтобы никто не понял, в чем дело - мне не нужен ажиотаж вокруг меня. Совсем не нужен.
Физический факультет МГУ, третий курс, экзамен. Последний, по экономике - легкая заминка после тяжелого сессионного труда. Я, среди студентов астрономического отделения, сижу, готовлюсь, меня еще не вызвали. Отвечает моя одногруппница, Анька, умница, круглая отличница, ей хотят вкатить тройку, и отметка пойдет в диплом. Она сидит ко мне спиной, я вижу, как вздрагивают ее плечи. Не знаю, какой озверин в тот день я
– Посмотрите ее зачетку, - кричу.
– У нее же одни пятерки!!
Тетка-экзаменатор пролистывает синюю книжицу.
– И впрямь, пятерки. Что же… Мой предмет не профилирующий… Поставлю вам четыре балла, это не сильно повлияет на цвет диплома. А вы, - смотрит она меня в упор, - идите отвечать.
У меня безграничные возможности. Но я все оставлю, как есть - мне и тогда поставили пять баллов.
В тот раз я сияла от гордости за свою невиданную смелость, пила на морозе пиво с одногруппниками. Заслуженным героем, как иначе? Мне и сейчас удивительно и очень приятно за себя. А еще я просто тихо радуюсь встрече с прошлым, и это чувство длится, и длится, и длится…
Огненные струи слева и справа. Бьют в небеса.
Я вижу, что предо мной - смерть отца. Черная полоса моей жизни, перевод посреди четвертого курса на кафедру математики, такую не романтичную, такую скучную. Он всегда говорил - займись математикой, ручка с бумагой могут уместиться в авоське, и тебе не нужно тащить за собой телескоп. Ты прав, отец. По-своему прав. Я ничего не хочу менять. Да, я могу отсрочить дату смерти, но срок твоего пребывания на Земле уже истек, я это сейчас вижу. Жаль, что я так и не успела поговорить с тобой - то маленькая была, чтобы понять тебя, то грызла гранит науки в надежде постичь чужую премудрость. Я хотела дорасти до тебя. Всегда казалось - успеем наговориться.
Твое время на Земле уже закончилось. Кто поручится, что тебе доведется уйти из жизни через какой-то месяц так же быстро и относительно безболезненно? Пусть все будет, как есть. Только в том месте, где ты упадешь, когда у тебя разорвется сосуд, я подстелю ворох желтой соломы, еще пахнущей летом - все же мягче будет падать на землю…
Огонь ревет, бьет в небеса, в нем сгорает возможность. Не важно, какая.
…Глубоко задумавшийся человек на пенечке, птичка-синичка, честные глаза. Я выбираю Заповедник, Борис Иванович, могущественный волхв с подрезанными ссылкой крыльями. Я - маг от рождения, хоть и не самый сильный - так, середка на половинку. И я хочу быть магом.
…Заповедник. Избушка, огонь в камине. Я не хочу управлять пламенем - мне так нравится слушать его песни. Особенно хмурым осенним вечером, когда струи дождя хлещут по стеклу, а в комнате - темно, и никого…
Огонь почти успокоился - струи уже не взлетают до небес, они лишь на метр выше моей головы.
Урал. Ангар. Черный Дракон свистит заклинание. У меня океан возможностей, но пусть шаман себе поет - он сам плетет свою судьбу.
Дождливая планета, золотой утес, Великий Алхимик, он же дед архетипический. И болванчик, превращающий в золото все, к чему ни прикоснется. И растущая груда драгоценного металла, что подымается от подножия утеса, уже обступает шамана.
Я не
Огненные струи справа и слева от меня бьют вровень с моей макушкой. Быть может, чуть выше. Я делаю шаг вперед.
– Посмотри, что за тело ты себе сотворила, - с укоризной произносит кажущийся знакомым голос.
– У тебя была такая возможность! А ты?!
Я открываю уже не призрачные глаза. Передо мной шеренга Старейших. Драконы явно возмущены моим видом, лишь Рассвет едва сдерживает довольную ухмылку: он слишком долго прожил со мной бок о бок - целую жизнь, чтобы возмущаться моей глупостью, он просто рад за меня.
– Позволь сказать, Глубинный Свет, - произносит он.
– Это ее выбор, и мы не вправе ничего менять.
– Но как она пройдет обратно?
– озабоченно квохчет наиболее плотный дракон.
– Она же сгорит! Ее жалкой магии и огня не хватит на то, чтобы противостоять Источнику.
До меня начинает медленно доходить смысл происходящего. Я отваживаюсь взглянуть на свои конечности. Только бы не увидеть лапы с когтями!
Я вижу нормальные человеческие руки. В жизни не видала ничего прекраснее! Может, и ноги тоже не подкачали? По крайней мере я на это надеялась - сверху не очень-то и оценишь. Вот если бы зеркало… Можно те, что были прежде, они были вполне себе стройными.
Старейшие шумят, словно азиаты на базаре. Но вот от них отделяется Рассвет, и драконы замолкают.
– Ты точно решил?
– спрашивает его Глубинный.
– У тебя есть еще пять тысяч лет, в течение которых ты можешь наслаждать покоем и мудростью. Зачем тебе досрочно нырять в водоворот жизни?
Рассвет склоняет голову перед Старейшим.
А когда поднимает, то я вижу, что он снова стал материальным. И я никак не могу решить, нравился ли он мне больше серебристо-зеленым, как раньше, или таким как сейчас, серебристо-фиолетовым.
– Счастливого пути!
– трубят драконы.
– Удачной жизни!
Я подымаюсь ввысь, лечу на металлической спине навстречу пышущему жаром океану.
"Ничего не бойся", - слышу я голос Рассвета в своей голове.
– "Моей магии с лихвой хватит на то, чтобы оградить тебя от огня".
Он что-то кричит и вслух, но я уже не могу разобрать ни единого переливчатого звука в его драконьей речи. Приближается бескрайнее море жидкой лавы, я зажмуриваю глаза. А потом открываю. Если я сгорю, то так тому и быть. Я попробую поверить Рассвету.
И вот она, Огненная. Я все-таки выжила.
В небе кружили драконы, огромное разноцветное облако. Вокруг Источника цепью стояли грозовые облака с искрами пламени.
Рассвет издал модемо-подобный звук, драконы законнектились в ответ, и, выстроившись в длиннющую очередь, по одному устремились навстречу огню. Это было очень торжественное зрелище. И таковым бы и осталось в моей памяти, если бы не пакость со стороны подсознания - оно так не вовремя подсунуло мне финальную сцену с посадкой самолетов из фильма "Крепкий орешек -2", что я не смогла не улыбнуться. И все-таки, хорошо то, что хорошо кончается.