Правила Реннера

Вебстер К.

— Ты же знаешь, что да.

Это то, о чём я спрашиваю её каждый раз, когда провожу пальцем по её заднице. Сегодня вечером ничего не изменилось. Её ноздри раздуваются, а взгляд становится напряжённым. Осторожно я трахаю дырочку, медленно подготавливая её. Она сама этого хочет. Я хочу этого. Просто мы ещё не были готовы. Когда я погружаю в неё ещё один палец, и Элма издаёт отчаянный стон, я знаю, что время пришло.

— Детка?

— Мм-м-м?

— Я хочу трахнуть твою тугую маленькую попку.

Карие глаза Элмы темнеют от похоти.

— Я

уже заждалась.

Мой член невероятно твёрд от её слов.

— Встань на колени и покажи мне свою сексуальную задницу, — грубо рявкаю я, вынимая пальцы из её тугой дырочки.

Девушка улыбается, и её большие сиськи покачиваются, когда она садится, чтобы выполнить мой приказ. Мне нравится, что она больше не пытается скрыть от меня свой живот. Каждый дюйм её тела — мой, чтобы целовать и обожать. Будь я проклят, если она хоть что-то от меня скроет. И прямо сейчас я хочу, чтобы её сладкая круглая попка была вздёрнута в воздух.

— Встань на четвереньки, — приказываю я.

— Командир, — стонет она, усаживаясь в предложенную мной позу.

— Тебе это нравится, — говорю я ей и шлёпаю по заднице. Моя милая девочка обожает хорошую порку. — Боже, как я люблю эту задницу!

Элма хихикает, и её ягодицы дрожат от движения. Мой член практически плачет от желания оказаться внутри её идеального тела.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — бормочу я, садясь на колени и шлёпая своим членом по её клитору.

— Мм-м-м, — простонала она. — Тебя. Ты мне нужен.

— Скажи мне, как ты нуждаешься во мне, — уточняю я, начиная потирать своим членом вдоль её щели. Элма так отзывчива на мои прикосновения, и каждый раз, когда мой член скользит мимо её отверстия, оно становится всё влажнее и влажнее от возбуждения.

— Мне нужно, чтобы ты взял мою задницу.

Я на мгновение закрываю глаза, потому что она может говорить непристойности прямо здесь со мной, и это меня чертовски заводит.

— Я не смогу быть нежным, детка. Я собираюсь трахнуть тебя так сильно, что ты не сможешь сидеть в классе. У тебя могут быть неприятности с твоими учителями.

Она стонет и прижимается ко мне. Кончик моего члена входит в её киску, но затем она отстраняется. Чёртова дразнилка.

— Тебя, вероятно, отправят в кабинет директора. Я слышал, что он крутой парень, — говорю я со злой усмешкой. — Любит нагибать маленьких пуэрториканских королев над своим столом и хлестать их по задницам своей металлической линейкой.

Элма снова толкается на мой член, её влажная пизда всасывает меня. Мы оба зашипели от удовольствия.

— У него только одна королева. Я. И я иногда плохо себя веду только для того, чтобы снова увидеть его, — мурлычет она. — Он всегда так сильно шлёпает меня, но почему-то мои трусики всегда мокрые.

Я рычу и шлёпаю её по заднице, потому что она сводит меня с ума своими грязными разговорами.

— Я собираюсь сильно трахнуть тебя, детка. Я заставлю тебя плакать.

Она раскачивается взад и вперёд, трахая мой член, как будто он там для её удовольствия.

— В

конце концов, ты всегда делаешь всё лучше. Я тебе доверяю.

Не в силах больше ждать, я протягиваю руку и хватаю Элму за тёмные шелковистые локоны. Когда я откидываю её голову назад, она издаёт ещё один стон, отдающийся у меня в члене. Свободной рукой я хватаю свой уже насквозь промокший член и дразню её сморщенную дырочку своим кончиком.

— Этот большой толстый член входит в эту маленькую дырочку, — говорю я ей, как будто рассказываю нашу маленькую историю.

— Мне страшно. — Я чувствую намёк на то, что это правда, поэтому смягчаю свои слова.

— Всё в порядке, детка, я позабочусь о тебе. — Я начинаю проталкиваться в неё и вижу, как её ягодицы сжимаются. — Расслабься, — рявкаю я. — Будет больно, если ты не расслабишься.

Тело Элмы застывает, а затем я вижу, как напряжение спадает с её плеч.

— Ой, — выдыхает она.

— Я всё понимаю. Я буду продвигаться медленно.

С терпением Святого я начинаю медленно проникать в неё. Её задница сжимает меня почти до боли. Я никогда в жизни не чувствовал себя так чертовски хорошо. Не с её сладкой подростковой киской. Не с её нахальным ртом, когда она отсасывает у меня под столом. Никогда ещё мне не было так хорошо.

— Блядь, — шиплю я, моя хватка на её волосах усиливается. У неё вырывается тихий всхлип, и я замираю. — Поговори со мной, Элма.

— Я… я в порядке, — выдыхает она.

Отпустив её волосы, я провожу ладонью вниз по её спине и ласкаю бедро.

— Расслабься, детка. Это всего лишь мы. Я не причиню тебе вреда. Это в конечном итоге будет приятно для тебя, когда мы освоимся с этим.

Она кивает и шмыгает носом.

— А тебе хорошо?

— Это самое лучшее, что я когда-либо чувствовал в своей жизни.

Элма поворачивает голову и одаривает меня заплаканной улыбкой.

— Я в порядке. Клянусь. Ты можешь двигаться.

Я отвечаю ей ободряющей улыбкой, мягко входя и выходя из неё. Поласкав её груди, я опускаю руку и ищу клитор. Как только мои пальцы соприкасаются, её задница сжимается вокруг моего члена.

— О!

— По-прежнему в порядке, красавица?

— Д… Да.

Входя и выходя, я трахаю её тугую дырочку, одновременно приближая её всё ближе и ближе к краю экстаза. Когда дыхание Элмы прерывается, и она начинает хныкать, я понимаю, что мы уже близко.

— Вот так, детка, кончи для меня.

Её тело дико дрожит. Ещё несколько толчков — и она кончает с громким стоном. Мои яйца в ответ сжимаются. Я выскальзываю из неё как раз в тот момент, когда кончаю. Моя горячая сперма брызгает на неё сморщенную дырочку. Это самая горячая вещь, которую я когда-либо видел в своей жизни. Элма сжимает кулаки, и всё мгновенно возвращается на круги своя. А потом она падает плашмя на матрас. Не обращая внимания на беспорядок на её пышном сексуальном заде, я опускаюсь на неё всем своим весом и зарываюсь носом в её пахнущие яблоками волосы.