Правила флирта
Шрифт:
— Получается, что владелец не теряет денег ни если вещь украдена, ни если она испорчена?
Партино кивнул:
— Именно так. Честно говоря, если на рынке ожидается падение цен на изделия того или иного рода, их порча может даже оказаться выгодна для владельца.
— То есть? — переспросил Ричард.
— Я просто отвечаю на вопросы следователя, Рик. Я обязан говорить правду. — Он выпрямился на стуле. — И поэтому я должен сказать, что ваша подружка — известная охотница за предметами искусства.
Рука Саманты замерла, и она медленно
— Прошу прощения?
— Да. Ее отец, тоже знаменитый вор, умер в тюрьме. Я не удивлюсь, если табличка у нее и она пыталась убить меня первой бомбой, чтобы я ее не узнал. Ей нельзя доверять.
— А как насчет гранаты? — осведомился Рик, до боли сжав пальцы.
— Она заложила их специально, чтобы отвести от себя подозрения. Вы обыскали ее комнату, детектив?
— Вам, Партино, могли бы поверить, если бы вы не наняли человека, чтобы изготовить подделку, — парировала Саманта и швырнула менеджеру в лицо бумагу с карандашом, прежде чем Рик или Кастильо успели остановить ее. — Неудивительно, что вы пытались убить меня, чтобы я не смогла распознать фальшь. Но только знаете, чтобы сохранить тайну, вам пришлось бы избавиться от всех старше семи лет!
— Вам ничего не известно, — отозвался Партино, встав со стула и ударив кулаком по столу. — Я знаю, что вы пытались меня убить, и вам не отвертеться. Полиция выяснит правду.
— Они уже выяснили, — парировала Саманта. — Вы нарочно оказались неподалеку от первой бомбы, а о том, что меня чуть не убило гранатой, вам никто не говорил. Откуда вы об этом знаете? Жаль, что у вас нет оригинала таблички. На вырученные деньги вы могли бы купить себе отмену смертного приговора, жалкий вы ублюдок!
— Сука! — возопил Партино и перегнулся через стол, чтобы ударить девушку.
Доннер и Кастильо схватили его за плечи и усадили на место. В ту же секунду Ричард вскочил со стула и заслонил Саманту.
— Хватит! — крикнул он.
— Что вы использовали в качестве формы? — раздался из-за его спины издевательский голос Саманты. — Пластилин? Или вы нашли умельца, который изготовил подделку с помощью простого резца?
— Я не буду говорить без адвоката!
— Вам действительно стоит вызвать его, — мрачно проговорил Кастильо. — Данте Партино, вы арестованы по подозрению в покушении на убийство, воровстве, а также во всем, что я сумею придумать по дороге в участок.
— Нет! Я ничего такого не делал! Это она! Я ничего не брал! У нее подделка!
Ричард быстро обошел вокруг стола и схватил Партино за галстук.
— Какая подделка? — рявкнул он.
Партино побледнел. Он сглотнул и закрыл рот.
— Я хочу видеть адвоката, — проговорил он и не уставал повторять эти слова до тех пор, пока в комнате не появился офицер с наручниками.
Когда менеджер — вернее, бывший менеджер — по предметам искусства вышел за дверь, Кастильо вновь перевел взгляд на Ричарда.
— Мне нужна подделка, — сказал он.
— Я принесу.
— Я пойду с вами. Порча улик и все такое,
Они вышли из комнаты, но перед этим Ричард бросил предупреждающие взгляды на Саманту и Доннера. Обстановка в кабинете накалилась, и он не желал, вернувшись, увидеть одного из них в крови.
— Знаете, а ведь Партино прав насчет Джеллико, — доверительно проговорил Кастильо.
С минуту Ричард хранил молчание.
— У вас имеются доказательства? — спросил он наконец.
— Нет. Если бы имелись, она давно уже была бы в тюрьме.
— В этой стране существует презумпция невиновности, — сказал Ричард. — По-моему, вы, янки, твердо ее придерживаетесь.
— Да, но вас, как я погляжу, мое заявление не удивило. — Кастильо искоса взглянула на Рика. — Впрочем, так я и думал.
— Насколько мне известно, она не сделала ничего плохого. В тюрьме сидел ее отец, а не она сама.
Кастильо вздохнул.
— Она, конечно, куколка, но на вашем месте, мистер Аддисон, я бы держал руку на кошельке. Она весьма скользкая штучка. Черт, я ловлю воров вот уже двадцать лет, но мне все равно хочется подразнить ее.
— А мне нет.
— Вот-вот, поэтому, если я что-то раскопаю, она сядет в тюрьму.
— Вы ничего не раскопаете. — Рик не был так уж уверен в своих словах, но он надеялся на ум и изобретательность Саманты. Кастильо ничего не найдет — здесь, во всяком случае.
Оказавшись в комнате Саманты, где после визита саперов царил страшный беспорядок, он взял с дивана рюкзак и вытащил оттуда сверток с фальшивой табличкой.
— Держите.
— И вы, конечно, обнаружили это среди ее вещей в багажнике вашей машины?
— Да.
— Сегодня утром.
— Да.
— Тогда почему вы ничего не сказали мне в гараже?
— Мы находились под впечатлением, — очаровательно улыбнулся Ричард.
Кивнув, Кастильо развернул сверток, оглядел табличку и снова завернул.
— Ладно, я отдам ее эксперту, чтобы он подтвердил наличие подделки. Я думаю, Партино сегодня утром увидел вашу с Сэм фотографию в газете и решил, что должен укрепить свое пошатнувшееся служебное положение. Он подбросил фальшивую табличку, чтобы полиция прекратила поиски настоящей, а потом заложил гранаты, чтобы никому в голову не пришло проверить подлинность таблички.
— Согласен.
— Да, но доказать это будет сложно. Мне нужно знать, зачем он сделал подделку, где он взял гранаты и где оригинал.
Эти же три вопроса мучили и Ричарда. Какой смысл воровать табличку и прятать подделку, когда ее можно было бы подложить вместо настоящей и таким образом скрыть факт похищения? Или, если принять версию Саманты о том, что табличку забрал ее друг Девор, зачем Партино вообще понадобилось изготавливать подделку? И зачем была заложена первая бомба?
Проклятие, куда ни глянь — одни сплошные вопросы, и ни одного ответа. И несмотря на то что Данте арестовали, Рик чувствовал, что это еще далеко не конец истории. Проводив Кастильо до двери, он вернулся в кабинет.